Пытаясь сконцентрироваться на дороге, я то и дело отгонял мысленно запоздалые вопросы: «Почему так? Если бы я не стратил по мелочевке. Незначительно. Если бы ты не ушла тогда… Этот малыш мог бы быть нашим с тобой сыном».

Уже проехав Грац, я ощутил напряжение, заметил взгляды Михаэлы по сторонам.

— Что случилось?

— Ты не видишь? Вон та машина постоянно встречается после того, как мы въехали в Австрию. Номера, кстати, чешские. Неужели нас всё-таки пасли и теперь ведут до Хорватии?

— Успокойся. Вон тот «Вольво», впереди справа, с венгерскими номерами, я обгоняю пятый или шестой раз. То он нас, то мы его. Это простое совпадение.

— Но тачка из Чехии!

— Не выдумывай проблему на ровном месте. Когда я подъехал к отелю в Брно, то сначала проверил обстановку. Ничего подозрительного не нарыл. Мишико, ты зря взрываешь себе и мне мозг. После тоже - тишина. Я смотрел, уезжая из города. Никаких хвостов не приметил...

Успокоить-то я её чуть-чуть смог. Но у самого засосало под ложечкой и растеклось в сознании сомнение — мерзким страхом-подозрением.

Где взять грёбаные гарантии, как убедить себя, что мельтешащая будто специально «Шкода» цвета «металлик» — не очередная подстава для словачки?

Она тысячу раз права со своей самокритикой. Не женщина, а ходячая ловушка для трындецов. Тыц-пыц, готово! Мля, на раз, находит! Причем, с переменным успехом. То Михаэла их. То они её. А потом - по полной программе и без снисхождения. Так и норовят её накрыть с головой...

— Господи, не оставь, помоги! — попросил, тихо шевеля губами. — Мне так хочется спасти её и малыша. Увезти подальше от преследователей. Пусть мои и её опасения окажутся напрасными. Пусть моей родной словачке и её сынишке не угрожает ничто, никакие сволочи.

Мольбы и страх за беременную Мишико с малышом потрошили нервы.

Во что вляпался её иранский муж?

Почему кто-то хочет причинить ей вред?

Как теперь уберечь её?

________________

Сноска к главе:

*Brže‑brže! — в переводе с хорватского буквально «быстрее‑быстрее».

Глава 54 ВОЗВРАЩЕНИЕ В ПРОШЛУЮ ЖИЗНЬ

Возвращайтесь на старое место и на пепелище,

Возвращайтесь всегда, возвращайтесь потом и сейчас,

Вам простится, и вас непременно отыщет

Чья-то близкая тень, не забывшая вас.

О. Кучкина

МИШИКО

- Не бери в голову, это случайное совпадение. — У меня на прошлой неделе после отдыха отбыла домой семья из Чехии. А эти, что нам постоянно попадаются, наверное, только прикатили в Хорватию - в отпуск. Мишка, успокойся. Потом мы их догоним и перегоним. И так доедем до цели, соревнуясь…

- Да, они вроде бы свернули… Хорошо, если ты окажешься прав. Пусть это будут обыкновенные туристы. — без уверенности проговорила я.

- Ты о себе и о Бахраме заботься. Остальное организую и обеспечу сам. Или ты сомневаешься в моих способностях?

- Ну, не выдумывай и не нарывайся на комплименты. Сомнений не имею. Не позвонила бы. Спасибо, Томичко!

Я посмотрела на спящего сына и повернула голову к окну. Открывшаяся родная картина - море, изрезанное островами, как бальзам на душу пролилось, утешило.

Тихонько поправила чуть съехавший плед, укрыла Бахрама и подумала, что он очень любит воду.

Вспомнила, как в отпуске и дома - на острове Киш Зхубин занимался с ним, брал на яхтенные прогулки. А наш сын с удовольствием учился плавать, чувствуя себя уверенно в надежных руках папы. Мысленно представляя картинки из наших счастливых дней в семейном кругу, невольно улыбалась.

Хорошо, что сезон на Ядране еще не закончился. Посмотрим, как мой малыш будет знакомиться с чужим для него морским берегом.

Выстояв недолго, лишь четверть часа, в очереди на паром, купив билеты и заехав на парковку внутрь, Томислав предложил выйти на свежий воздух, а заодно воспользоваться туалетом.

Когда я оставила сына вместе с бывшим мужем на палубе, а потом вернулась, Бахрам подпрыгивал на месте, радуясь от чего-то без меры. Да и хорват довольно усмехался.

- По какому поводу у вас обоих улыбки на пол-улицы? Прохожим приходится щуриться! А у моего султанчика завелась с полуоборота электродрель в попе.

Все это я выдала на хорватском.

- Мама, там дельфины! — прояснил сын на фарси накрывшую его с Томисловом радость и показал в море.

- Не знаю, что он тебе говорит, но нам повезло, целая стая больших черных дельфинов прошла. Прыгали недалеко от борта. - сказал Томислав.

- Да, он понял. Как раз мне на персидском об этом рассказал!

- Как мы будем общаться? Давай начну пацана учить хорватскому?!

- Попробуй, коли не шутишь.

- Лего? - выдал взрослый хорват маленькому иранцу, забыв, что это слово звучит для детей одинаково во всех частях цивилизованного мира.

- Лего. - вторил моему бывшему попугаем Бахрам.

- Почему лего? - поддержала я чересчур содержательную беседу мужчин.

- Когда я брал сидение у Бркичей в машину для твоего сына, то спросил, не осталось ли у девчат из игрушек что-то. Подходящее для маленького мальчика. Они пообещали посмотреть в кладовке. Пока ты была в туалете, младшая дочка Ловро Маринела мне смс прислала, что с бабой Славицей они перерыли все картонные коробки и все-таки нашли для игр лего, альбом и карандаши, ну и понемногу еще какую-то мелочь. Соседка во дворе в детском домике картонный коробок оставила. Там мячики разные, формочки для песка, кегли. Короче, посмотрим, как приедем. На сегодня Бахраму хватит, чтобы в подаренном хозяйстве разобраться, а завтра или послезавтра съездим в супермаркет и купим правильные пацанские забавы: роботов трансформеров, электронные машинки и все, что нам там понравится. Я сто лет не играл, отстал от темы. А теперь и сам развлекусь!

- Ух ты. Убил наповал, Томица! Хвала пуно. Не сердись, не буду ему переводить!

- Почему?

- Пусть попозже сюрпризу обрадуется. А то мы все его книжки на фарси и игрушки в доме деда в спешке оставили. Реза успел с подушки схватить лишь Захру - любимую плюшевую обезьяну Бахрама. Она в сумке лежит…

Томислав, бросив взгляд на море, перебил меня. Его рука коснулась моего локтя и, не отпустила.

- Все, подходим к берегу. Пошли вниз, чтобы другие машины не задерживать.

- Хорошо, я сама могу…

- Так. Ни слова. Я тебя на ступенях придержу, осторожно спускайся! А ты не следи за сынулей…

Как ни хотела избежать контакта с хорватом, не получилось. Ведомая под локоть, что он крепко держал, я, правда, более уверенно сошла по круто железной лестнице вниз — к парковке.

Когда мы выехали из парома на сушу и медленно продвигались в длинной очереди машин на гору, Томи спросил:

- Ты не против, если по дороге я не сразу сверну домой, а сделаю крюк и заеду в конзум? Можешь остаться в машине, сам скуплюсь. Только скажи, что надо.

- Я денег дам… - засуетилась, наклоняясь к сумке.

- Не нарывайся на неприличные выражения! Или ты думаешь, что я стал бедным и поэтому, без жрачки, сбросил почти шестьдесят кг?

- Ни х… фигассе! А обратки не боишься?

- После операции — нет.

Я еще пару раз восхищенно что-то крякала, но потом сосредоточилась на списке самых необходимых покупок.

- Возьми! - протянула я ему свой айфон с только что набранным текстом, когда Томи притормозил на парковке у магазина. — Мы побудем здесь. Не хочу малого по конзуму таскать...

Подъезд к вилле я не узнала. Когда-то годами не доделанная дорога, теперь была забетонирована и не вынуждала авто вилять из-за колдобин.

Жара расслабляла всё и всх вокруг. В этот последобеденный час отдыхающие подремывали под зонтами внизу - на пляже или без зонтов - в апартаментах виллы.

- Бахрам, отпусти теперь собачку на волю, - попросила я сына, когда мы вышли из машины. - Она уже дома. Пойдем, посмотрим, где живут настоящие спасатели Томи и Мора!

- Мишка, я возьму ключ, но вы заходите. - У меня тут почти ничего не изменилось в квартире. - говорил Томислав, поднимаясь на несколько ступеней в наш с ним бывший апартамент.