– А ты тугодум, парень, – тоже в голос продолжил воин. – Если ты так непочтительно говоришь об Илоне, скажешь и о любой другой. Мне это не нравится. А бабу найдешь в зеркале. Так что… а, было бы кому объяснять? И поверь мне на слово, пока еще можешь, подобру-поздорову закрой пасть. Больно уж нечистотами прет. Зубы, наверное, чистить по утрам забываешь.

Теперь к завтраку спустились все ребята Ларуско, и сейчас, когда отчетливо слышали слова ссорившихся посетителей, внимательно наблюдали за развитием событий, грозивших перерасти в откровенную драку.

– Что? – подскочил оскорбленный охотник. – Ты кого бабой назвал, косоглазый урод! Кто зубы не чистит?

После прозвучавшего восклицания Юн и другие заметили небольшое бельмо в правом глазу одиночки, почти незаметное издали.

– Я с тобой говорил, если не понял, – с нарастающим вызовом продолжил воин. – И ты только что подтвердил мои выводы. Сядь и заткнись, тряпка. И отвернись в сторону, что ли.

На вид ему было более тридцати. Коротко стриженный. С широким типичным лицом. Рост сложно определить. Телосложение среднее, не особо крепыш. Одет качественно, но просто. Видимо, небогат в игре, но и не бедствует. Рядом с ним, прислоненная к стене, покоилась двуручная укороченная секира с острием на вершине лезвия. Такой можно не только рубить, но и колоть.

Один из охотников, тот, кто сидел, потянул распаленного заслуженным нареканием товарища за рукав.

– Да успокойся ты. Не заводись. Люди смотрят.

– Пусть смотрят, – грубо ответил второй. – Мне плевать. Я что, должен терпеть унижения от этого дохляка?

Воин, названный дохляком, встал. Теперь рост его оказался под метр восемьдесят. Видимо, воздержанию пришел конец, но ничего предпринять, даже ответить, он не успел.

– А придется, – раздался голос мастера Юна. – Придется терпеть. Или тебе доходчиво объяснят, как правильно подобает вести себя в обществе. И как разговаривают с людьми старше себя и явно умнее.

Вмешательство мастера, конечно же, обоим охотникам хорошо знакомого, вмиг остудило горячую голову заносчивого драчуна. Он смерил обидчика ненавидящим взглядом, но опустился за стол.

Юн тоже присел. Перехватил за талию пробегавшую Нику.

– Будь добра, пригласи того одиночку к нам.

Милая полукошечка улыбнулась, кивнув остроухой головкой.

– Хорошо, мастер Юн. Сейчас, только посуду поставлю.

Через пару минут ребята за первым столом наблюдали, как всегда вежливая и веселая Ника подскочила к одинокому посетителю. Как внимательно выслушал тот служанку таверны. Потом поднялся и направился к ним.

– Утро вам, мастер Юн, – поздоровался человек и кивнул остальным. – Госпожа Виола. Госпожа Илона. Утро вам, госпожа Милана…

Он всех их знал, этот воин, и здоровался уважительно поочередно со всеми, чем, кстати, заслужил ответное уважение к себе самому.

– Присаживайтесь за стол, – пригласил Юн. – Если не возражаете против нашего общества. Разделите трапезу. Вы ведь еще не завтракали, как я успел заметить.

– Что вы, мастер Юн. Для меня честь, оказаться в одной компании с хорошими людьми.

Во как! Многие члены семейства не вполне понимали, с чего незнакомый им человек так положительно о них отзывается.

– Вижу, нас вы уже знаете, – продолжал Юн после того, как гость занял место напротив него.

Милана и Кику предусмотрительно подвинулись, чтобы мастер при разговоре мог общаться с незнакомцем, видя его лицо.

– Может быть, вы представитесь? Хотелось бы познакомиться.

Воин учтиво кивнул.

– Мое имя Шиджу, господа. Шиджу Асаи. Тридцать пять лет. Воин-берсерк авангарда, форвард. Дополнительная профессия – следопыт. Общий шестой уровень. Следопыт восьмого ранга. Секира седьмого. Четвертый год в этой игре. Долгое время был членом семьи мастера Накамура. Занимал должность наставника боевой касты. Две недели назад вышел оттуда.

Юн хорошо знал семью Накамура. Крепкая и сильная семья, давно существующая в игре. И параметры человека, сидевшего напротив него, весьма показательные. Что же заставило Шиджу покинуть привычное общество? К слову, тот же вопрос задавали себе остальные.

– В чем причина? Если мой вопрос не бестактен? – спросил Юн.

– Законный вопрос, мастер Юн, – объективно ответил воин. – Я потерял жену. Погибла в бою в Подземелье. Так расстроилась, что возвращаться в игру не захотела. Она магессой была. Обычно я ее сам прикрывал, а в тот раз меня рядом не оказалось. Вызвали на работу, там, не в игре. Аврал на предприятии случился. Я просил, чтобы тут товарищи дождались моего возвращения, словно чувствовал. Не послушал глава, черт упертый. Сказал: этаж, мол, истоптанный, ходили не раз. Вот и сходили… Главное, понять не могу: как ей никто не помог? Никто! Говорят, словно отрепетировали: не успели. Монстры их обложили на восемнадцатом уровне. Пусть так. Мне не легче. Как не стараюсь поверить, но не могу. Не верю я. Потому и ушел. Вообще думаю из игры уйти. Потерял интерес. Тоскливо. Привык. Нравится мне игра. То есть нравилась.

Глаза мастера покосились в сторону Вив. Девушка слушала печальный рассказ Шиджу и бледнела так, что не заметить было нельзя. Уж очень похожая история напомнила Виоле трагические события далекого прошлого. И Юн это знал. Под столом незаметно взял девушку за руку. Виола взглянула на него с благодарностью. Увидела сочувствующие глаза Илоны и грустно улыбнулась в ответ.

– А с нами остаться не хочешь, Шиджу? – неожиданно предложила эльфийка. – Мне в воинской касте нужен сильный боец. Как раз твоей специальности.

Затуманенный горестными воспоминаниями, отрешенный взгляд воина прояснился. Нет, вспышки восторженной радости в нем не увидели. Взгляд стал спокойным. Рассудительным стал.

– С вами? – ответил воин. – У вас сильная семья. Дружная. Я все бои видел. И как вы, всего всемером, за «грифонов» поднялись, тоже смотрел. Еще тогда подумал: не испугались… Да. С вами, пожалуй, могу.

Вот тут, в этом самом месте, увлеченный рассказчик сказал бы, наверное, настал момент истинного гротеска ненаписанной пьесы или типа того, апогей сценической композиции.

– В таком случае «Адские Гончие» приветствуют вас, Асаи-сан, – сказав, мастер протянул руку опешившему воину.

– Вы не ослышались, – повторила Виола. – Вашу кандидатуру и мое приглашение только что утвердил Кардинал.

– Кто? – сейчас глаза Шиджу действительно вспыхнули.

– А что вы... что ты думал? Кардинал десяти футов роста? Со стол в плечах и убивает дыханием? – спросил Юн по-простому.

– Ага, убивает! Если с вечера много пил и зубы с утра не почистил, – рассмеялась Илона.

Неуместная реплика девушки как нельзя вовремя прозвучала в витающей тишине. Дружный взрыв хохота разразился в таверне. Лишь Юн покраснел.

– Ну, спасибо тебе, дорогая! Неужели за мной такое водилось? – с легкой обидой пробурчал он.

– Так я это для профилактики! – продолжала троллить Илона. – Чисто на будущее.

Девушка жеманно поджала губки и закатила глаза, вроде бы: я ничего.

И вновь хохотали ребята. Даже Юн улыбнулся. Забавно у нее получалось. Пантомима и все. О, Илона! Какая же разная! Какая умная, сообразительная. Юн не просто любил девушку. Он ей восхищался.

– Ну все, народ, – заключил мастер. – После завтрака Акиро снимет мерки с Кэтсу и Шиджу. Потом Милана пойдет с ними в город. Пати в Подземелье сегодня ведет Кику.

– Я поведу? – встрепенулась валькирия. – Нет, мастер. Я – воин, не предводитель. Наставником быть могу, но не капитаном. Пусть лучше Хлоя ведет. У нее опыт есть.

– Не тот у меня опыт, – запротестовала магесса. – Я не боюсь, но вы же знаете, чем мой опыт закончился. Повторения мне не надо.

– Я поведу, – прозвучал уверенный голос. – Пойдете со мной?

Мастер и все ребята развернулись в сторону Каны. Девушка сидела и уверенно смотрела в глаза друзей. Она точно знала, о чем говорила. И Юн понял ее. Очень обрадовался. Наконец! Теперь она «доросла».

– Я была капитаном в своей гильдии. Седьмой этаж плевый. Он мал для нас. Но расслабляться не дам. Работать будете с полной отдачей… И как? Если мастер не возражает, пойдете со мной?