Первыми бились Маркел и Ника — старые конкуренты по части магии. Но в их соперничестве не было эмоций, ни зависти, ни агрессии. Скорее некий научный интерес и желание превзойти противника, самому стать лучше. Поэтому их битва протекала зрелищно и даже изящно, они использовали мудреные заклинания, сложные финты и целые связки магических ударов. Это был почти танец, в вихре энергий, всполохов огня и мерцании льда.

Было видно, что Ника несколько не в форме, поэтому сражение закончилось победой Маркела, чего давно не происходило — обычно они выходили на ничью. Но тут сестра умудрилась пропустить весьма ощутимый удар, отчего Марк тут же прекратил поединок, боясь навредить Нике. Трибуны оглушили меня шквалом оваций и радостных криков. Маркел поклонился публике, помог сестре добраться до трибуны...

— Эй, щеголь! — послышался задиристый и звонкий голос. — Если уж ты решился выйти из своей башни, то будь готов к тому, что тебя размажут. Внешний мир бывает очень жесток к домашним мальчикам и заучкам.

Я прикрыла глаза рукой и застонала. На арену вышла Элька с посохом в руке. Она была одета так же, как утром — ни доспехов, ни дополнительных амулетов. И, судя по всему, она уже успела где-то раздобыть немного алкоголя.

— Мои моральные принципы не позволяют мне избивать цветочных фей, беззащитных девушек и единорогов, — Марк хищно улыбнулся и стал спускаться с трибуны. — Но, если уж прекрасная дама так просит, я готов научить нескольким приемам.

— Ты немного промахнулся, твои уроки не будут интересны даже первокурснику Академии, сопляк!

Судя по всему, они оба получали огромное удовольствие от этой перепалки, так что я расслабилась и откинулась на подушки. Они прошли несколько кругов по арене, поддевая друг друга и задирая. Затем внезапно прекратили болтать и одновременно перешли в атаку. В этот момент я поняла, что Элька была трезва, как стеклышко, и просто играла на публику — ее движения были нечеловечески быстры, точны и легки. В первую же серию атак Маркел пропустил два удара и на песок арены упали несколько капель лидорианской крови. Брат нахмурился и сменил тактику, вдруг поняв, что его действительно могут размазать по арене. Похоже, он не особо поверил в мои рассказы о подвигах Эльки, и теперь расплачивался за самонадеянность.

Нужно понимать, что для приезжих и гостей эти безранговые бои были невероятным шоу, а вот для членов семьи — набившей оскомину бравадой. Мы сотни лет дрались друг с другом и нам это осточертело, даже смотреть на это было скучно. А тут новое лицо и совершенно внезапная манера ведения боя. Королевская семья на время забыла о проблемах, оживилась и стала делать ставки. С особым удовольствием Ника поставила на победу Эльки крупную сумму, похоже она надеялась, что раз уж я не участвую, то хоть кто-то победит Марка.

Элька играла чудесно. Нет, она была опытным и сильным магом, но ее умение именно играть — было непревзойденным. Она совершенно незаметно открывалась, провоцируя Маркела на нужный ей выпад, она ускользала и претворялась. Как горный поток, прыгающий по порогам и камням, Элька уходила от ударов, выскальзывала из ловушек и наносила точные удары по противнику. Она сама была магией — дикой, безграничной и даже немного игривой.

Через десять минут Маркел начал беспокоиться, через двадцать — откровенно нервничать. Элька мило улыбалась и блокировала его атаки. Я поняла все по ее взгляду — ей надоело играть, и она пошла в лобовую атаку. Через секунду мой брат висел в оковах льда и камней, словно статуя на постаменте. Еще секунда — Элька взмахнула рукой, развеивая магию и освобождая поверженного противника.

Она лучезарно улыбнулась трибунам и присела в изящном реверансе. Маркел выглядел озадаченным, но почему-то счастливым донельзя. Видимо, ему самому осточертело быть лучшим.

Трибуны отозвались торжествующим ревом и овациями. Подозреваю, что если посвященных в тайны магии поразили техники боя и точность атак, то простых зевак впечатлил вид полуголой эльфийки побившей лидорианского принца. Что из этого было большим шоу — я бы не смогла ответить наверняка.

Элька пафосно прошлась по арене, наслаждаясь овациями и всеобщим ликованием, манерно покачивая посохом и улыбаясь зрителям. Но постепенно гул смолкал, все вытягивали шеи и ерзали. На арену неспешно вышел Эстрендель, медленно снял наплечники, кинув их на стол для оружия у края трибун. Затем сбросил кирасу и плащ, оставив только расшитые одежды и поножи.

Эльфы Штормовых Пределов отличались от расы Эльки — очень бледная кожа, более резкие черты лица, белоснежные, почти седые волосы и черные, как мокрый гранит, брови. Снег и черный камень, вот что олицетворяла внешность этого народа.

Даже без широких наплечников он был в два раза шире худосочной Эльки и на целую голову выше. Подруга закинула посох на плечо — за что нас не раз ругал декан Фредерик — и смерила короля эльфов уничижительным взглядом. Она даже сделала вид, что разочарована новым противником, но я видела, как в ее глазах зажглись бесовские огни. Подруга вся собралась и напряглась, хотя внешне выглядела совершенно расслабленной. Мы обе понимали, что Эстрендель противник действительно незаурядный, и Эльке придется выложиться полностью в этом поединке. Более того, даже абсолютная самоотдача не гарантирует ей победу. Эстрендель тысячи лет правил Штормовым пределом и каждый день его жизни — битва с порождениями Внешней тьмы. И несмотря на все таланты и заслуги, Элька имела куда меньше реального боевого опыта.

Они вышли на арену, вежливо поклонились друг другу и встали в стойку. Эстрендель не взял посох, а вступил в поединок с парными мечами, черными как гранит Стены. Это были безранговые бои, где ни опыт, ни тип оружия, ни титул не имели значения. Элька даже не вздрогнула, когда на ее голые плечи опустились первые снежинки. Вскоре густые хлопья снега закружили в воздухе над ареной, не покидая ее предела и не тревожа зрителей.

Подруга кокетливо улыбнулась и взмахнула рукой, принимая вызов противника. Она любила лед и снег, как любят эльфы любые проявления природы. Я видела, как она наколдовывает вокруг себя ледяную защиту и готовится к нападению Эстренделя. Получилось вполне ожидаемо — я хорошо знала подругу — как только противник атаковал ее льдом и ветром, Элька тут же ответила мощным огненным ударом. Это немного выбило противника из колеи, но уже через секунду тот правильно оценил ситуацию, подкорректировал свое поведение и больше не велся на провокации.

Подруге приходилось несладко, привычные финты не давали нужного результата и стоили нескольких ошибок, прежде чем она и сама изменила тактику. Противники теперь использовали голую, чистую магию, без ненужной мишуры и театральности. Я хмыкнула, осознав, что Эстрендель вывел Эльку на свою территорию, заставил ее принять нужную ему манеру боя. Но подруга не была вертлявой сумасбродной девчонкой, точно так же, как и образ королевы эльфов являлся маской. Она — сильнейший архимаг из тех, кого видела арена Лидора. Личность, способная выйти на битву против драконов и победить, да еще и получить при этом несказанное удовольствие.

Стихии и силы, что годами сдерживались правилами приличия, воспитанием и долгом, высвободились.

И арена дрогнула под шквалом магии. Живое пламя, яркое как солнце, бушевало ореолом вокруг Эльки и лед Эстренделя таял, не добираясь до цели. Она усмиряла ледяные шквалы врага и обращала жаркий ветер против него. Она кружила в магическом трансе, и молнии сверкали вокруг ее рук, напоминая серебряные цепи.

Эстрендель был сильнее, древнее и опытнее. Он, конечно же, победил. В один миг, когда Элька успела отразить пять из пяти одновременных атак противника, он сделал молниеносный шаг вперед и сжал руку на ее горле. Они замерли, Элька, сверкающая глазами, побежденная, но не покоренная, была готова продолжать бой вечно. Подниматься снова и снова. Эстрендель же держал ее за горло, без жестокости, но достаточно твердо. Один из его мечей отброшен в сторону недавней атакой Эльки, второй зажат в руке.