Я уже хотела ответить что-нибудь едкое, но тут наш незнакомец, что до этого не подавал признаков жизни, вдруг вскочил на ноги, как безумный. Он молниеносным, хорошо натренированным движением, вскинул руки и встал в боевую стойку. Он еще не закончил разворот, а между его пальцами уже потрескивал огонь, готовый в любую секунду полететь во врагов.

— Все прочь, — вдруг уверенно заявил Фредерик и подхватил посох, что был прислонен к дереву. Я привычно послушалась команды — еще не выветрились у меня навыки обучения в Академии. Астроил отступил подальше в кусты, но меч из рук не выпустил.

Я присмотрелась к парню. У него были серебряные глаза, не серые, а именно серебряные, с более темными и светлыми прожилками. Они искрились, как только что отчеканенная монета. Пытливый, пронзительный взгляд. Мои догадки подтвердились. Он молод и не человек.

Незнакомец вдруг глянул себе под ноги и словно сорвался с цепи, бросившись на декана. Я тоже посмотрела на траву, но ничего не увидела, кроме контрастных теней от листвы.

Честно сказать, то еще безумное решение, выбрать из всех нас именно Фредерика объектом своей агрессии. Но декан был на удивление спокоен, даже чему-то едва заметно улыбался. Он встретил атаку огня и одним взмахом посоха ее развеял. Затем стал ходить по кругу маленькой полянки, где мы разбили лагерь, легко переступая через брошенные вещи и не атакуя в ответ. Фредерик не отрывал взгляда от противника, отслеживая и его манеру ведения боя, и мимику, и каждое движение.

Тут уже и я улыбнулась, когда все поняла. Как только парень встал в стойку, как только сотворил огонь, в декане проснулся преподаватель. Изучить нового мага, протестировать, проверить, понять. И скорее всего — притащить в Академию на обучение. В этом столетии хорошие маги стали дефицитом, даже в Звездный теперь брали откровенно слабых учеников, просто чтобы укомплектовать состав.

Незнакомец, чье лицо было искажено яростью, атаковал снова и снова, всеми стихиями. Затем, увидев тщетность своих усилий, перешел на синтез, а затем и вовсе на какие-то немыслимые виды энергий. Я нахмурилась, мне на мгновение показалось, что я узнаю то, что он использует...

— Контроль над разумом, серьезно? — вдруг проворчал Фредерик. — Малец, да ты наглее, чем кажешься!

Парень на миг замер, словно громом пораженный. Но вот снова в его глазах мелькнула безумная искра гнева и он выкрикнул:

— Где она? Куда вы ее забрали?

Ответом ему были недоуменные взгляды.

— Где моя тень?!

В этот крик он вложил столько боли, отчаянья и тоски, что меня — эмпата — почти поглотила эта волна и за малым не снесла.

— А я тут ягодки нашел! — вдруг раздался из кустов веселый голос ДеВеля. Через секунду появился и он сам, держа в руках какие-то фиолетовые гроздья.

Я ожидала нового нападения, но незнакомец только как-то странно посмотрел на пилота. Видимо, парень двигался на одном адреналине, потому что, оглядев наши удивленные лица, он вдруг словно поник. Искры исчезли из глаз, сменившись апатией. Фредерик успел подхватить парня до того, как тот упадет на траву поляны. Он бережно положил юного мага на расстеленный плащ и даже подсунул ему под голову одну из сумок в качестве подушки.

— Может его связать? — настороженно спросил Астроил.

— Нет нужды. Он еще сутки будет отходить от архимагического транса, — легкомысленно улыбаясь, заметил Фредерик. Но я видела, что декан чем-то озадачен.

Через час, когда мы приготовили и съели походный ужин, и сидели на мягкой траве, глядя на багряные лучи заходящего солнца, мне представилась возможность поговорить с Фредериком.

— Чем расстроен? — тихо спросила я.

— А то ты не видишь, — ехидно фыркнул Фредерик. И я вдруг подумала, что за все годы обучения так и не узнала, как следует, этого выдающегося человека. Мы только в эти дни начали нормально общаться, без формальностей и лишних оков. Без Натаниэля.

Декан вздохнул и приложился к фляге, затем протянул ее мне.

— Как будто ты не увидела, что он тут вытворял без посоха или других усилителей! Беспредметная магия, очень хорошего уровня. Кое-что специфическое в довесок. Он уже обучен. Полностью. Я бы мелочи подправил, конечно. Как минимум бы объяснил, что негоже пытаться залезть в голову архимагу! Ну и техника местами слабовата, но это так — придирки. Если его и брать, то на один курс, восполнить пробелы, проверить как он знает теорию... Но вот что странно, пацан явно учился по методикам Академии. Так учу магии только я. А этого парня я не учил.

— Может какой из твоих выпускников взял его? — я пожала плечами.

— Может, — с сомнением произнес Фредерик. — Но думаю, дело тут темное. Слишком обширные знания у парня. Транс, стихии, ментальные техники, построение защит... полный набор. Для этого нужен не один преподаватель, а штат целой школы.

— Конкуренция, она такая.., — сонно заметила я и стала проваливаться в дрему.

Я проснулась на рассвете, когда поняла, что замерзла и продрогла. Рядом трещал огонь костра и раздавались тихие голоса. Я уже было хотела подползти поближе к пламени и отогреться, но замерла и прислушалась.

— Я ничего не помню, — прошептал незнакомый мне голос, вкрадчивый и чарующий. — Знаю, что была битва, в которой мы не могли победить. Горькое такое разочарование помню. Когда делаешь немыслимое, но даже этого не хватает для победы. Я не должен был выжить... Где я?

— А какая тебе разница, если ты не помнишь, где должен быть? — тихо спросил Фредерик. Остальные члены нашей команды, видимо, спали. — Маленький мирок, в нем лес, озеро и несколько городов.

Декан некоторое время рассказывал о бессмертных мирах... И тут меня осенило. Я не знаю, почему и как это случилось. Черт возьми! Мне так и не пришла ни одна умная мысль по поводу семейных распрей, ни единой идеи о том, как защитить свой мир — а тут на удивление сразу озарило!

Космическая Империя, вот откуда родом этот парень. Синтетическая ткань брюк и рубашки, пластиковая пряжка ремня. Магию, которую он использовал, я знала очень хорошо — можно сказать, я в какой-то мере ее придумала и породила. Использование частиц водорода и солнечного излучения, пусть в очень малых, планетарных дозах, пусть крайне деликатное — но это было оно. А еще лицо этого парня.

Я села и глянула на беседующих. Парень замолчал и поднял на меня серебряный взгляд. И я вдруг ощутила щемящий холод в груди, такую острую тоску и грусть. Я уже видела эти черты — серебро вьющихся волос, каких не было в моей семье, скулы и брови, линия губ, все оказалось на удивление знакомым, хоть и немного другим. Сколько нужно времени и поколений, чтобы подобные черты стали доминирующими? Между моими братьями и Анатолем стоял вот этот парень. Если представить всех лидорианцев, которых я знаю, то между ними и Императором из далекого будущего будет стоять человек с такими чертами. Нечто среднее, между нами из сегодняшнего дня и серебристым изяществом будущего.

Ну и, конечно, Протекторат. Но тоже не совсем, тоже нечто среднее между привычной нам Академией и школой протекторов семь тысяч лет спустя. Место, где уже учат космической магии, но рука Фредерика еще ощущается в новых поколениях учеников, и система образования не изменена полностью.

Передо мной сидел потомок одной из моих сестер и Императора Дакора. Гость, каким-то образом оказавшийся в бессмертных мирах, сквозь пространство и время. Интересно, как к этому отнесутся другие члены семьи? Ведь Лидор еще не видел ни одного внука короля Уэрдека, не говоря уже о правнуках. В нем почти не было внушительных коренастых черт нашего отца (или самого Дакора), они ушли, заменившись другими, изящными и сильными. И эти серебристые вьющиеся волосы... меня даже окатило воспоминаниями, как мы с Анатолем лежим в одной постели под светом чужих звезд, как мне на лицо падает прядь его волос, чуть белее, но с таким же серебряным оттенком.

— Ты говорил, что что-то потерял? — спросил шепотом Фредерик.

— Тень. Ее больше нет. Это все что я знаю. Кто-то забрал у меня мою тень, а в ней — вся моя жизнь, — парень устало поднес кружку с отваром к губам и медленно отпил. — Единственное важное во всем мире. Моя тень.