— Я вот тут как раз вспомнил, почему я тебя не люблю, — заметил Адриан, потирая укушенную ногу. Он выбрался на бортик и замер, увидев меня.

Я невольно улыбнулась, и брат ответил мне очень теплой улыбкой и кивком.

— Как ты?

Я чуть-чуть помрачнела и прошла к столику с выпивкой. Адри тут же оказался рядом и вежливо налил мне вина в бокал. Затем едва слышно шепнул на ухо:

— Ты проспала почти двое суток. Все основные проблемы Похода Крела решены, люди размещены. Вениан не стал тебя будить и сам закончил работу.

Я не стала огрызаться, потому что не услышала упрека в интонациях брата — он просто ввел меня в курс дел.

— Так что у нас есть пара дней отдыха, присоединяйся, — спокойно и чуть небрежно заметил он, снова направляясь к бассейну. Его спокойствие и легкая, добродушная улыбка предназначались не только мне. Они легко ввели в заблуждение Гедеона, а когда тот осознал свою ошибку — было уже поздно. Адриан подобрался вплотную, применил захват и стал топить брата:

— Ты не конь, ты собака бешеная! Кусючий шелудивый щенок! Тебя еще в детстве утопить надо было, да пожалели! Я это сейчас исправлю!

Маара подбадривала Адри таки утопить этого поганца, Гедеон матерился под водой, пуская пузыри, и пытался вырваться. Ника и Синтия собирали с остальных братьев ставки на исход поединка. Пользуясь общей суетой, Лиана стала распускать руки и откровенно лапать Наркиса, пока тот отвлекся на драку.

Я улыбнулась, пригубила вина и легла на шезлонг, куда падали косые лучи полуденного солнца, проходящие через кристальную породу гор. Оказалось, что вне надзора придворных, без отца и стражников, без слуг и чиновников, королевская семья наконец расслабилась и успокоилась. Они все словно оттаяли, сняли маски и вдруг превратились из надменных принцев и принцесс в улыбающихся и веселящихся ребят. Наверное, я с самого детства не видела их вот такими беззаботными.

— Мы должны отпраздновать наш переезд, — изящно улыбнулась Синтия, обводя всех взглядом. — Такого не было лет сто семьдесят. С той самой Водной Сечи. Кто участвует?

Лиана тут же с энтузиазмом подняла руку, затем глянула на недоумевающего Наркиса и подняла его руку тоже.

— Его записываем принудительно! — констатировала она. Маркел расхохотался, Донат и Маара хмыкнули.

— Адри, ты бы того, отпустил бы нашего пресноводного жеребца, — лениво заметила я.

— Да, точно, — улыбнулся Адриан, ослабляя захват на шее брата. — Я что-то задумался. А он уже и признаков жизни не подает… а нет, смотри — живой и резвый!

Как только Адри убрал руку с шеи Гедеона, тот понесся как можно дальше, поднимая тучи брызг, ругаясь и отплевываясь.

— Да нет, его часто топят, у него уже навык выработался, — махнул рукой Донат. Затем кивнул Линде, принимая приглашение.

— Я же обещал, да? — подмигнул Мааре Вениан и вышел из бассейна за новой порцией алкоголя и закуски. Сестра расцвела и сладко улыбнулась брату.

Ника, как всегда, отказалась.

— Гедеон кусючий, его примем только в наморднике, — фыркнула Лиана, вызывая новую волну веселья. — И в ошейнике, и на цепи…

— Да ну вас всех к черту! — обиделся «зверь». — И вообще, я с вами не буду…

— Конкуренция. Тяжело. Сочувствую, — заметил Адриан, ехидно прищурившись. Гедеон что-то зло фыркнул и ушел к себе в комнаты. — Ди?

Я на миг опешила и встретилась взглядом с братом. Он никак не выдал своих эмоций или мыслей, разве что вот такой личный вопрос и настолько пристальный взгляд… Брат через мгновение повернулся к Синтии и улыбнулся:

— Я поучаствую, в кои-то веки есть настроение.

— Я пас, — проговорил Маркел, вытираясь. — Мне еще работать и работать. А вы веселитесь.

Морук непонимающе оглядел всех нас. Наркис тоже развел руками.

— А о чем вообще идет речь?

— О Боги! Чему только учат молодое поколение! — раздосадовано всплеснула руками Синтия. — Вековые традиции, такие древние ритуалы, которые столетиями сплочали наши ряды, мирили врагов и давали новую надежду на лучшее будущее. Как можно не быть причастными к настолько важным и высокодуховным действам?

Синтия покачала головой и отпила из своего бокала. Затем мило улыбнулась двум ошарашенным братьям.

— Конечно же, мы говорим об оргии!

Мы сидели в Главном зале и завтракали. У Синтии на лице застыла маска надменности и спокойствия, но я знала, что на самом деле она просто мучается с похмелья. Чиновники и придворные уже освоились, вовсю сплетничали и обсуждали события. На резном каменном троне, украшенном по спинке кристаллами, восседал дядя. Атмосфера царила добрая и домашняя, и одно это уже многое говорило об Экстасе, как о короле. Ему было достаточно просто приподнять бровь, чтобы поставить на место забывшегося человека или загнать обратно в рамки приличия любого из королевской семьи. Никаких грозных взглядов, криков и стучания кулаком по подлокотнику. Никакой стражи для поддержания порядка — хватало только авторитета дяди.

— Какого черта у вас вчера случилось с Адрианом? — едва слышно спросил меня Маркел.

Я покачала головой.

— Мы не будем это обсуждать, — отрезала я, не желая вспоминать подробности вчерашнего дня. Это была ужасная идея участвовать вместе с Адрианом. Это была самая плохая идея из всех, что возникли в прошедшие месяцы. Мы никогда с ним не спали и лучше бы так и оставалось навсегда.

Марк глянул на Синтию. Та пожала плечами, очень осторожно, словно была сделана из стекла. В этом зале мы сидели с обеих сторон стола, так что могли переглядываться и общаться куда легче.

— Мы не особо знаем, — пожала плечами Лиана. Затем очень лукаво улыбнулась и отпила немного отвара трав. — Я вот была занята Наркисом.

— Ты им занята с того момента, как он прибыл в Леару! — тихо прошипела Синтия. Лиана показала ей язык и усмехнулась. Шельма! Она умудряется побить даже наши со старшими сестрами рекорды по количеству каверз и проделок. Далеко пойдет.

— Боги, вас просто нельзя оставлять без присмотра! — выдохнул Маркел. Он так и не добился ни от кого подробностей произошедшего, чему я очень радовалась. Вся суть в том, что о случившемся знал только Вениан, а он понятное дело благоразумно молчал. Остальные же видели лишь, как Адриан спешно покинул зал в разгаре праздника. Ну и злые его крики тоже слышали, а подробностей не знали. Это породило массу фантазий и интерпретаций среди братьев и сестер, но все они хоть и бешено злили Адриана, не имели к реальности никакого отношения. Потому что реальность, как всегда, когда дело доходило до Адри, была странной, нелепой и нелогичной. И никакого разумного объяснения я так и не услышала. Только решила для себя, что какой бы не была ситуация — больше в этом смысле я к нему не прикоснусь. Пусть наше тесное физическое взаимодействие заканчивается на драках и дуэлях.

Морук не сильно оценил нашу маленькую традицию, и довольно быстро покинул общий зал. Он все-таки был воспитан вдали от семьи и так просто не избавиться ни от комплексов, ни от старых привычек. Зато Наркис влился так, словно всегда был с нами и одним из нас. Тонкое чутье, гениальный ум и истинно лидорианская чувственность сделали его предметом обожания как минимум трех сестер. Меня даже немного удивила легкость, с какой Наркис стал лидорианцем и подружился со всеми нами. Сегодня он сидел и самозабвенно спорил с Венианом о различиях планетарной и космической тактики. Адриан иногда вставлял свои реплики, но почти все время угрюмо молчал и кидал на меня едва заметные взгляды.

Я подумала о том, что мне стоит как можно быстрее найти способ отправиться на поиски того человека из бури, потому что одного странного вечера в компании Адри мне вполне хватило. Навсегда.

Мы были в Главном зале между обедом и ужином, когда столы еще пусты и почти никого нет. Отец, Ринек, Ден, дядя и я стояли и молча наблюдали за тем, как рабочие закрывают щитами огромные витражи на всю стену. Несмотря на толстые стекла, оставлять такие большие окна было опасно. Ввиду приближающейся бури возникала необходимость сократить теплопотери.