Руководители проекта остались довольны. На всех участников посыпался золотой дождь признания. Награды, премии воспоследствовали. Однако оставался один крайне интересный вопрос. А именно практическая проблема применения нового оружия. Масса плутониевого «Толстяка» 4,7 тонны. Диаметр устройства в защитной оболочке полтора метра. Чуть более компактный урановый «Малыш» с пушечной схемой подрыва весил 4,4 тонны. Диаметр уже приемлемые 0,7 метра при длине 3 метра со стабилизаторами. Именно последнее устройство и решили испытать на практике. В отличие от плутониевой бандуры, урановая считалась надежнее.

С практическим применением не так все просто. На дворе середина 45-го года, ситуация на фронтах еще далеко не фатальная, но и оптимизмом уже не пахнет. На Тихом океане флот США удерживает гряду Гавайских островов. Русские мертвой хваткой вцепились в Аляску, большое контрнаступление повалилось. Официальные источники говорили о боях на границе Канады глухо сквозь зубы, но те, кому положено, знали какой ценой обошелся «лесной Верден».

Немецкая тяжелая авиация продолжала наносить болезненные точечные удары с арктических баз. О Панаме все уже забыли, канал недостижим. Последние очаги сопротивления на Гаити и Ямайке подавлены. Базы на Кубе подвергаются ракетным обстрелам и бомбардировкам. Флот вытеснен к берегам Штатов. С экономикой все хуже и хуже, даже такая страна как Соединенные Штаты не могла поддерживать выпуск оружия на уровне дружной стаи противников.

На большом совещании командующих под председательством Гарри Трумэна все давали себе отчет, наладить выпуск сотен и даже десятков изделий в месяц невозможно. Оружие штучное как волшебный артефакт, этакое «Копье Лонгина» или «Молот Тора» в современном исполнении. Все упирается в проблему добычи сырья и сверхсложные процессы очистки и обогащения.

Первое применение должно нести максимальный эффект, предельно результативную демонстрацию возможностей. К этому пессимисты с генеральскими погонами предостерегали от удара по наглухо закрытым эшелонированной ПВО базам европейцев в Новом Свете. Да, заманчиво одним ударом выжечь тылы противника на Тринидаде, но шанс долететь до цели у атомного самолета в самом лучшем случае один из четырех.

Разработчики просчитали вариант с бомбардировкой Англии. Увы, экипаж «Суперфортеса» должен изначально понимать, что это поездка в один конец. По многим причинам на использование смертников не закладывались. При этом удар по Англии не гарантировал выход Британии из войны. И даже при таком исходе Старая Островная Империя оставалась промышленной и ресурсной базой европейцев. Увы, политические расклады в Старом Свете не секрет для Штатов.

Куда интереснее атака против Японии. Ситуация на Тихом океане давно вошла в клинч. Сменивший Честера Нимитца адмирал Флетчер весьма скромными силами удерживал японцев и непрестанно тревожил набегами и систематическими ударами субмарин вражеские коммуникации. Дальнейшее продвижение для японцев уже несет серьезные риски, коммуникации растягиваются сверх возможного, защитить их нечем. Япония давно получила все что нужно, но воспользоваться плодами успехов до конца войны не могла. Хуже того, население сидело на голодном пайке, все ресурсы из континентальных владений подбирала война.

— Я могу надеяться, что последний меморандум о внешней торговле Микадо не врет? — президент смотрел на командующего флотом адмирала Нимитца, но вопрос адресовался директору Управления стратегических служб.

— У нас нет бухгалтерских отчетов японцев, — мистер Донован сделал вид что не удивился, постановке вопроса. — На войне все врут. Наши источники изначально с погрешностью.

— Получается у Японии стабильно отрицательный торговый баланс, — задумчивым тоном продолжил президент. — Вы уверены, они понимают, что им придется расплачиваться по счетам не только ресурсами?

Ответ легко читался в глазах. Русские спросят по своим долгам, у русских и англичан есть возможности и резоны добиться оплаты своих счетов. Каждый день войны работал против Японии. Вся промышленность задействована в сражении за Океан и Азию, мобилизационный потенциал выбран, на самих островах, а это точно известно по европейским каналам, обстановка тяжелая. Дефицит топлива, транспорта, недостаток продовольствия.

Поставки союзников очень щедры, но не покрывают все потребности Микадо. И так треть мощности Владивостокских верфей задействована на японских заказах, два русских завода синтетического бензина в Восточной Сибири работают на экспорт в Японию. Гордые самураи зависят от союзников, выход из ситуации только в выходе из войны. Для последнего нужен серьезный повод. Требуется продемонстрировать, что цена войны с каждым днем растет в прогрессии.

— Мне докладывали, переговоры о сепаратном мире провалились, — этими словами президент приоткрыл тайну для большей части присутствующих.

— Они со всеми провалились. Но Япония ближе подошла к краю. Токио устроят территории по фактической линии фронта и контрибуция. Все остальные требуют больше.

Госсекретарь стиснул зубы. Союзная позиция европейцев требовала куда больших политических и экономических уступок. Удовлетворение этих требований на долгие десятилетия загоняло страну в статус второразрядной державы. Европейцы предлагали кальку Версальского мира. Для собравшихся в кабинете подписание таких условий означало смерть, не обязательно только политическую.

— Нашему западному противнику нужен серьезный повод для сепаратного мира. Мы можем дать им такую возможность.

— Техническое решение?

— Проработано. Мы можем это сделать, но только один раз.

— Работайте, — сухо разрешил президент. — Провал операции недопустим.

Команда американских учёных успела первой. Приоритет не отнять. Они совершили невозможное. Однако на пятки американцам наступали русские.

Пустыня Каракум забытый Богом и людьми кусок Туркестана. Ветер тысячи и миллионы лет гонит сухие колючки по солончакам, струятся песчинки по склонам барханов. Ветер поет унылую песнь в древних останцах давно стертых в пыль гор. Люди со времен домонгольских избегали заходить глубоко в пустыню, они только прокладывали караванные тропы между редкими колодцами с солоноватой водой. Постоянные поселения если и были, то их давно засыпало песком.

— Что с безопасностью? — князь Дмитрий остановился перед спуском к толстой стальной двери бункера.

— Дальнее прикрытие. Плотно оцеплять полигон смысла нет, — понял по-своему полковник Ревин. — Воздушная разведка ничего постороннего не обнаружила.

— Я имел ввиду безопасность испытаний, — сухо бросил князь.

Полковник простой служака, от и до выполняет требования уставов. Сказано оцепить, вот и прикрыл все возможные пути проникновения.

— Часовая готовность! — прогремело из репродуктора. — Всему персоналу спуститься в укрытия. Повторяю: часовая готовность. Всем спуститься в укрытия.

Дмитрий наклонил голову прислушиваясь к сообщению. Затем легко взбежал на бетонную крышу бункера. Полигон развернули примерно месяц назад. В пустыне поставили и заглубили в грунт железобетонные колпаки укрытий, в двадцати верстах к востоку оборудовали полевой аэродром. Разумеется, на всех тропах выставили стационарные посты.

На безжизненной равнине, окаменевшем дне древнего озера выросла ажурная металлическая вышка. На вершине закрепили устройство. Если бы каким чудом в Каракумы перенесся участник испытаний в США, он бы только улыбнулся. Схожие проблемы приводят к схожим техническим решениям. Никто не закладывался на то, что устройство сработает после удара о землю, потому рассчитывался только воздушный подрыв.

Над полигоном завыли сирены. Площадка вымерла. Две змеи выглянули из расщелин в камнях и зашипели, их чувствительное внутреннее ухо раздражала вибрация ревунов. Подчиняясь командам по радио солдаты патрулей на подходах к полигону бросились на землю. На этот счет всех инструктировали очень строго. Впоследствии люди благодарили безымянных офицеров контрразведки за науку.