Глава 7.

Н-да, башенку ей рвёт не по-детски.

Никогда не жаловалась на собственное воображение, но порой я завидую фантазии окружающих людей. Это ж надо так эффектно сходить с ума! Сначала выдумать вшивую сестру с повадками волчицы в брачный период, после натянуть корону на голову… Боюсь предположить, что выкинет её богатый внутренний мир в следующий раз.

Ладно, шутки шутками, но её слова мне отчего-то совсем не понравились. Было в них что-то… пророческое.

Кай проиграет, Аст победит, а она станет королевой — звучит как высокосортный бред. Дядя Грейлис сказал, да? Ну-ну. Посмотрим.

По академии пронеслась звонкая трель, извещая о том, что кое-кто опаздывает на занятия. Встрепенувшись, я побежала писать тест.

— Ты какая-то растерянная, — произнес Кайрат с легкой усмешкой. Он красиво крутанул саблей, которую выбил из моих рук мгновение назад, и протянул её рукояткой ко мне. — Соберись, Юрай. Хватит считать мух.

— А? — только и смогла выдать в ответ.

Принц нахмурился, зачем-то отобрал меч и прищурился.

— Рассказывай.

— Внимание: стих!

— И не паясничай.

— Отрывок из прозы?

— Ева…

— Эпитафия?..

— Евангелина Юрай, — с самым серьезным видом произнес Кайрат.

— Уже двадцать лет как, — фыркнула я. — Тебе говорили, что ты слишком избирательный?

— Что случилось? — он приблизился, взял моё лицо в свои руки и заглянул в глаза. Я… поступила точно также.

— Хочешь, сделаю из тебя рыбку? Для этого нужно сжать щеки, и получится рыбка! — Его Высочество отчего-то предложением не заинтересовался и продолжил прожигать меня внимательным взглядом. Вздохнув, проговорила: — Провалила тест по магической физике…

— Какая жалость. Вот только ты всегда их проваливаешь, потому что напрочь игнорируешь предмет, и после бегаешь за преподавателем, умоляя о пересдаче.

— Все-таки ты следишь за мной!

— Нет. Просто господин Пилендиум очень любит жаловаться на нерадивых учеников, а я, напомню, твой куратор. Угадай, к кому он бежит излить душу первым делом?

Я кисло усмехнулась.

— Ладно, твоя взяла. Меня и правда кое-что беспокоит, но это глупость чистой воды.

— Я весь во внимании и даже готов побыть плакательной жилеткой.

— Ещё чего! Я не буду плакать.

— Ты — нет, твои враги очень даже. А я буду искренне сопереживать потерпевшей стороне. Хватит юлить, выкладывай.

— Моя сестра.

— Что твоя сестра?

— Моя сестра сказала…

— Что твоя сестра сказала?

— Что станет королевой.

— Евангелина, уверяю тебя, мне совсем не нравится твоя сестра.

— Она делает ставку на черную лошадку. Элеонора уверена, что победит Аст.

— Глупости. Я как-то раз видел тренировку его команды. У них нет ни шанса против нас. Разве что…

— Разве что?

— Хитрость. В случае Аста — подлость. Однако Хрустальную пещеру охраняет магия Ока, а она не потерпит гнусных выходок. До цели добираются лишь достойные. Ева, — он обнял меня и притянул к себе: — Аст — мелкий говнюк, который скоро получит по заслугам. Твоя сестра — великая выдумщица, которой нужно писать книжки, а не грезить о короне.

— Ты слишком высокого мнения о её интеллектуальных способностях, — усмехнулась я, беззастенчиво прижимаясь к нему.

— Рассказывай мне обо всех своих переживаниях. Мы будем на чеку и всегда сможем атаковать в ответ. Аст ни за что не победит, а твоя сестра никогда не станет королевой.

— Надеюсь…

— Не надейся. Будь уверена, — он ласково провел костяшками пальцев по моей скуле, и напряжение немедленно отступило. — Самые опасные люди те, кому нечего терять. Так вышло, что у нас есть только мы сами. И поверь, я ни за что тебя не отпущу.

Кому нечего терять… Да. Какое точное утверждение. Вот только он ошибается на мой счет.

— Ева, ты ведь ничего от меня не скрываешь? — спросил принц, словно прочитав мои мысли.

Глава 8.

Мы с Каем брели по улочкам столицы, держались за руки и ели трубочки с шоколадом. Погода стояла просто невероятная: в воздухе неспешно кружили хороводы снежинки, сухой воздух был теплым, а ветер отсутствовал.

— Ева…

— Да? — отозвалась я, поворачивая голову в его сторону.

Но вместо ласковой улыбки я увидела злую усмешку, искривившую красивое лицо.

— Я всегда знал, что ты предашь меня. Ни на миг не сомневался, — произнес он, хватая меня за воротник и притягивая к себе. — Знаешь, что я делаю с предателями?

— Кай… Кай, не надо, — я замотала головой, пытаясь вырваться из стальной хватки.

— Ты сама виновата во всем этом, — хладнокровно заявил он, сжимая пальцы на моем горле.

Дёрнувшись, я вспомнила обо всём, чему он меня учил. Извернулась, ударила его сначала по колену, а после — в грудь. Пальцы его разжались на миг, но этого хватило, чтобы я смогла вырваться.

— Не уйдешь! — рявкнул он мне в спину. — Я из-под земли тебя достану!

Не сомневаюсь в этом, однако убежать всё равно стоит попытаться.

Недолго думая, я бросилась вперёд. Сердце билось столь сильно, что казалось, будто оно вознамерилось пробить мне рёбра. Перед глазами всё плыло, словно я всю ночь праздновала что-то грандиозное в кабаке. А на душе…

На душе было горько. Хотелось сесть и разрыдаться, но я продолжала бежать. Потому что знала, что Кай вот-вот поймает меня. Он рядом. Всегда был рядом, а сейчас вовсе близок как никогда.

И ярость его беспощадна.

Ноги сами принесли меня к дому госпожи Бетси.

Я ударила по входной двери раз, два, на третий мне всё же отворили. Завидев меня, хозяйка дома воинственно шагнула вперёд.

— Ты! Как тебе хватило наглости прийти в мой дом? Неблагодарная девчонка. Хочешь сгубить ещё кого-нибудь?

— Сгубить?

— Не строй святую! Это из-за тебя… Из-за тебя Маргрет… — хозяйка замерла. Её лицо покраснело, а сама она бухнулась на старую лавку и принялась безутешно рыдать. — Моя Маргрет… Моя милая девочка. Ты во всём виновата, Ева! Ты и только ты! Уходи прочь! Прочь! Прочь!!!

Ага. И здесь мне не рады. Что же я такого натворила? И самое главное — что с мамой?

При попытке задать этот вопрос в меня швырнули ведром. Попали. Но уходить я не собиралась, а зря:

— Юрай, — раздалось ледяное за спиной.

Обернувшись, я встретилась с горящим ненавистью взглядом Кайрата.

— Прощай, — сказал он.

В его руках появился арбалет.

Выстрел. Свист. Я выставила щит, но стрела всё равно пробила его, угодив прямо в мою грудь.

Отличный выстрел, куратор.

Но как же обидно быть убитой своим же изобретением…

— О боже! — воскликнула я, подпрыгнув на кровати.

Ачихвах, беззаботно дрыхнущий на подушке рядом, подпрыгнул следом за мной и раздражённо тявкнул.

— Мне приснился ужасный сон, — решила оправдаться я. — Из разряда тех, что заставляют тебя просыпаться в холодном поту и врезаются в память на долгие годы. Самый плохой сон за всю мою жизнь...

Во взгляде поселя поселилась тревога. Он подошёл ко мне и сел на колени, свернувшись тёплым клубочком.

Я была благодарна ему за заботу, однако тревога всё равно никак не отпускала. Потому я приняла решение, которое вряд ли понравится маме.

Рассказать Каю о ней и попросить спрятать её в его родовом замке.

На дворе стояло раннее утро. Я быстро оделась и побежала в город. Нужно проверить, всё ли хорошо в доме госпожи Бетси и рассказать матери о своём плане. Будет совсем некрасиво вырвать её из привычного ритма жизни и отправить в Стылые земли, даже не предупредив о внезапном переезде заранее.

Путь до кожевенной лавки я преодолела минут за десять, не больше. Сама того не осознавая, я буквально бежала к цели на пределе своих возможностей.

Остановившись напротив входной двери, я перевела дух и постучала. Дверь открыли немедленно.