- Хочу тебя сразу. Обещаю тысячи медовых слов и страстных тягучих ночей, но прости, только сейчас и поскорее все случится быстро!

Она что-то бурчит себе под нос. Допускаю, это снова ее словацкие усилительные вставки, но Резе нечего слушать из наших интимных разговоров. Поэтому проглатываю фразы, не поняв, лишь тупо усмехнувшись предполагаемому посылу или содержанию.

Мне не хочется признаваться в слабости. У меня сердце сжимается от нетерпения и вот-вот выскочит в конечном итоге пинг-понговым укрупненным мячом. Запрыгает по полу спальни и закатится куда-нибудь, где уже не найти... Если только не случится долгожданная близость. Наше соединение.

И я действую.

Затем - только удовольствие в гремучем замесе неукротимой и уже невозможной для остановки страсти.

Дальше - лишь обрывки сознания.

Ее расширившиеся зрачки и закрытые на мгновение веки с пушистыми ресницами в знак согласия и мои пальцы, ощущая вожделенную влагу на ее лепестках, направляют член в тугое лоно.

Он скользит внутрь...

И это блаженный момент кайфа - слияния наших тел.

Тесной спайки.

Великолепного сцепления, какое может случиться между обожающими друг друга партнёрами, сделав их единым целым...

И кир с ним, что из ротика Михаэлы вылетают неопознанные объекты словесной оценки происходящего. Инглиш отодвинут в сторону, наверное, матюгами. Мне сейчас все едино.

Внутри отключается центр, где еще секунду назад копошилась хоть какая-то мозговая активность.

Теперь не надо ничего!

Потому что есть все и больше того! Я - самый богатый и счастливый мужчина на свете, благодаря Аллаху и его помощи. Потому что обладаю своей и только мне предназначенной женщиной.

Михаэля для меня - pairidaēza* и его воплощение. В ней я тоже в парадизе, в самом великолепном райском саду и выше радости просто не бывает!

Еле сдерживаю себя, чтобы не быть жестким. Я не нависаю над ней и не давлю собой. Она сама понимает, как нам удобней и выгибается навстречу. Подхватываю ее ноги и толчки моего члена становятся резче, быстрее, на полную глубину.

Мы в унисон стонем.

Приглушенно.

Раскрыто.

Сладострастно.

И пусть! Да! Развратно в нашей распахнутости к другу другу, в этой пылкой, но в тоже время бережной с моей стороны к ней - эротичности.

Мы так живем!

Мы черпаем друг друга до дна и возрождаемся в энергии любовной страсти.

Чутко чувствуя обоюдную смену ощущений.

Зная, где и когда случится всплеск, подбирающийся яркий и длинный оргазм, то мягкими, то резкими шагами по коже, вбивающимися токами кайфа!

Мои губы пересохли от страсти.

Ее рот приоткрыт и хватает воздух, чтобы на выдохе радовать меня приглушенными стонами ее удовольствия.

- Я захочу тебя потом еще и еще... - шепчу ей, понимая, как близок к развязке.

Мои пальцы не прекращают, а ускоряются на ее клиторе, получая незамедлительное ответное:

- Даааа.

- Любимая Михяааа. - роняю, и протягиваю дрожащим голосом, не имея сил до конца произнести благозвучное моим ушам имя, потому что сосредоточен на другом "конце" - обоюдном взбирании на его пик и полету ввысь!

Скользнув по ее шее, мои губы наконец-то находят самую правильную гавань в этом клокочущем море любви: обхватив ласково то один, то другой сосок и...

Мы взрываемся с разницей в миллисекунду и рассыпаемся на мелкие молекулы!

Из эйфории.

Из страсти.

Из охватившего и полыхающего в нас чувства абсолютного единения.

Взаимной и счастливой любви.

О, Всевышний, не забери от нас эту ценность!

Никогда.

Ведь мой смысл жизни, счастье и парадиз - это все она! Одна единственная. Моя Михаэля-джан.

________________

Сноски к главе:

*«Парадиз» в иранской мифологии (в младоавестийских и ахеменидских преданиях) означает место блаженства и успокоения духа.

Оно происходит от древнеиранского pairidaēza - «огороженное место», «заповедник», «парк», «сад». В персо-иранской культуре существует интерпретация понятия «рай» через образ сада.

Глава 12 УЛЁТНЫЙ СЕКС. А ПОТОМ - ОЧАРОВАНИЕ, СМЕНИВШЕЕСЯ РАЗОЧАРОВАНИЕМ

Никто так не близок к разочарованию, как очарованный

или так: разочарование - признак очарованности.

Элина Муратова.

МИШИКО

- Как же я по нему соскучилась! - подумала, но не призналась вслух иранцу, владеющему сейчас, в спальне, не только моим телом, но и мыслями.

Казалось, что так не может быть восхитительно, что это сейчас никакая не реальность...

Прислушиваясь к своим кайфовым ощущениям, я пребывала будто вне себя.

Длинный повторяющийся оргазм сотрясал тело, сокращал плотно заполненное лоно и Зхубин отвечал на непроизвольное вздрагивание моих мышц сам, испытывая наслаждение, давая своей плоти извергаться внутрь.

Каждой клеточкой чувствовалось в данный момент единение и счастье! Мне не верилось и верилось одновременно, что так может случиться: я и этот красавец - мужчина совпали во всем!

Такой момент эйфории еще не переживался в моей интимной жизни. Никогда. Потому что, кроме абсолютной взаимной любви, во мне сейчас жил и рос наш ребенок.

Между нами не осталось преград. Мы - единое целое.

"Так вот оно какое - настоящее женское счастье!" - догадка мелькнула в голове и улетела, перебитая заботливым, но не без ноток иронии, вопросом Зхубина.

- Как ты, любовь моя?

А потом, взглянув своими голубыми озерами в мои глаза, чуть сильнее сжав на моей спине свои горячие руки, он уже серьезно интересуется:

- Было не очень жестко сегодня?

- Мне хорошо... - не столько ему, а самой себе хриплю ответ, потому что голос спрятался, закайфовал тоже во время балдёжного состояния и пока не хочет выныривать обратно в привычный тембр.

- Ты всё еще трепещешь, кончая и кончая, моя Михаэля-джан... Какая ты прекрасная любовница, моя будущая жена! Не перестану восхищаться тобой.

- Только не приплетай сюда печень или другие органы, а то испортишь комплимент. - прётся изо рта моя язвительность, прежде чем включаются отголоски мозгов в надобности что-то добавлять...

Мое лицо тыкается в его шею. Перепутанные волосы на затылке согреваются успокаивающимся дыханием иранца. Мой нос улавливает отдаленно тот самый парфюм, с которым я знакомилась много раз, прежде чем ощутить по-настоящему - близко, впритык. На неодетом ни во что мужском теле...

Мужчина проглатывает без ответа мою словесную пилюлю.

Знаю почему.

Он меня ждал.

Соскучился.

Только по мне одной.

Душа чувствует эту всепоглощающую меня мужскую любовь...

И моим очарованию Зхубином и торжеству победы над его чувствами, пусть и тайному, внутреннему, нет сейчас предела!

Волшебство завершается сразу, как только Зхубин выходит из меня. Ощущение неправильной теперь незаполненности добавляется дикой усталостью, наваливающейся каким-то неимоверно тяжелым покрывалом на мою обнаженность. Хочется тут же уснуть часов на десять. Чтобы никто не будил, не кантовал мою затраханную до всхлипов удовольствия тушку...

Стресс последней недели, когда каждый день переполнялся боязнью за жизнь Томислава, недосып и напряжение, как физическое, так и эмоциональное, напоминают о себе именно после бурного секса и уже не отступают, пока я не сдамся, покорившись.

- Хочешь, мы вместе примем душ?

- Только, если ты меня туда отнесешь, сбрызнешь быстро, а потом вернешь обратно в постель. - пробормотала я.

Вовсе не выделываясь.

Никаких сил не осталось.

Переполнившая организм сладкая истома сейчас клонит мою голову к подушке, напоминая о недавнем долгом перелете, спонтанном обследовании в клинике, неожиданном и ожидаемом диагнозе, все миллионы несчастных секунд неверия, что стану когда-нибудь мамой, и, как итог, оглашенном обалденном известии - о беременности...