Это было закономерно, но от того не менее грустно. Наши отношения с Астроилом не были простыми даже на его территории, а стоило им только продолжиться в рамках Лидора, как все стало слишком сложно. Но я, почему-то, долгие годы все равно хотела верить, что вернувшийся ко мне адмирал сможет дать то, чего я так жаждала.

В моих комнатах меня поджидал Ринек. Я устало расшнуровала корсет и сбросила платье, затем почувствовала озноб и набросила на плечи теплый домашний плащ-плед. Молча подкинула в камин дров, чтобы выгнать сырость из старого камня стен.

— Как прошел первый тур? — спросил брат.

— Вполне неплохо, — неохотно ответила я, забираясь с ногами в кресло. За окном было еще темно, но до рассвета оставалась всего пара часов. Третьи сутки суеты и беготни, почти без сна и отдыха, и совсем без прогресса в решении наших проблем. Тело ломило от усталости, а ночь была на удивление прохладной для знойного климата Лидора.

Ветер шелестел листвой, и зеленая ветка уныло стучалась в панорамное окно. Было тихо и на удивление одиноко.

— Расскажи мне все, что тебя беспокоит, — вновь произнес Ринек. В полутьме комнаты черты его лица казались жестче, словно выгравированные на серебряной монете.

— Меня беспокоит так много вещей, что я даже не могу выбрать одну в качестве главной причины хандры! Странно... все.

— Конечно. Я тоже чувствую себя не в своей тарелке. Но нужно что-то решать. Ты знаешь, что будешь делать?

Я глянула на стол, за которым сидел мой брат и удивилась. На лакированной поверхности лежала коробка с вещами Натаниэля.

— Мне было нечем заняться, — брат проследил мой взгляд и пожал плечами.

— Правда? Понимаю, ты всегда с таким энтузиазмом участвовал в турнирах, а тут приходится сидеть взаперти, — я улыбнулась, потянулась и зевнула.

— Еще бы! Как тут не злиться... Так ты расскажешь, какое положение дел? Что думают другие братья?

Я встала с кресла, медленно подошла к брату, ласково провела по его лицу рукой и кивнула в сторону постели.

— Нужно поспать как следует, я едва держусь на ногах! А завтра с утра все обсудим...

Рин раздосадованно вздохнул и чуть нехотя кивнул.

— Но может ты все-таки расскажешь о настроении в городе?

Я вновь улыбнулась, обняла брата и тихонько потянулась к коробке.

Затем чуть отстранилась от Ринека и резко полоснула его по горлу кинжалом, что принадлежал Нату.

Это было нелегко. Чертовски сложно. И единственная причина, по которой я смогла это сделать — я не размышляла.

В ту же секунду я отпрыгнула подальше, сжимая в руке окровавленное оружие. Двойник брата — а теперь я в этом не сомневалась — прижал руку к ране на шее, глянул на меня и одним рывком оказался у окна. Я немного успела осознать, что крови было слишком мало для такой раны. Двойник с нечеловеческой силой швырнул в меня металлическую ширму и тут же запрыгнул на подоконник.

Я почти смогла увернуться, но меня все же зацепило углом, сбив с ног. К тому моменту, когда я встала — а прошла лишь пара секунд — подоконник уже был пуст. Я выругалась и подбежала к распахнутому окну. Дворик, залитый лунным светом, хорошо просматривался. Куда бы не побежал двойник, мне его уже не отыскать. Тем более — не подняв шума и не выдав всем нашей маленькой семейной проблемы.

Скрипнула тяжелая дверь, заставив меня сжать кинжал и нервно оглянуться. На пороге стоял Рин, в простой одежде и с кожаным шлемом в руках.

— Покажи руку! — потребовала я.

На лице брата отразилось беспокойство, он быстро оглядел меня, комнату, окровавленный кинжал... и мне уже не нужны были доказательства. То, как чуть затряслись его руки, как расширились от тревоги зрачки, как первым его порывом было броситься ко мне — это сказало мне больше, чем Злюка на его запястье. Меня сразу отпустил транс, я ощутила жуткую усталость, потрясение и жгучую боль в ноге. Беглый осмотр подтвердил мои худшие опасения — металлический угол ширмы рассек икру до кости.

В течении следующего часа Ринек сам промывал мою рану, зашивал и перевязывал. Он сделал бы это быстрее, если бы только мог не прерываться.

— Тебе не больно? Еще бальзама? Черт! Я их уничтожу! Я вырежу их сердца и заставлю сожрать! Тебе точно не больно? Моя маленькая птичка, солнышко мое, скажи, если станет плохо... Я все-таки добавлю бальзама...

Каждый раз, когда я хмурилась или вздрагивала, Рин прекращал обрабатывать рану и замирал, боясь, что он причина моего дискомфорта. Но на самом деле обезболивающий бальзам подействовал отлично, я хмурилась своим мыслям и старалась не смотреть на рану.

— Все хорошо, милый, продолжай, — успокаивала я брата и вновь погружалась в размышления. Мне было отчаянно нужно проанализировать всю информацию сейчас, пока она еще свежа в памяти.

Когда медицинские процедуры были окончены, я попросила позвать Шина, Эльку, Адриана и Маркела. Остальных решила пока не беспокоить. Ринек не хотел выполнять мою просьбу и настаивал на том, что мне нужно поспать. Это заставило меня убедиться в своих предположениях.

— Я позову! — внезапно произнес голос Фантома. — Принцу Ринеку лучше не появляться на людях.

Через двадцать минут в моих комнатах уже собрались нужные люди. Я действительно была слаба, ранена и совсем забыла принять серебряный эликсир от черной хвори. Элька быстро помогла мне решить часть проблем — смешала нужные ингредиенты и немного поколдовала над моей ногой.

Гости молча ждали от меня ответов, чуть нервничали и выражали искреннее беспокойство.

— Сначала скажите — у всех есть нужные метки и другие могут их подтвердить? — сурово проговорил Рин. Кажется, он решил никого не подпускать ко мне и внимательно следить за собравшимися. Все, кроме Адриана, показали метки.

— Мою может подтвердить Вениан, но вы его не позвали, — холодно ответил брат.

— Можно перерезать ему горло и посмотреть, что из этого выйдет, — сурово проговорил Рин. Затем не выдержал шокированных взглядов окружающих и рассмеялся. Я тоже расхохоталась этой черной шутке — наверное, нас обоих начало отпускать шоковое состояние. Нам потребовалась пара минут, чтобы успокоиться. За это время Адри почти побагровел от злости.

— Ладно-ладно, — примирительно сказала я. — Сейчас я поведаю, что случилось, и вы поймете над чем мы шутим!

Я рассказала о том, как увидела в комнате двойника без метки, как мы с ним подрались, а Рин помог мне с ранением.

— Но ведь было темно, как ты поняла, что это двойник? Как разглядела метку?

Я победно улыбнулась и попыталась чуть изменить позу, чтобы вторая нога так не затекала.

— Дело было не в метке. Ребята, у нас теперь куда больше информации, чем вам кажется! В комнате было очень холодно, это раз. Потом я чувствовала себя совершенно одинокой, хотя Рин был рядом, это два. Двойник копался в вещах Ната, это три. И было мало крови — это четыре.

Друзья смотрели на меня непонимающе. Адриан нехорошо улыбался — он еще не забыл шутку о перерезанной глотке, был зол и готов язвить.

Я попыталась сосредоточиться и все-таки выразить то, что почувствовала и узнала. За окном уже занималась заря, и все собравшиеся едва держались на ногах от усталости, зевали и смотрели на меня красными от недосыпа глазами.

— Ладно, обойдемся без подробностей. Наши враги создали нечто вроде голема, двойника Рина. Я все это время очень переживала, смогу ли я отличить подделку от оригинала и что будет при нашей встрече. Я боялась. Но мои опасения не оправдались. Адриан, ты сражался с копией Рина и поверил, что это был он. Потому что голем перенимает навыки, в том числе моторные, и знания оригинала. При этом не становится настоящим. Я очень много думала над этим. Как же полная копия Ринека может идти против Лидора, семьи и короны? Ведь если враги сделали точного двойника, первое что сделает любая адекватная версия Рина — пошлет своего создателя, если тот желает вреда Леаре. Есть разные твари, умеющие перенимать облик, но големы могут брать от образца и все навыки тоже.