- Я сама пока не могу прийти в себя от новости! В моем прошлом случилась беда, гибель в аварии моего первого не родившегося сына, а в памяти навсегда остались слова хирурга, что у меня больше не может быть детей. Потом была еще одна трагедия...

- Дорогая, не будем сейчас о грустном. Уясни и настраивайся на позитив! У нас с тобой все может быть. Потому что нас свел Всевышний. А теперь, пока мы не сели в машину и никто не слышит, скажу тебе, что на завтра для тебя запланирована встреча со священнослужителем в Тегеране. Мы уже утром летим домой. Сегодня прекрасной будущей маме надо поспать и хорошенько набраться сил перед свадьбой на следующей неделе!

- Ты и это продумал? Но зачем такая спешка?

- Мой ребенок родится только в законном браке!

- Наш. Это наш ребенок! Но ты же не знал, что нам скажут в госпитале?

- Я предполагал. Не ты ли в Сиде, в храме Тюхе, дала согласие выйти за меня?

- Да. Но как-то странно сейчас все связывать с ребенком...

- Ты права! Но правило неизменно, наш сын появится на свет только в законном браке и в настоящей семье!

- Зхубин, не нарывайся на мои нецензурные комментарии! Если ты не в курсе, то есть и другой вариант при родах! Как ты отреагируешь, если появится дочка!

- Я в курсе! Но мне снился сын. Заю точно! Родится мальчик!

- Когда он тебе снился?

- Несколько лет назад, в ночь перед тем нашим столкновением в аэропорту Анталии. Во сне я держал на руках черноволосого мальчика с глазами цвета меда. Точь-в-точь, как у тебя!

Я замерла, поразившись, услышав. До машины с заведенным мотором и включенными фарами, где нас уже ждали, оставалось сделать пару шагов.

- Ты все срочно сейчас сочинил, чтобы меня удивить и взбесить?

- Нет. Это правда! Я рассказал впервые только тебе. До этого даже думать боялся, чтобы не сглазить.

Мои руки потянулись обнять мужчину, глаза которого светились счастьем. Мне не хотелось ничего говорить. Будто "поплыла" от нахлынувших чувств.

Гормоны успокоились и я почему-то вспомнила папу в снежный февральский день моего рождения, нашу прогулку вместе с собаками недалеко от родительского дома в деревне, снежинки на ладони отца, и его рассуждения, что я сравнила с философией, - о счастье.

- Господи, ты все видишь! Пожалуйста, прошу тебя о единственном! Не дай моим радостям материнства и любви растаять, как снег! - проговорила я на родном словацком...

Глава 11. СЧАСТЬЕ И ПАРАДИЗ. ЭТО ВСЕ ОНА ОДНА.

И если что случится, то ты прижмёшь к плечу, Залечишь раны, радостью подменишь печаль Дашь поцелуй мне и светлой станет даль. Пройдёт боль и счастье утопит меня. Счастье быть с тобой, только тебя любя, И будут лететь годы, осушая воды, Храня бережно нашей любви оду.

Владимир Солдатов

ЗХУБИН

В машине во мне боролись эмоции от только что услышанного биения сердца моего и её малыша, а также сбивчивые и противоречивые мысли о случившемся с Михаэлой в Хорватии. О ее переживаниях из-за пусть и бывшего мужчины, но остающегося в душе.

Сгребя все свои внутренние силы, чтобы суметь хоть немного задвинуть на задний план бешеную ревность к Томиславу, я начал строить планы. Как это делал не раз в сложных ситуациях.

Сначала моя рука проникла между сидением и спиной словачки, а потом, взглянув вопросительно в мои глаза своими янтарными бусинами, женщина сама прижалась головой к подставленному ей в готовности плечу.

- Ты - моя радость и нескончаемая любовь. - прошептал я ей в ухо, касаясь пахнущих счастьем и свежестью весны волос. - Что бы ни пережила ты там, в поездке, сейчас надо сконцентрироваться на даре Всевышнего! На твоей беременности. А я буду твоей опорой и помощью.

- Я счастлива, что ты так умеешь любить. - тихо ответила мне моя несравненная красавица-блондинка, а я заерзал на сидении, не зная, как вытерпеть каждую секунду пытки, пока мы сможем остаться наедине...

На город опустилась ночь, когда, наконец, я и Михаэла в сопровождении охраны доехали до отеля, где меня приветствовали, как арбаба Рахнаму, а любимой ханум босса как-то уж слишком почтительно улыбались, словно гостиничный персонал прознал о нашей с Михаэлой новости - стать вскоре мужем и женой, а также родителями первенца.

- Зачем нам такой огромный номер-люкс? - удивилась будущая мать моего наследника, утопая разутыми ступнями в ворсистом ковре, посередине гостиной. - Сколько здесь комнат?! Хватило бы и одной.

- Это отель моей сети... Три спальни всего лишь с отдельными ванными комнатами. Все лучшее - нам. - проронил ей незначимую оговорку и тут же прозвучал совершенно иначе: - Иди ко мне! Ты не представляешь, как я мучился без тебя, Михаэля и мучаюсь даже сейчас, пока мы не воссоединимся...

Одновременно не даю ей ступить дальше, перехватывая инициативу.

Моя плоть давно желает действий!

- А вдруг начнет снова мутить? Я не смогу минет... - пробует возразить мне моя женщина, но ни мои уши, ни мозг сейчас не в состоянии ничего слушать и воспринимать.

- Все сделаю сам! Расслабся, прелесть моих очей!

Руки подхватывают ее и уже через несколько шагов бережно кладу ее поверх одеяла на кровать.

- Ты мое наивысшее счастье. Но не только, чтобы тебя пить и брать, удовлетворяясь, а и отдавать всего себя тебе, моя повелительница чувств!

- Осторожнее. Мне страшно потерять ре...

- Тсс. Даже не произноси вслух! Ты - сокровищница нашего малыша и, как твой мужчина, буду оберегать тебя и его.

- Даже так? В сексе?

- Во всем. А в близости - в первую очередь.

Дальше все происходит спонтанно и, в то же время задолго до сегодняшнего вечера, - обдуманно.

Потому что этот момент прокручивался в моем представлении не один раз, когда словачка улетела за тысячи недосягаемых километров, а я, в первую очередь, физически не находил себе ни покоя, ни обещаний, ни возможности уговорить себя, что скоро - скоро все изменится к лучшему, мои руки сожмут и больше не отпустят желанные изгибы тела моей драгоценной ханум.

- Я помогу! - тороплюсь, как молодой идиот, несдержанный в эмоциях и в желании получить краткосрочный оргазм.

Как неопытный иранский паренек, каким был давно, которому не хочется никаких балластных прелюдий, а нежность и сравнительные обороты про Луну и сладкую пахлаву, что зайцу курево...

Поэтому пыхчу и стаскиваю с нее одежду.

Сам кое-как освобождаюсь от всего, что сейчас может помешать. Все шмотки отбрасываются в сторону банкетки, а если промазал, остаются валяться на полу.

Неважно.

И вот он момент, когда-то упомянутый провидцем из Мумбаи - слепцом Гьяном!

У меня кружится голова от совпадения его слов, обрисовавших, как в тумане, будущее и реально происходящего сейчас.

Ведь светлая новость о нашем ребенке, что теперь носит Михаэла, начинает отсчет и тиканье часами судьбы, отбивая новый ритм времени моего превращения из темного и жесткого дельца, продавца живого товара, в другого - в нового человека.

Мне теперь самому хочется во что бы то ни стало очищения!

Моему сыну нужен правильный папа. А не преступник, которого могут в любой момент официального раскрытия "черного бизнеса" приговорить к казни...

Даже внутри, там где кто-то из исследователей обозначил местоположение души - аморфного клочка то ли плоти, то ли сгустка энергии, если рассуждать о физике, мной чувствуется растекающееся море радости!

И в нем нет краёв.

Не измерить глубины.

Потому что любовь - не поддается этой ерунде.

Мои чувства к Михаэле глубже целого моря любви, что плещется сейчас в душе.

А ведь еще год или полтора назад вообще не верил в подобное...

Рассуждать некогда!

Я хочу ее и никаких сил сдерживаться - нет.

Успеваю поцеловать запястья, ладони, как ее руки уже тянутся ко мне и обнимают спину, теплые пальцы поднимаются к плечам, скользят ласковыми дорожками прикосновений по коже, покрытой тестостероновыми порослями, ерошат волосы на затылке, тем самым создавая бешеную просыпку всех без остатка клеточек моего тела, вызывают беспорядочные марафонские бега мурашек желания - с головы до пяток.