– Испугались! – назидательно сказала она. – Теперь я нашла на вас управу… Мама Мио, этих двоих не кормить, денег им не давать, комнаты отобрать, платить не буду. Вот так!

Виола приподняла вверх тонкие эльфийские брови и вопросительно уставилась на мастера. Тот неуверенно пожимал плечами. А потом оба, как по команде, сложили ладони лодочкой и начали кланяться.

– Простите нас, госпожа Казначей… Смилуйтесь, госпожа Казначей!

Народ за столом хохотал до слез. Который раз за вечер разыгрывалась комедийная сцена с Ушастой в главной роли. Даже Илона смеялась. А уж Коджи вообще валился с ног.

– Хи-хи-хи! – хихикала Миланка. – Вот оно, ваше место! И знайте его.

Юн выпрямился, улыбаясь во весь рот. Ухватил Ушастую за тонкую шею и притянул к себе.

– Видела, Илона, что творят обнаглевшие казначеи? Сила финансов.

– Обнаглевшие и сопливые! – со смехом добавила Вив и дернула Милку за нос.

Ушастая шмыгнула, потерлась носом об Юна, как будто в ее носу действительно могли оказаться сопли.

– Гы-гы-гы! – оскалилась Милана и убежала за стол.

– Весело у вас, – грустновато констатировала Илона. – Посмотришь со стороны и усомнишься, игра ли это? Как настоящая семья.

– А мы и есть настоящая семья, – уверенно подтвердил Юн. – Они теперь с легкой подачи ныне скоропостижно почившего «черепка» меня «папашей» начали величать. Ну, а я тогда Виолу «мамой» нареку.

– Плагиат! – раздался громкий басистый голос Миомока. – Это моя собственность. Если Вив станет мамой, кто же я?

Недолго думая, вернее, вообще не думая, Миланка ляпнула:

– А ты тогда – бабушка!

Глаза хозяйки таверны как-то неестественно округлились. Миомока демонстративно поднялась, сходила на кухню и вернулась оттуда с широким тупоконечным ножом, предназначенным для снятия шкур с животных, купленных у охотников. Покрутила ножом перед носом Миланы и произнесла:

– А вот тебя, хвостатая пигалица, за то, что ты меня состарила, я точно зашкурю. И посетителей нет. Плевать, пусть шерсть разлетится. Убытков не понесу.

– Посетителей нет, но панталоны остались? Или их тоже нет? Вот интересно-то! – нашлась Милка и, подобно прошлому разу, демонстративно помахала пушистым хвостом.

Снова в пустом обеденном зале таверны слышался веселый заразительный смех. И пусть Илона совершенно не понимала: причем тут панталоны хозяйки, природная сообразительность подсказывала ей, что связь определенно имеется. И прозвучало забавно, так что гостья от души смеялась со всеми. А потом, когда друзья успокоились, девушка кивнула Коджи к выходу, и сама попрощалась с присутствующими.

– У нас завтра трудный день, – объяснила она. – Нашли босса тридцатого этажа. Утром пойдем на штурм.

Казалось бы, вполне традиционное сообщение мечницы не должно встревожить мастера. Но Юн в один миг стал серьезным.

– Завтра? – переспросил мастер. – На босса? И в каком составе?

Горделивую Илону где-то внутри задела внезапная заинтересованность собеседника. Рассудительность в совокупности с новой потрясающей информацией подсказали умной девушке, что неспроста мастер Юн так встревожился.

– Что-то не так? – спросила мечница.

Мастер ответил сразу.

– Одной твоей командой вы его не сделаете. Поляжете.

Пока Илона, пораженная уверенностью в голосе Юна, соображала, мастер обратился к друзьям:

– Народ, отдыхайте и не засиживайтесь допоздна. Меня не ждите. Я провожу гостей. Возможно, задержусь.

Кто как воспринял внезапное сообщение мастера. Были даже такие, кто радовался, подумав о незапланированной вечерней прогулке как об амурных делах, и от этой мысли действительно искренне радовался за приятеля. Если бы этот «кто-то» знал настоящую причину, думается, радость его была бы малость омрачена…

Всю дорогу до двухэтажного белокаменного особняка с красной черепичной крышей, расположенного на площади Северных Ворот и служившего гильдхаусом «грифонам», мастер выслушивал бесконечные излияния Коджи. Впечатлительный парень не переставая расхваливал Кардинала, восхищался его магическими способностями. И Юну перепала толика мальчишеской похвалы за то, с какой скоростью он расправился с лидером «черепков».

Общаться с Илоной, даже идти рядом с девушкой, мастер возможности не имел, так как неугомонный Коджи все время вертелся между провожатыми. Приходилось выслушивать болтовню паренька до конца.

В переулке Цветущих Садов им навстречу попались несколько пьяниц, громко ругавшихся между собой. Очевидно, пьяны-молодцы решили позабавиться для разнообразия, но, узнав в девушке знаменитую мечницу, почему-то скоренько передумали и убрались своей дорогой.

Возле самой двери гильдхауса путешественники остановились.

– Спасибо за приятную прогулку, мастер, – вежливо благодарила Илона. – Спокойной вам ночи.

Юн улыбнулся. Такой дивной, безветренной, теплой ночью он бы с удовольствием проводил девушку без всяких причин, но сейчас у него причина была.

– Не хочу показаться излишне навязчивым, – начал Юн, – Но я, пожалуй, зайду, если не возражаешь.

Красивые брови именитой спутницы приподнялись. Казалось, Илона опешила и спешно искала правильную линию поведения.

– Здорово! – встрял Коджи. – Я покажу вам свою комнату.

Мастер с улыбкой взял его за плечо.

– Нет, Коджи. В другой раз я ее обязательно посмотрю. Обещаю. А сейчас, если не затруднит, пригласи к нам старшего брата.

Стоило ему заговорить, Илона сразу сообразила, почему мастер Юн напросился к ним в провожатые, и уж, если не лукавить, ей стало немного обидно. Она бы, конечно, постаралась этого не показывать, но явно предпочла бы другую причину поздней прогулки.

Когда Коджи умчался с неожиданным поручением, мастер и мечница наконец остались наедине в просторном холле особняка и присели на бархатный полукруглый диван.

– Я думала, вы прогуляться хотели, – сказала Илона, испытывая неловкость.

– А я думал, ты заниматься придешь, – с улыбкой ответил Юн.

Глаза девушки сверкнули едва заметными огоньками. Что она хотела ответить, осталось за кадром, потому что по мраморной лестнице уже спускался Арвен в сопровождении Лоран. Оба в домашних халатах. Явно готовились отойти ко сну. Изменчивая и капризная тетка Фортуна сегодня определенно благоволила Ларуско. Мастер успел застать их буквально в последний момент.

– Извини за поздний визит, – сказал Юн Арвену. Поднялся с дивана и, в качестве приветствия, кивнул Лоран. – Очень хорошо, что ты не успел покинуть игру. Завтра могло быть поздно.

Арвен насторожился. Вежливо ответил на приветствие и пригласил гостя присесть. Рядом расположились девушки.

– Что-то случилось? – сдержанно спросил эльф.

– Слава богам, пока нет, – выдохнул Юн и вдруг взял Илону за руку. – Я бы не отказался от бокала воды, если моя просьба не покажется тебе дерзостью. Пожалуйста.

Возможно, стоит предупредить читателя о том, что азиатский этикет порой основательно отличается от европейского. И порядок слов в речи тоже. Обращение мастера с точки зрения благозвучия на взгляд европейца выстроено неправильно. И все же именно так говорят в Японии.

Илона выглядела растерянной и смущенной, но руку не отняла. Справилась.

– Конечно. Вы же наш гость, – вежливо ответила девушка и отправилась выполнять просьбу мастера.

– Арвен, – уже серьезно и очень доходчиво заговорил Юн. – Илона обмолвилась о предстоящим походе. Завтра утром ее команда собирается на штурм босса тридцатого уровня?

– Да, это так, – подтвердил эльф. Пожал плечами и переглянулся с супругой. – И что тут тревожного?

– Нельзя! – отрезал Юн. – Их половина поляжет прежде, чем они к нему доберутся.

От такого прочного утверждения у Арвена широко открылся рот. Он побледнел даже сквозь расовую бледность эльфийской кожи и недоверчиво взглянул на жену.

– И откуда такая уверенность?

Вернулась Илона. Подала мастеру кружку патагонского эля. Кивком головы Юн поблагодарил учтивую девушку, она же опустилась на прежнее место.