Ранее срок попадания в рабскую зависимость не ограничивался. В связи с этим множество новичков, угодивших в алчные лапы работорговцев, попросту бросали игру. Невезунчики легко создавали нового персонажа и начинали игру заново, терять-то им было нечего, ну, кроме потраченного личного времени. Поэтому они и стоили относительные гроши.

Если речь шла о прокаченном персонаже, его цена была достаточно высока, особенно ценились женские симы. Однако не стоит думать, будто рабовладельцами были только мужчины, ничуть. Как у тех же разбойников, воров или убийц, среди владельцев рабов хватало представительниц женского пола.

Мы опять отвлеклись! Далее о прокаченных персонажах. Потратив два-три года в игре, обладая имуществом и положением в обществе, опытные игроки не спешили бросать аватар. Если могли, выкупали себя, а если нет, то надеялись на побег или помощь товарищей.

Конечно, все равно попадались такие, кто поддавался отчаянию и бросал созданного перса. Но их было мало. Стоило человеку ощутить неповторимую атмосферу игры, насыщенную приключениями, интересными квестами и неограниченными возможностями, стоило оценить ее фантастический антураж, мысль о новом начале отходила на второй план.

К примеру, та же Миланка. Она с перезапуском не торопилась. Пусть малышка была всего второго уровня, но у девчонки во владении находился собственный дом и почти достроенная мастерская. По ее собственному признанию Миланкино состояние на момент похищения оценивалось в пределах миллиона монет золотом. Вовсе не шутки. Милке был смысл потерпеть какое-то время, искать пути выхода из трудного положения. И она их нашла, сбежала, пусть в чем-то ей повезло.

После нынешнего обновления при любом раскладе срок пребывания в рабстве ограничивался Системой. Ограничивался не по дням нахождения в игре, а по часам, проведенным в активном действии. По образцу тюремного срока.

Хитрецов в игре много. Получив, к примеру, десять дней тюремного заключения, игрок раньше попросту выходил из игры, а возвращался по окончании срока.

На закрытом бета-тесте разработчики исправили недочет. Из расчета двенадцати часов в сутки осужденному выставлялось Системой сто двадцать часов обязательного нахождения за решеткой или отработки на каторге. Если игрок был неактивен, то есть уходил из игры, таймер времени отсидки останавливался. Счет велся с точностью до секунды. И сразу же поубавилось лиходеев. Никому не хотелось вкалывать под ударами кнута бессмертных надсмотрщиков.

Теперь и рабы, каким бы не оказался стаж игрока, не могли оставаться во власти рабовладельца более одной недели. Правда, если арестантам устанавливался двенадцатичасовой предел, то для рабов он был суточным.

В Аркадии рабство прекратило существование в давние времена. Но Юна и его друзей именно этот пункт обновления очень порадовал.

Большинство игроков собирались пройтись по магазинам и лавкам, так как обнова добавила большое количество одежды, оружия и снаряжения для бойцов. Кто-то азартно гадал, где и какие встроили потайные локации, вроде обнаруженной Хвостатой и мастером. Короче, тем обсуждения много.

– Ну, что ж, – наконец сказал мастер Юн после того как выслушал излияния подопечных. – Все помнят, на чем мы закончили, перед тем как расстаться? Планы не поменялись. За работу.

– За какую работу? – изумленно спросила Виола.

Только сейчас Юн заметил, с каким недоумением смотрят на него друзья.

– Ах! – спохватился мастер. – Фу, ты! Простите, народ. Просто мы не учли одной важной детали. Мы не сможем пойти в Подземелье, пока не решим ряд вопросов. Кайну нужны новые латы, оружие и щит. Кику нужна пара хопешей. Им обоим нужна нормальная бижуха. Придется малость повременить. А чтобы не тратить зря время, Виола будет вас тренировать. Я помогу Хигаши.

– Ишь, ты! – с поддевкой усмехнулась Виола. – Не обобщайте, господин Юн. «Мы» не учли! Это «Вы» не учел!

Лица ребят засветились улыбками, но Юн не сконфузился. Нет. Подумаешь, подшутили. В итоге-то верно подметили. Это он не учел важного обстоятельства.

– Так, значит! – тоже с улыбкой ответил он. – Отомщу.

– За что? – игриво цепляла Виола. – За то, что «папу» справедливо ткнули моськой…

Вив вдруг осеклась. Юн уставился на нее стеклянным взглядом.

– И куда? – притворно строго спросил Юн. – Надеюсь, там с Миланкиным хвостом ничего не связано?

– Хи-хи-хи! – раздался пока одинокий, но очень заразительный смех Мелкой. – Охо-хо-хо! Хахаха! Хи-хи, хи-хи.

А вот теперь хохотали все. Даже Юн. Особенно покатывались, когда Ушастая поведала предысторию своего веселья. Зато друзья узнали из первоисточника, причем тут на самом деле Миланкин хвост.

Все встало на свои места. Хигаши Акиро обрадовался, когда мастер предложил ему помощь. Он собирался просить Кайна, но постеснялся, потому что вовремя вспомнил, ведь у парня всего второй уровень, ему тоже нужно усиленно тренироваться.

Дни потекли своим чередом. Ярких событий, требующих заострения на себе внимания, в жизни семьи Ларуско не происходило. Рутина. Впрочем, пожалуй, все-таки стоит упомянуть пару важных моментов.

Вечером второго дня мастер куда-то исчез. Он ушел тихо, никому не сказав. Дождался, пока семья разойдется ко сну, и ушел. Вернулся лишь утром. И опять никто не увидел, как, откуда и с чем он появился.

После полудня третьего дня мастера пригласили во внутренний двор, так что пришлось оторваться от помощи кузнецу и подумать о том, что важного могло случиться, обязательно требовавшего его непосредственного участия.

Разложить по полочкам предположения Юн не успел, ибо едва открыл дверь и шагнул на деревянный надолб, ноги его запутались в густом скоплении паутины. Следом руки, а за ними и тело обволокли липкие нити.

– Попался! – как-то разочарованно подметила Вив. – Фу! А я тут рассказываю, убеждаю людей, что настоящий профи никогда не вляпается в западню. Объясняю народу простейшие принципы следопыта.

Юн, завернутый в кокон из паутины, повел глазами по сторонам. На него огорченно смотрели ребята. Ничего не говорили. Просто смотрели.

– Ну, я действительно не ждал подставы от вас, еще и в собственном доме. Отныне возьму за правило: мне нельзя расслабляться. Свои тоже могут предать, а это обидно вдвойне.

Слова главы прозвучали с солидной долей упрека. Вдруг тело его заискрилось электрическими разрядами, а через долю секунды Юн был свободен от пут.

– Круто! – вырвалось из уст Кайна.

Мастер почесал нос и шагнул вперед, намереваясь, раз так получилось, проинспектировать подопечных до конца.

– Нет! – раздался громкий окрик магессы.

Поздно. Упс! Сверху, откуда-то из листвы дерева, на голову Юна упало перевернутое ведро, предварительно окатив его изрядной порцией холодной воды, после чего мастер так и остался стоять без движения, явно соображал, как же себя повести.

– Пфу. Пфу, – прыснула Вив. – Хахаха!

Под звонкий, заливистый смех эльфийки мастер все-таки снял с головы ведро. Проследил, как Самура вышла из инвиза и сжалась в комочек, сидя в засаде среди размашистых ветвей канадского клена.

– Простите, – сказала Кику виноватым донельзя голосом. – Виола-сан уверила нас, что с вами такой финт не проходит.

– Он не проходит, – заговорил Юн и снова шагнул вперед.

– Мм! – замычала Хлоя и прикрыла ладонью рот.

К тому времени из ловушки под названием «Зыбучий Песок» торчала одна голова мастера.

– Все собрал! – хохотала эльфийка. – Что с тобой? Всю демонстрацию мне испортил.

Мгновение. Юн исчез и снова появился… рядом с Виолой.

– Телепортация! – восторженно вскрикнула Хлоя.

Порыв ветра, внезапно появившийся из ниоткуда, оборвал восторг девушки. Воздушные тиски намертво обхватили всех присутствующих во дворе, включая опешившую эльфийку. Каждый выглядел так, словно теперь его завернули, правда не в паутину, а в воздушный кокон, и все коконы разом незримая, но непреодолимая сила тянула к центру двора. В итоге эльфийка и группа ее воспитанников оказались плотно прижатыми друг к другу, стянутые удавкой воздушной петли.