Но задавать вопросы, не имея моментальной возможности получить на них ответы, сейчас равносильно поражению из-за промедления.

- Михаэля, - вставай! У нас мало времени на сборы! Уезжаем! - произношу и осекаюсь. Мой тон может напугать, так как он выдает больше тревоги и опасений, чем я рассчитывал.

Она медленно потянулась и открыла глаза.

- Куда? Еще не рассвело... Я хочу спать. Прочитай мне еще раз те строки из песни, про "ветер на рассвете расчесал волосы блондинки". Это меня снова убаюкает. И еще. Скажи потом Голшифтех, что мне вот сейчас прямо, вернее, к завтраку хахотелось Шоле Зард!*

- Нет, не отворачивайся и не спи! Михаэля-джан, поторопись. Вопрос жизни и смерти. Не пугайся! Обыкновенная эвакуация перед землетрясением! На тебе сбор своих вещей и Бахрама. Проверь на его шее полумесяц на шнурке, и такой же у себя. Уясни! Куда бы мы не отправились, не потеряй! Не снимай ни свой, ни его, даже в душе. Никогда. Спеши! Бери только самое необходимое. Документы - в первую очередь! А мне надо переговорить с охраной.

Михаэла встала и, слушая мои спонтанные нравоучения, заторопилась, заметалась...

Я заметил, как любимая дотронулась до своей подвески на шее и взглянула на такую же у сына, и только потом спустился во двор.

Там нажал звонок в дом для персонала. Всех перебудил. Объяснил ситуацию.

Затем, понимая, что разбужу и потревожу в предрасветной темноте пожилого человека, все-таки набрал номер Афсун и предупредил, что мы немедленно перейдем к ней на участок, через калитку в саду.

- На некоторое время, чтобы затем убраться отсюда подальше.

Но тут же передумал и добавил, предполагая созревший спонтанно в мыслях дальнейший план спасения.

- Няня, у тебя десять минут. Соберись в дорогу. Теплые вещи понадобятся. Тебе придется улететь на некоторое время с твоим сыном и моей семьей в безопасное место. Кладу трубку.

Мой мобильный вибрирует и трезвонит, словно живой и волнуется, сопереживаем своей телефонной душой, случившемуся.

- У тебя постоянно "занято" - скрипит мобильный старческим недовольством Кодадада.

- Ас-саля́му ‘алейкум! - ответил ему и хотел спросить о самочувствии.

- Salām, aziz-am!* (*Привет, мой дорогой). Не трать время. Покинь дом вместе с семьей и спрячься там, где даже я не смогу тебя найти. Это срочно. Если без объяснений, тебе грозит смертная казнь, а семье - притеснения и изгнание.

- Сколько у меня времени?

- У тебя его нет, āqā bālā sar!*

В трубке пошли короткие гудки.

- Господин - над головой*. - пробормотал я очевидное, почти физически ощущая нависшую угрозу и уже занесенный над головой, готовый вот-вот обрушиться дамоклов меч.

_____________

Сноски к главе:

*Важнее выбора между жизнью и смертью может быть только выбор между жизнью достойной и недостойной. Автор строк Бауржан Тойшибеков.

*«Ин шаа-Ллах» или «иншааллах» - популярная среди мусульман фраза, которая в переводе на русский язык означает «если пожелает Аллах». Её используют, когда говорят о событиях, которые должны произойти в будущем, или о действиях, которые планируют совершить.

Также выражение может намекать на желание чего-либо произойти или на надежды на благословение от Бога в каком-либо предприятии в будущем. В этом смысле герой его и употребляет.

*Шоле Зард— сладкая рисовая каша с шафраном, корицей и розовой водой, подаваемая охлаждённой.

*Полный текст стихотворения в главе 65 романа "Меняя берега любви".

*В персидской поговорке «آقا بالا سر» (āqā bālā sar — «господин над головой») слово «آقا» («господин») не отсылает к какому то конкретному существу (Аллаху, шайтану и т. д.). Это абстрактный образ. По сути, «господин» здесь — метафора давления или риска, который постоянно висит над человеком, как и в случае с «дамокловым мечом». Последний используется в речи иранцев также, хотя не является элементом персидского фольклора или древней местной традиции.

Глава 46. БЕЖАТЬ. СПАСАТЬСЯ! НО КУДА?

—Уменядлятебясюрприз.

—Тыбросилпить?

—Нет,яговорюсюрприз,анечудо.

Из анекдотов

Под слепыми дождями лететь, не напившись из рук.

Под колёсаминебаискать,ненаевшисьлюбви.

По нелепымпреградамвремён,недождавшисьпримет.

По краямиполужамнадежднеразбуженнымднём.

Евгений Пьянов(Махно)

МИШИКО

- Вот так сюрприз! Как в том анекдоте про чудо!* Даже каши не успела поесть... - думала про себя, сердясь на неизвестность.

Непонятно ничего. Я нервничала, подозревая, что мы спасаемся бегством не от надвигающегося землетрясения, а от чего-то или кого-то опасного.

Охрана окружила нас кольцом и так мы быстрым шагом достигли забора, окружающего дом няни Зхубина. Меня удивило, что все окна ее усадьбы сейчас освещены, а хозяйка уже успела приготовить завтрак и теперь разливала в чашки на подносе чай и кофе.

- Сначала перекусите, а затем делайте, что вы запланировали.

Сирены полицейских машин огласили округу, когда я уже допила крепкий кофе.

Бахрам, разбуженный и не понимающий, почему мы у старшей няни Афсун, оставив его привычную няню дома, испугался и я поспешила обнять его и прижать к себе.

- Мама и папа с тобой. Ничего не бойся, сынок!

Сказала и повторила нашу любимую в семье фразу, означающую для меня лично больше, чем любовь. - Hava-to daram! (*буквально - у меня есть твой воздух).

- Господин, машины стоят у выхода из сада на смежной улице. Там чисто. Ваши распоряжения? - проговорил негромко охранник.

- Едем! Няня, пора! Пусть Всевышний поможет и спасет всех нас. - сказал Зхубин и тут же повернулся ко мне и сыну. - Михаэля, я понесу Бахрама. Будь рядом со мной и не отставай ни на шаг. Остальные, вперед! Пока мы дойдем, все сумки с вещами должны быть упакованы.

- Эту корзину возьмите, здесь для Бахрама молоко в термосе и перекус в дорогу. Я успела, собрала...

- Реза, бери! Ты и Махди охраняете мою жену и сына. Будьте их тенью! - приказал муж.

Мокрая от росы трава намочила голые подошвы в сандалиях и теперь они ерзали по ступням в самый неподходящий момент, когда я почти бегом, уткнувшись взглядом в спину мужа, следовала за ним к припаркованным за высоким забором авто.

- Благодаря Всевышнему, кажется, успели! - пробормотал Зхубин, пересаживая Бахрама со своих колен в детское кресло уже в пути.

- Можно узнать, что за кипиш поднялся? Куда едем? - не вытерпела и спросила.

- Возникли проблемы в бизнесе и есть угроза нашей семье.

- Поэтому мы эвакуируемся в таком темпе?

- Да. Послушай и запомни, что я тебе скажу. Тебе придется с Бахрамом улететь в Европу на некоторое время. Ненадолго! Не смотри на меня испуганными и мутными от слез янтарями! Соберись, любимая! Расстраиваться сейчас некогда. Не думаю, что в это ранне утро банк успеет заблокировать твой счет. Первое, что ты сделаешь в аэропорту, снимешь всю наличность по карточкам Shetab (*иран. - название внутренней платежной системы. Не действует за границей).

- Полностью обнулить?

- Да. Не перебивай. В обменнике постарайся сдать все риалы, поменяй на евро или доллары. Распредели потом между Резой, Махди и Афсун полученные купюры, оставь часть в сумке, чтобы не возникло проблем из-за слишком больших сумм при декларации. Дальше. Запомни! Никакими другими карточками, что у тебя остались, ты не воспользуешься, так как тебя могут отследить по банковским переводам.

- А где будешь в это время ты?

- Мне придется скрыться, но я найду вас, как только решу все проблемы.

- Когда? Через день, два? Неделю?

- Как можно скоро. Я постараюсь разобраться...Михаэля, с тобой полетят двое из нашей охраны. Они помогут. Затем Махди, когда вы устроитесь на месте, вернется в Иран. Никто другой не должен знать твой адрес. С вами останутся Афсун и ее сын Реза. Им я доверяю, как себе. Ты не объявишься ни дома, ни у родственников или друзей. За всеми, скорее всего, будут наблюдать.