Ученики сняли крышку.

Внутри стояла кукла ростом с пятилетнего ребёнка. Вместо фарфорового тела у неё была открытая латунная рама, закрытая прозрачными пластинами слюды. Видно было всё: пружинный барабан, коленный шарнир, кулачки плеч, тягу шеи и пустое пространство между ними. Ни двойного дна, ни полости, куда помещался бы цилиндр или капсюль.

- Для учебных классов и кабинетов восстановления, - сказал Фаддей. - Движение можно замедлять. Каждая тяга окрашена своим цветом. Если снять пластину, механизм остановится.

Куклу испытывали не на красоту. Ученики сто раз заводили пружину, роняли корпус с высоты детского стула и пытались запустить привод при снятой пластине. Защитный штифт каждый раз блокировал барабан. Результаты лежали в открытом журнале рядом с образцом, включая два сломанных колена и имя ученика, который неверно рассчитал винт.

- Защита от любопытных детей? - спросила я.

- Защита любопытных детей от мастеров, которые забывают закрывать привод.

Мила обошла куклу дважды.

- Она прозрачная, но некрасивая.

- Я потратил год на безопасность, а княжна требует ресниц.

- Без лица дети будут бояться.

- Нарисуешь.

- За отдельную плату.

- Партнёрство растёт.

Фаддей передал Арсению широкий заводной ключ.

- Князь, вам доверяют торжественный пуск. Постарайтесь не назначать кукле лишних движений.

Арсений вставил ключ в открытое гнездо на спине и повернул три раза. Не четыре, хотя механизм выдержал бы десять. Кукла подняла голову, согнула колени и медленно протянула правую ладонь.

На ладони лежал маленький латунный ключ.

Он всё время был виден в прозрачном канале предплечья. При движении тяга вытолкнула его наружу.

- От чего? - спросила Мила.

- Ни от чего, - ответил Фаддей. - Учебный. Чтобы человек видел: даже ключ не обязательно должен что-нибудь запирать.

Арсений снял ключ с ладони куклы и с совершенно серьёзным видом протянул мне.

- Госпожа Ратникова, механизм предлагает вам власть.

Я посмотрела на прозрачную грудь, на открытые шестерни и на мужа, который не смог удержать уголок рта.

И рассмеялась.

Вечером мы сдвинули два учебных стола. Фаддей регулировал голосовую мембрану куклы. Мила рисовала ей лицо и спорила с Арсением о передаточном числе колена. Он считал зубья, но записывал оба варианта. Я дорабатывала захват Варвары, время от времени проверяя, не подняла ли та плечо.

За столом никто не ждал, пока один человек назначит всем движение. Каждый мог попросить инструмент, остановить работу, изменить чертёж или начать заново.

Прозрачная кукла стояла посередине. Маленький латунный ключ лежал рядом, и до него мог дотянуться любой.КОНЕЦ