— Александр Константинович Морозов, — сказал наконец спокойно, голос тихий но чёткий. — Сорок семь лет. Заместитель директора «ТехноФинанс». Жена Людмила, дочь Ксения. есть еще взрослые сын и дочь. Месяц назад исчез вместе с семьёй. Купил дом в Доминикане на имя жены. Думал, никто не найдёт?

«Надо было его связать. Связанный человек — не человек!»

— Чтобы тебе думалось быстрее и легче. Твои жена и дочь связаны в доме, с моими людьми.

Опять дернулся бежать и заставил себя сидеть. Что ж ты такой порывистый?

— Что жена, что девочка у тебя, скажем, приятные во всех отношениях, — снова выдохнул дым в лицо.

«Давай, показывай мне все свои мысли. От того, что у тебя сейчас вылезет наружу — отец, муж или тот, кто привез сюда семью на ворованные деньги — зависит уровень разговора.»

Сжал кулаки, но побледнел. Ясно, будем с мужиком разговаривать, а не с крысой.

— Отлично. Значит так: Власов, Смирнов, Герова — все мертвы. Все участвовали в схеме отмывания через фирмы-прокладки. Ты тоже в схеме. Ты исчез сразу после их смерти. И явно при бабле.

Наклонился ближе, чтобы он видел мои глаза:

— Ты их убил?

Морозов замотал головой так сильно, что стул заскрипел.

— Нет, нет, это не я! — зашептал он хрипло, глаза бегают, пот стекает по вискам. — Я не убивал! Я только... помогал. Схема, да, но убийства — нет!

«Лжёт. Вижу по глазам. Трясётся, но не от страха за правду. От страха, что расколется.»

Я улыбнулся под балаклавой, но он этого не увидел. Только ствол с глушителем, который теперь смотрел ему в грудь.

— Помогал? Кому? Слону? Расскажи о нём. Кто он? Где сидит? Как связаться?

Морозов сглотнул, уставился на пистолет. Молчание растянулось, только цикады в джунглях стрекотали да волны шуршали вдалеке.

— Не знаю имени. Только кличка Слон. Из Рязани, говорят. Большой человек. Но вроде как в государственной системе, не простой. Контролирует потоки. Деньги через фирмы-однодневки. Я... я координировал в "ТехноФинанс". Создал две другие компании для схемы — "ПромИнвест" и "ФинСервис". Это легальный бизнес. Смирнов и Герова — курьеры, передавали наличку. Но... но они не знали всего. Как и Власов. Они ездили подписывать документы о переводах на счета фирмы, чтобы официально вывести средства в офшоры.

«Курьеры. Подставные. А этот мозг на месте. Догадываюсь, зачем убил. Деньги. Но зачем трое? И почему сразу после сбежал? Слишком палевно.»

— Почему они мертвы? — спросил тихо, наклоняясь ближе. Дым от сигареты кольцами вился между нами.

— Их... убили. Чтобы заткнуть. Слон приказал, наверное. Я не знаю! Я уехал, потому что понял — следующая очередь моя.

«Опять лжёт. Глаза в сторону. Руки дрожат. Время дожимать.»

Я кивнул Грому, который стоял в тени у изгороди. Тот исчез в доме. Через минуту вернулся с Максом — они тащили девчонку. В той же пижаме с единорогами — ребенок. Руки связаны, глаза красные от слёз. Макс толкнул её на колени у бассейна, приставил нож к горлу — не вплотную, но достаточно, чтобы блеснул в лунном свете.

Морозов вскочил, но Серёга сзади прижал его к креслу стволом в затылок.

— Папа! — пискнула девчонка, дёрнулась, но Макс удержал.

— Тихо, — прошипел я. — Морозов, смотри на дочь. Хорошая девочка. А теперь представь: один неверный ответ — и она в бассейне с перерезанным горлом. Ты её любишь? Тогда говори правду.

У него потекли злые слезы бессилия.

— Не трогайте её! Пожалуйста! Это я... я их убил. Всех троих. Они были... расходным материалом. Простые людишки, без амбиций. Жили приземленно, ворочая копейками. Биологический мусор. Когда я предложил повышение или подработку, согласились все. Челядь. Я внедрил их в схему, а потом... забрал деньги. Не все прошли цепочку. Слон знал, что есть курьеры, но про них никто никогда не спрашивал. Я взял для себя. Для семьи.

«Вот оно. Мотив — деньги. Но почему столько? Не для блага, а для жадности.»

Посмотрел на девчонку. Та хоть и малолетка, но не тупая же. Она слышала, как ее папа признался в убийстве нескольких человек. Несмотря на это, в ее глазах был шок и неверия.

«Клянусь, она и про нож забыла в этот момент.»

— Зачем? — спросил, повернувшись к нему, продолжая курить.

Девчонка всхлипнула тихо, нож у горла дрожал в руке Макса — ровно настолько, чтобы Морозов видел. Я в его руке был уверен. Если надо, он мелкую здесь и прирежет. Но пока этого нет в планах.

— Сын в Америке. Внучка родилась с пороком сердца. Операция дорогая очень. Я…я собирался завтра отправить. А остальное... дом здесь. Пенсия. Мы заслужили. Эти трое — никто.

— Вот ты рассуждаешь про благое намерение, а ведь у всех убитых тобой тоже были семьи и дети.

— Такие же безвольные и нищие… — заверещал этот новоявленный миллионер, но Гром быстро его успокоил оплеухой — он нам в сознание нужен. Но рука у начбеза тяжелая — боров чуть носом в напольную плитку не полетел. Пришлось сзади за шею хватать.

Девчёнка дернулась было к папаше и нож оцарапал нежную кожу, потекла неуверенная струйка крови. Хорошо, Макс успел ее за плечо схватить и вернуть на место жертвы.

— Деньги где? — спросил я.

— Сейф в подвале, под плиткой в гараже. Код — день рождения дочери.

«Этот червь думает, что он элитный. А тот же Власов — муж Риты, отец семейства, который впахивал чтобы прокормить семью — расходный материал? Нет, сука.»

Я встал медленно, приставил ствол к его лбу. Глушитель холодный, как моя ярость внутри.

— Высотки здесь нет, полетать не получится. Душить тебя тоже нет настроения. Ты убил Власова выстрелом в голову. Помнишь?

Морозов открыл рот, но слова не вышли. Выстрел, как тихий хлопок, пробка от шампанского. Тело упало на шезлонг, кровь потекла по лицу и закапала в бассейн, расходясь в воде тонкими тёмными нитями.

Девчонка закричала, но Макс зажал ей рот, унёс её обратно в дом.

«Готов. Теперь детали.»

— Найдите деньги. Узнайте сумму на операцию внучке. Её не трогаем. Дом оставляем вдове. Денег на жизнь нет — пусть работает или продаёт. Этот рай построен на трупах. Компенсация семьям погибших из того, что найдём. Но не сейчас. После. Когда доберёмся до Слона. Пока часть денег останется у нас, как залог того, что мы в игре. Будем держать статус кво. Хозяин придет за деньгами.

Все кивнули. Работали быстро, бесшумно. Деньги — пачки долларов, евро. Миллионы. Часть в кейс — на операцию, отправим анонимно сыну Морозова. Остальное — наше. Для дела.

В сейфе ребята нашли и вещи убитых. По крайней мере кольцо с гравировкой точно было Власова. Еще цепочка золотая с кулончиком маленьким и нательный крестик. Даже не золотой - серебро.

Вернулись домой на рассвете. Солнце жарило, океан блестел. Закурил на террасе, смотря на волны.

«Рита теперь она узнает правду. Всё. Каждое слово, каждую деталь. Узнает, что её мир рухнул не случайно, а потому что какой-то жирный крысёныш решил, что его внучка важнее, чем чужие дети.

Но Слон…

Большой человек из Рязани. Слон, которого боятся. Он следующий. Игра вышла за рамки уральского болота — теперь это федеральный уровень.»Я сжал в кулаке кольцо с именем Марго и засунул себе в карман.

Глава 24: Львица

От лица Кардинала

Частный джет коснулся полосы Кольцово мягко, почти незаметно — пилот работал чисто, профессионально. Еще во время посадки за иллюминатором мелькнул серый Екатеринбург, засыпанный снегом по самые крыши. Февраль. Минус двадцать. Дом. Никакая Доминикана не сравнится.

Гром собирал вещи в салоне, проверял телефоны. Дмитрий потягивался, разминал затёкшие плечи. Серёга и Макс уже встали, натягивали куртки — долгий перелёт, хотелось размяться.

— Босс, куда едем? — Гром взял мою сумку, кивнул на выход.

— Сначала к Рите, — ответил коротко, поднимаясь. — Нужно рассказать про Морозова. Потом домой. Всё же надо как-то наладить связь с Варей. Думаю, она успела остыть и понять, что неправа.