– Просто невероятно! – улыбалась магесса. – Вы настоящий волшебник, Акиро-сан. Только я не пойму, куда же вставляется магический камень?

Кузнец с Юном переглянулись.

– Так они уже там, – пояснил оружейник. – Они внутри. Я рискнул использовать два, но поменьше размером, чем те, что устанавливают маги снаружи, в куполе посоха. Я спрятал их под оплетками. Если захотите достать, сдвиньте оплетку.

Едва закончилось пояснение кузнеца, Хлоя сразу проделала нехитрую операцию. И действительно! В специальных углублениях под подвижными, как оказалось, рукоятками посоха, покоились два одинаковых темно-зеленых кристалла. Темными они были сейчас, потому что не несли в себе магии. Но стоит их зарядить, зеленый цвет станет ярким, лучистым. Хлоя это, конечно же, знала.

Пока суд да дело, время неуклонно приближалось к полудню. Закончив с кузнецом-оружейником, Юн передал его девушкам НПС, а те сразу принялись жаловаться на поломки и недостаток инвентаря. Короче, как метко сказал мастер Юн спутнице: наш брат Хигаши в надежных руках.

В сопровождении Юна магесса направилась к Храму Вечности, служившему девушке не только местом, где все магические предметы проходили перезарядку, текущий или срочный ремонт и замену кристаллов, но и профессиональным истоком. Поскольку Хлоя никогда не посещала администратора в Аркадии, как и ни разу не появлялась в святилище, мастер взялся ее проводить.

На очередной развилке дорог возле Торговой Площади они временно распрощались. Высокая белая башня с уникальными городскими часами была хорошо видна с того места, где разошлись спутники, а Храм Вечности располагался как раз возле городской Ратуши. Теперь заблудиться мог только слепой.

Сам наставник поспешил дальше, к тому месту, чуть в стороне от торговых рядов, где среди многочисленных лавок и ремесленных мастерских притаился трактир под названием «Горячий Котел». Впрочем, говорить о нем "притаился" неверно. Неверно, потому что желанный трактир считался респектабельным фешенебельным местом в Аркадии и, как следствие оного, всегда многолюдным, несмотря на то, что был достаточно дорогим.

Сегодня комната на втором этаже престижного заведения временно стала прибежищем Кайна, того самого воина-гнома, кто достался в соперники мелкой на памятном Фестивале. Ранним утром мастер отправил к нему сообразительную, расторопную в любом деле Нику с сообщением гному. Получил с ней же учтивый ответ, согласно которому, деловая встреча намечена в трактире к полудню.

Внутри Юн не сразу заметил искомого воина, зато отчетливо разглядел кое-кого из знакомых охотников. Илона и Гром, в компании сестер амазонок Таны и Даны, гнома Гурта, магессы Лоран, мечника Калева, лучницы Эльзы, Левии-целительницы и еще троих, незнакомых мастеру воинов, шумно отмечали какое-то событие. Вообще посетителей было много.

– Утро вам, мастер Юн.

Юн обернулся. Видимо, он так увлекся наблюдением за «грифонами», что не услышал, как к нему подошел Кайн. С мастером такое случалось очень редко. Каким бы отвлеченным или, наоборот, сосредоточенным на чем-то другом, он не казался наблюдателю со стороны, любая попытка подойти к нему незамеченным изначально обрекала себя на провал. Не сейчас.

– Я вас увидел сразу, как только вошли, – заговорил гном. – Подумал, так много народа, нужно самому подойти. Как-то невежливо с моей стороны, чтобы вы меня еще и искали. И так оказали мне большую честь, пришли для встречи со мной сюда. Простите, господин Юн. И спасибо большое.

Кайн отошел в сторону, приглашая мастера пройти к столику в самом углу. Парень сознательно расположился за этим столом, предполагая долгий разговор с важным гостем, и не желал, чтобы им бесконечно мешали.

Пока проходили, взгляд Юна не отрывался от стола шумных «грифонов». В какой-то момент Илона почувствовала этот взгляд. Обернулась, потому что сидела спиной. Заметив наставника, вежливо склонила голову. И… или ему показалось… даже, вроде бы, улыбнулась.

– Вижу, вас гильдейцы интересуют, – участливо подметил гном, когда мастер уселся за стол. – Они тут уже два часа сидят. Снова спускались на тридцатый этаж. Вроде, удачно, судя по их разговорам. Пару проходов разведали. Неплохо подзаработали. Вот и празднуют.

– Пусть празднуют, – стараясь не показывать заинтересованности, ответил Юн. – Тем более у них есть к тому повод. Меня сейчас больше заботит другая тема. Конкретно: твоя.

– Я это знал, – кивнул гном. – Спрашивайте, господин Юн. Я лгать не умею. Скажу, как есть. Отвечу на любые вопросы.

«Вот как? Просто замечательно, что не умеешь лгать», – так подумал Юн, но вслух произнес иное:

– Хорошо. Тогда ответь мне: как вышло так, что ты оказался на вольных хлебах? Остался без гильдии?

Кайн отхлебнул глоток медового пива, вытер широким рукавом усы и сказал:

– Так исключили меня, мастер Юн, сразу в тот день, когда проиграл вашей Милане. Вызвал Глава и сказал, что я не достоин носить герб «Алого Пламени», раз не смог победить сопливую попрыгунью, попался на старый трюк. Сказал, что полным-полно народа используют выкидные ножи. Я должен был быть готов. А я не был.

Мастер взглянул в грустные глаза гнома. Интересно, что он хотел в них разглядеть? Горечь? Боль? Злость и жалость к себе? Может, простую досаду? Что бы ни было, его там не было.

– Только знаете, мастер Юн, – продолжал гном, – Я госпожу Милану сопливой не считаю. Бой проиграл, это верно. Но меня учили иному стилю, отличному от стиля вашей воспитанницы. Я впервые сражался с бойцом, основой техники которого была не сила, а ловкость и быстрота. Но я хотел победить. Не смог, да. Действительно не был готов. В другой раз буду. На самом деле, поверьте, я на Милану зла не держу. Наоборот, честное слово, я ей благодарен… а, кстати, простите что любопытствую, как она?

Много вопросов собирался задать мастер гному, когда шел на предрешенную встречу. Сейчас, после того как услышал его неторопливые искренние слова, надобности спрашивать уже не было. Все, что нужно было Юну узнать об этом незнакомом ему человеке, он уже знал.

– Милана? – словно не расслышал вопроса, переспросил Юн. – Вполне бодрячком. Повысила уровень. Теперь третьего.

Добрая улыбка растянула донельзя и без того немаленький рот гнома.

– Вот, значит, как! – Кайн почесал лохматый затылок. – Что ж, хорошо. Мастер Юн, передайте ей мои искренние поздравления. Я рад за нее.

Юн встал, давая понять, что разговор подошел к завершению. И добавил напоследок:

– Коль рад, сам и передашь. А теперь рассчитайся за комнату, если еще не сделал этого, собери вещи и пошли. По пути зайдем в Административную Гильдию. Я внесу тебя в списки семьи.

С разинутым ртом Кайн поднялся, уставился в глаза мастеру и не отводил взгляд.

– Вот уж не думал! – протянул он. – Вы берете меня? Я ж записался, как говорят, на удачу. Уровень всего второй. Я в игре меньше трех месяцев. В гильдию случайно попал. Денег в реале вложил, чтобы одному капитану гильдейскому стиль купить. Вот он и протолкнул.

Выслушав откровенное дополнение гнома, Юн задержался. Строго взглянул на собеседника и вдумчиво произнес:

– Запомни, парень: к нам за деньги не попадают. На шмотки, снаряжение и стили всякие зарабатываем всей семьей. Первому, кому они нужнее. Кому выгоднее для всех нас. И выгоняют у нас за предательство, трусость и подлость. За то, что товарища бросил или подставил. Но никогда не выгонят за проигрыш в честном бою.

Как-то пафосно, что ли, прозвучали слова господина Юна. Однако их настоящий смысл был не на поверхности. Он был гораздо глубже, внутри. И гном это понял…

Как только мастер и Кайн оказались на Торговой Площади, заметили какое-то оживленное столпотворение в самом начале улицы Ремесленников. Именно оттуда прямая дорога вела к Ратуше.

Игроки и НПС многочисленной беспорядочной массой сгрудились возле патруля городской стражи. В шумном многоголосье толпы невозможно было почти ничего разобрать, и все-таки несколько слов выделялись из общего гвалта, потому что повторялись со всех сторон.