А потом… Потом меня кто-то лизнул.

— Чих? — спросила я, всё ещё боясь открыть глаза.

— Угу, — отозвался Чих несвойственным ему басом.

— С каких пор ты стал курить, приятель? — усмехнулась я, убирая руки с лица. — О… Ого!

Напротив меня была морда. Большая. Красная. Чешуйчатая. Рогатая!

Драконья, одним словом!

— Твою ж м… мышь, — выдавила я, поднимаясь по стеночке. — Ты Чих или ты съел Чиха?

Ноздри чудища задергались, глаза сощурились. Дракон резко отвернул от меня голову и громогласно чихнул, развеяв все сомнения.

— Апчихвах! — воскликнула я, бросаясь ящеру на шею.

Тот задорно вильнул хвостом, совсем позабыв о своих новых габаритах. Кирпичная стена жалобно затрещала и обвалилась в кое-каких местах.

— Чих, мой милый, маленький… Ну, уже не совсем маленький Чих, — говорила я, водя руками по ребристой коже. — Ты жив! Какое счастье! И ты теперь дракон! Здорово то как! Правда, спать вдвоем как раньше больше не получится. Да и вряд ли ты теперь влезешь в комнату…

Дракон лишь фыркнул.

— Р-р-р?

— Что?

Чих мотнул башкой в сторону, а после любезно выгнул крыло, мол, садись, прокачу.

— Лететь? Хочешь полетать?

Ящер кивнул.

Что ж… Как отказать любимому песику? Правильно — никак. И совсем неважно, что песик уже совсем не песик.

*Кайрат*

В тронной зале было многолюдно. Ну ещё бы — почти все придворные собрались, чтобы стать свидетелями коронации нового правителя.

Обломятся.

По правде говоря, меньше всего на свете мне сейчас хотелось быть здесь. Особенно после сегодняшней ночи. Покидать Евангелину, сладко спящую на плече, было мучительно тяжело.

Но ничего страшного. Скоро всё наладится. И больше никакая сила не разлучит нас.

Я стоял в отдалении от всех. У самой стены. Прикидывался дворцовым стражником и, в общем-то, неплохо проводил время. Вид на представление отсюда открывался замечательный.

Кстати, о представлении — оно начнется с минуты на минуту.

Оркестр на балконах замер в ожидании. И вот дирижер наконец махнул палочкой и заиграл гимн королевства. Открылись тяжелые двери и в тронную залу вошла счастливая семейка.

Розалинда. Астарт. И отец. Были ещё двое камердинеров, державших короля под руки и помогающих ему идти.

— Приступайте… — прокряхтел отец, тяжело дыша.

В дело вступил священнослужитель. Он прочитал несколько молитв, омыл волосы Астарта зачарованной водой и взял с него несколько клятв, вся суть которых сводилась к простому «Береги королевство, иначе всем будет плохо».

— О, отец, я благодарю вас за доверие и обещаю оправдать ваши ожидания! — заявил брат, низко-пренизко кланяясь отцу.

Розалинда, стоящая рядом с ним, светилась от счастье и совершенно не стеснялась улыбаться. Ну разумеется — у неё ведь муж умирает. Чем не повод для радости?

Наконец Его Величество снял с себя корону и передал её в руки священнослужителю. Тот же поднял её к потолку, демонстрирую окружающим. Окружающие преклонили колена, как того требовал этикет.

— Есть ли в этом зале те, кто имеют возражения против коронации этого славного и достойного юноши, благородного и просвященного принца Астарта Райнхард? — прогремел вопрос на весь зал. — Если нет, то…

— Есть, — сказал я достаточно громко, чтобы быть услышанным.

— Выйди к нам и скажи, что тебя тревожит.

Я прошел на середину зала и поклонился королю.

— Кто ты? — задал вопрос священнослужитель. — И почему против?

Вместо ответов на вопросы я стянул с лица шлем и лучезарно улыбнулся Розалинде. Та в свою очередь вздрогнула от неожиданности, а после крикнула:

— Взять его! Схватите предателя!

А песенка всё та же… Что ж, хоть у кого-то постоянство в жизни.

Стражники со всех сторон стали стягиваться ко мне, но тут в дело вмешался лорд Дешви.

Первый советник подошел ко мне и произнес сильным голосом:

— Я тоже против коронации принца Астарта.

Глаза королевы полезли на лоб. Она явно не ожидала предательства с его стороны. Но ей хватило ума удержать язык за зубами.

После этих слов все министры большого совета низко поклонились и произнесли хором:

— Мы также против коронации принца Астарта!

— Но почему? — возмутилась Розалинда. — Лорд Дешви, вы ведь…

— Сторонник Его Высочества Кайрата, — оборвал её министр. — И я считаю, что когда придет срок, королем должен стать именно он. Его помыслы благородны, а мысли чисты. Он старший сын и первый принц. Он сильнее Астарта Райнхарда во всех смыслах. И именно он будет лучшим королем для нашей страны. Прошу вас повиноваться и прервать церемонию коронации.

— Вы не смеете выставлять такие условия! В голосовании должны участвовать все министры, включая придворных малого совета.

— Малый совет готов высказать своё мнение, — произнес глава малого совета, делая шаг к нам навстречу. — Мы поддерживаем решение лорда Дешви и его подчиненных.

Министры малого совета тоже отдали поклон королю и произнесли как один:

— Просим вас повиноваться и прервать церемонию коронации!

— Мама… — растерянно произнес Аст.

— Продолжайте! — скомандовала королева. — Продолжайте, кому сказала!

— Но я не могу, — качнул головой священнослужитель. — Советы против.

— Они изменники! Изменники, ясно? Король желает передать трон своему сыну. Своему единственному сыну! От другого он отрекся!

— Король болен. Он не в себе, — произнес я, приближаясь к трону. — Он утерял способность трезво мыслить, а потому не может отдавать такие приказы. Прекратите церемонию и отступите.

Мужчина, проводящий коронацию, явно не ожидал такого исхода. Он он оказался вполне благоразумным и молча отошел к стене.

Розалинда злобно сверкнула глазами и произнесла:

— Это измена. Вы все — преступники. А с преступниками у меня разговор короткий.

Двери тронной залы отворились и внутрь вбежали городские стражники с мечами наперевес и братом королевы во главе. Они стремительно окружили нас.

— Розалинда Райнхард! — взбесил лорд Дешви. — Что ты себе позволяешь?

— Я всего лишь возвращаю порядок! Мой муж и король нашей страны, который вы обещали служить, желает передать трон моему сыну! В этом нет ничего незаконного! Чего не скажешь о ваших действиях! Или вы сейчас же присягнете на верность Его Высочеству Астарту, или будете убиты на месте! Решайте же!

Н-да уж. Я полагал, что всё закончится куда быстрее. Затянувшееся представление стало раздражать.

Однако всё было не так плохо. Вбежавшая служанка добавила нашей унылой посиделке огонька:

— Дракон! Там дракон! Спасайтесь! Бегите же!

— Это ещё кто? — скривилась Розалинда. — Уберите её.

Испуганную девицу быстро спровадили, дабы не путалась под ногами. Но не успели двери закрыться за ней, как на всю округу раздался оглушительный рев. В следующее мгновение витражное окно, находящееся за троном, оказалось вдребезги разбитым, а в появившееся отверстие пролезла драконья башка.

— Упс… — раздался голос Евангелины. — Кажется, казне придется раскошелиться на ремонт! Какая незадача!

Она спрыгнула со зверя и озадаченно оглядела присутствующих, выпавших из реальности в закономерный шок.

— А вот и я! Не ждали? Вижу, не ждали, — усмехнулась Юрай.

Тут наши взгляды встретились и она заметила стражников, тычащих в меня мечами. Глаза её в момент наполнились яростью, и тогда моя мятежная и бесконечно храбрая девочка… прыгнула на Астарта. В руке её сверкнул нож, который она ловко прижала к его шее.

— Два шага назад от первого принца, иначе ремонтировать придется не только окно, — прошипела она, глядя на стражников. И те… повиновались.

Такого не ожидал никто. Даже я испытал гордость и желание похлопать ей.

Розалинда, казалось, была готова заплакать. Она с надеждой посмотрела на отца и тот, к всеобщему удивлению, поднялся в трона. Легко и быстро. Не как больной человек.

— Достаточно, — сказал он громко и четко.

*Евангелина*