— Конкретизируй, сколько, — потребовала я, чувствуя, как просыпается любопытство.

Джоэл был гением в финансах. Он не трясся над каждой копейкой, но умел грамотно инвестировать и откладывать. Его работа управляющим портфелем ценных бумаг приносила бешеные деньги. Настолько огромные, что я регулярно жалела о своем уходе в науку, как бы сильно я ее ни любила.

Он сглотнул.

— Много.

— Сколько, Джоэл?

Глаза цвета моих собственных неотрывно смотрели на кучу медленно тающих овощей.

— Сто штук.

— Что? — взвизгнула я. — Как?

— Вообще-то чуть больше, — добавил он. — Скорее... сто одна тысяча четырнадцать долларов. С копейками.

— Копейки не имеют значения, когда речь идет о шестизначной сумме!

Джоэл запустил пятерню в волосы.

— Я обосрался! Ладно? Это ты хотела услышать? Наша маленькая мисс Совершенство ведь никогда не косячит. Я все понял. Я неудачник.

У меня голова пошла кругом от мысли, что Джоэл должен кому-то сто тысяч долларов. Кому-то, кто готов искалечить его, чтобы вернуть свое.

— Косяк — это получить штраф за превышение скорости. Сто тысяч долларов? Ты в своем уме? У кого, блять, можно было взять сто тысяч и куда ты их девал? Такие деньги не растворяются в воздухе. — Я ткнула пальцем в сторону его колена. — И ты прекрасно знаешь, кто это сделал.

— И ты думаешь, я тебе скажу? — горько усмехнулся Джоэл. — Ты же сразу побежишь в полицию. Мозгов у меня, может, и поменьше, чем у тебя, но я не идиот.

— Что-то не заметно, что ты до хера умный, раз тебе ломают колени бейсбольной битой из-за того, что ты просрал сто тысяч долларов!

Я была в ярости. Я была смертельно напугана. Но сильнее всего меня ранило и задевало то, что он скрывал от меня эту беду до последнего.

Я без сил рухнула в кресло рядом со своими книгами и бейсбольными сувенирами и обхватила голову руками.

— Почему ты не сказал мне раньше, что у тебя проблемы?

Он отвел взгляд.

— Переехать к тебе и так было унизительно. Ты моя сестра. Это я должен тебя защищать.

— Я твоя старшая сестра.

— На четыре минуты, — парировал Джоэл, как делал всегда.

Я сцепила пальцы замком.

— Что с тобой происходит? Зачем тебе вообще понадобилось столько денег?

Джоэл закрыл глаза.

— Я просто... попал в переплет. Сделал пару неверных шагов, и мне нужно было вернуть счета в прежнее состояние.

— Я не говорю на языке финансовых брокеров, — сухо бросила я.

Он шумно выдохнул.

— У меня есть один крупный клиент. Он типа... неприлично богат. Его не устраивало, что я слишком консервативно управляю его портфелем, поэтому я вложился в рискованные активы. — Он сглотнул. — И все просрал. И даже больше.

— И ты — что? Взял кредит у каких-то бандитов и закинул деньги ему на счет, чтобы сделать вид, будто ничего не произошло?

Джоэл кивнул.

Я запустила руку в волосы.

— Так почему не забрать их обратно и не вернуть долг тем, у кого занял, пока они тебя совсем не добили? Признайся клиенту честно и прими последствия.

Джоэл сглотнул.

— Я не могу.

Я снова опустила голову на ладони.

— Я честно пытаюсь помочь, Джи. Но ты должен рассказать мне всю правду.

— Те инвестиции оказались еще хуже, чем я думал. Дыра в бюджете росла, сколько бы я туда ни вбухивал. — Он вздохнул. — Меня уволили.

Я захлопала глазами.

— Уволили? Уволили?! — Я вцепилась пальцами в волосы. — Тебя не могли уволить. Ты же каждый божий день ходил на работу! Вчера ты сказал, что задерживаешься! Какого черта ты делал все это время?

Джоэл сглотнул.

— Я... ездил в Атлантик-Сити. Пытался выиграть достаточно денег, чтобы закрыть долг. Как только расплачусь, займусь поиском новой работы. Могу... не знаю. Пойти в бизнес-консультанты или еще куда.

Я заикалась, не в силах ухватиться ни за одну мысль. Мне хотелось рвать и метать. Хотелось отчитать его по первое число. Хотелось придушить его на месте. Но это не решило бы проблему.

— Что будет, если ты не вернешь долг? — спросила я едва сдерживаемым шепотом. Меньше всего мне хотелось, чтобы прибежали соседи.

Джоэл замкнулся, и это стало лучшим ответом.

Глаза жгло от осознания горькой реальности. Уже не важно, зачем. Не важно, как. Единственное, что имело значение — вытащить его из этого дерьма.

Я была реалисткой, чтобы понимать, что мир — довольно мрачное место, но до сих пор это не касалось моей личной жизни. Теперь же все вокруг окрасилось в унылые серые тона.

— Сколько у тебя времени? — спросила я.

Джоэл закрыл глаза и откинулся на диване, насколько позволяла поза.

— Времени на что? — проворчал он.

Я поверить не могла своим ушам. Я тут из кожи вон лезу, пытаясь во всем разобраться, а он спать укладывается.

— Сколько у тебя осталось времени, чтобы вернуть деньги? Подозреваю, это ведь не первый их визит.

Снова молчание. Значит, я права.

— Джоэл.

Он хмыкнул.

— Неделя.

Я опешила.

— Неделя? И ты даже не подумал сказать мне об этом раньше?

Джоэл злобно уставился на меня.

— Если бы я мог сейчас дойти до своей комнаты и запереть дверь, я бы так и сделал.

— Что у тебя осталось в трастовом фонде? — спросила я. — Погаси долг оттуда.

— Там нет ста тысяч.

— А сколько есть?

Он вздохнул.

— Ничего.

Я уставилась на него, не веря своим ушам.

— Ничего? Как, черт возьми, у тебя могло ничего не остаться?

Наши родители были обеспеченными людьми: они основали прибыльную медиакомпанию, а затем продали ее за несколько миллионов. Нам с Джоэлом открыли трастовые фонды, примерно по восемьдесят тысяч долларов каждому, но родители погибли до того, как мы достигли возраста, когда могли получить к ним доступ.

— Это уже не в первый раз происходит, — пробормотал он.

— Джоэл!

— Я обосрался! — крикнул он. — Ладно? Я все понял. Не надо мне напоминать. Так что, если ты не собираешься одолжить мне деньги из своего фонда, отъебись от меня.

Я вздохнула.

— У меня там кое-что осталось, но это совсем не то, что тебе нужно. Это даже каплей в море не назовешь.

— Смотри не свались со своей колокольни. Куда делись все твои хваленые именные стипендии, а?

— Отвали. Мне оплачивали учебу. Но не жизнь. Стипендии аспирантов — это сущие гроши. Если бы не мой траст, я бы жила на сухом рамене и блинной смеси.

Жизнь в Нью-Хейвене могла опустошить любой банковский счет в мгновение ока, но спорить с Джоэлом сейчас было бесполезно. Нам нужен был план действий, и как можно скорее.

— Чем я могу помочь?

Джоэл смерил меня прищуренным взглядом.

— Это не твоя проблема.

— Кончай нести эту чушь. Если ты не можешь каким-то магическим образом наколдовать кучу бабла из воздуха, то да, это моя проблема. — Я подалась вперед и уперлась локтями в колени. — Какой план? Я же знаю, что он у тебя есть.

— Я не хочу...

— Джоэл.

— Я пытался выиграть деньги в Атлантик-Сити. — Он вздохнул. — Это единственное, что пришло мне в голову, чтобы достать такую сумму за короткий срок. Если только не продать почку...

— У тебя две почки, — отрезала я. — С одной вполне можно расстаться.

— Почки стоят не так много, чтобы закрыть долг, — прохрипел он между размеренными вдохами и покосился на меня. — Я узнавал.

— Твоя правда. — Я вздохнула. — Я читала одну статью еще в... не помню, в две тысячи девятом? На черном рынке почки стоили всего десять штук. Даже с учетом нынешней инфляции за них дадут меньше двадцати тысяч.

— От твоего мозга можно чокнуться, — пробормотал он.

— А вот печень... — Я постучала пальцем по подбородку. — За нее можно получить шестизначную сумму... к тому же она регенерирует.

— На обычном черном рынке за нее дают меньше десятки. Чтобы сорвать крупный куш, нужно выйти на элитного торговца органами, — выдал Джоэл, будто это был совершенно нормальный разговор. Раньше мы постоянно так переругивались и подкалывали друг друга. Такие беседы всегда заканчивались взрывами смеха. Но не в этот раз.