Ее судорожный вздох пронесся по ветру, словно звон разбитого стекла.

Так даже лучше, сказал я себе, буравя ее взглядом, пока из моих рук свисал взрослый мужик. Ей полезно увидеть меня таким. Она должна знать, с кем имеет дело.

Амелия развернулась и бросилась бежать, а я скрылся внутри здания.

Я же велел ей быть незаметной. Может, хоть теперь она усвоит урок.

К несчастью, для меня она была самым незабываемым человеком на свете.

Амелия

Четверг, 22 мая| 3:42

Картина того, как Джуд тащит избитого и окровавленного мужчину к служебному входу в казино, стояла у меня перед глазами всю дорогу до Коннектикута, будто это случилось только что.

Вряд ли я когда-нибудь забуду, каким холодным было выражение его лица. Но в его глазах оставалось что-то еще, что согревало этот леденящий ужас.

Сожаление.

О чем он сожалел? О том, что сделал это, или о том, что я его застукала?

Сердце бешено колотилось где-то в горле, пока я съезжала с шоссе и петляла по сонным улицам Нью-Хейвена. В зеркале заднего вида то и дело мелькали чужие фары. Но стоило им появиться, как они тут же пропадали.

Кожу покалывало от напряжения, когда я завернула на парковку своего жилого комплекса. Гул проезжающих машин по улице, огибавшей квартал, должен был создавать привычный для этого часа фон, но вокруг все равно стояла зловещая тишина.

Я схватила сумку с наличными, которая сейчас казалась скорее кандалами, чем билетом на свободу, прижала ее к груди и поспешила через парковку.

С каждым шагом пульс ускорялся. За каждым кустом мне мерещился притаившийся преследователь, готовый наброситься, стоит мне пройти мимо. В каждой тени виделся тот, кто подбежит и вырвет сумку из рук. Дыхание перехватило, когда я нырнула под освещенный навес подьезда и взлетела по лестнице, опасаясь, что кто-то прячется внизу. Я сжала ключи в кулаке так, чтобы они торчали между пальцами — как будто это могло меня защитить.

Джуд.

Надо же, первый раз за все мои тридцать лет на этой земле я по-настоящему запала на парня, и он оказался преступником.

Вот уж повезло так повезло.

Я всегда представляла, что когда влюблюсь... если вообще влюблюсь, мой мужчина будет нежным. Мы будем проводить вечера, свернувшись калачиком на диване, смотреть бейсбол, читать или играть в карты. Может, подсядем на какой-нибудь документальный сериал и будем по-доброму спорить, если кто-то случайно посмотрит серию вперед.

Он будет из тех, кто открывает передо мной дверь. Будет всегда заезжать за моими любимыми вкусняшками по дороге с работы, просто так.

Будет приносить мне кофе по ночам, когда я засиживаюсь за проверкой студенческих работ, или приносить цветы прямо на кафедру во время приемных часов.

У нас была бы тихая жизнь, где мы счастливы просто оттого, что мы вместе.

Но сейчас тихая жизнь мне только снилась.

Пляжный отдых. Крошечное бикини. Коктейль под зонтиком. Картинка того, как я буду баловать себя, когда этот кошмар закончится, — вот единственное, что помогло унять дрожь в руках и открыть дверь.

Стоило мне переступить порог, как здание содрогнулось. Я ухватилась за дверной косяк, и в ушах зазвенело от оглушительного грохота взрыва. Я обернулась как раз в тот момент, когда небо озарилось жутковатым багровым заревом. Вид взлетающей на воздух машины, превратившейся в огненный шар, потряс меня до глубины души.

— Боже мой, — прошептала я, цепенея от ужаса.

Я смутно помнила, как Джоэл, ковыляя на костылях, подошел к окну и уставился на парковку, над которой клубами валился густой черный дым. Пламя пожирало каждый сантиметр машины, будто ее облили бензином. Едкий запах горящего металла и резины поплыл по воздуху, действуя как какое-то безумное снотворное.

В домах напротив один за другим загорались окна — другие жильцы просыпались от этого кошмара, разворачивавшегося прямо у меня на глазах.

Я ведь только что шла по этой парковке.

Ничего не горело.

Никого вокруг не было.

У Джоэла глаза округлились от ужаса, а челюсть просто отвисла.

— Это моя тачка, — прохрипел он, словно едва в силах признать то, что мы оба и так понимали.

Воздух разрезали звуки сирен — пожарная часть в двух кварталах от нас уже отреагировала на десятки звонков в службу спасения.

— Какого хрена? — выдавил он, пытаясь выбраться за дверь на балкон, чтобы лучше рассмотреть. — Я два дня за руль не садился. Она была в полном порядке и...

Я втолкнула его обратно в квартиру и захлопнула дверь, понимая, что копы будут здесь с минуты на минуту.

Я повернула замок, задвинула засов и уже подумывала пододвинуть диван, чтобы забаррикадироваться, когда Джоэл заметил дикий страх в моих глазах.

— Миа... Что произошло?

Я с трудом сглотнула.

— Кажется... Кажется, я видела сегодня то, чего видеть не следовало. — Я еще крепче сжала сумку.

Если этот поджог — дело рук Джуда, я понятия не имела, как он это провернул. Я уехала из Атлантик-Сити сразу же, а он ушел внутрь казино. Как он мог добраться сюда раньше меня и все устроить? И откуда ему вообще знать, где я живу? Я не видела никого на парковке, когда припарковалась или когда шла к своей квартире. Бугимэн, крадущийся в тенях, был лишь плодом моего воображения.

Или все-таки нет?

— Ты достаточно сегодня подняла? — спросил Джоэл.

Я тряхнула головой, пытаясь прояснить мысли.

— Я близко, но еще двадцати тысяч не хватает. Мне нужен... нужен еще день или два.

Он тихо выругался. И эта его злость меня прямо взбесила.

— Прости, что? — в каждом моем слове сквозила чистейшая язвительность. — Те восемьдесят тысяч долларов, которые я выиграла для тебя за последнюю неделю, тебе мало?

Я знала, что этого мало.

Для него все было мало, пока на руках не окажется вся сумма целиком. Да и тогда, чует мое сердце, придется выиграть сверху — на случай, если к общему долгу накапали проценты, о которых Джоэл благополучно решил мне не говорить. Я была уверена, что такие подпольные займы не обходятся без кабальных условий.

Условий вроде отбитых коленных чашечек и взорванной для встряски машины.

«Не ищи неприятностей, лисичка. Даже самые хитрые попадаются в капканы».

От предупреждения, которое Джуд прошептал мне на пляже, голова шла кругом.

И что вообще это было между нами? Промелькнула ли там какая-то искра? Мне казалось, что да...

То, как его палец скользнул по моему... Его тихий голос.

И он ведь помог мне. Подсказал, где играть и как не привлекать к себе внимания, хотя обычно мне такие советы не требовались, я и так умела сливаться с толпой.

Если он и правда какой-то расчетливый суперзлодей, который разъезжает по городам и взрывает тачки, то с какой стати ему мне помогать?

Но другого объяснения, кто мог это сделать, просто не было.

И уж точно мне теперь никуда не деться от образа Джуда, избивающего того человека. Я не знала пострадавшего. Может, он тварь еще похуже Джуда. Может, он истинное зло.

А может, и Джуд тоже.

За окном замелкали синие сполохи, смешиваясь с красно-белыми огнями пожарных машин.

— Дерьмо, — пробормотал Джоэл, приоткрывая жалюзи.

Синие огни означали, что сейчас здесь начнут шнырять копы в поисках ответов. А когда потушат огонь, подтянется еще и эксперт-поджигатель. Это лишь вопрос времени — они пробьют номера по обгоревшему кузову машины и придут ко мне в квартиру.

— Надо это спрятать, — сказала я и поспешила в спальню, чтобы убрать наличные к остальной заначке, которую я держала в огнеупорном ящике под кроватью. Важные документы — свидетельство о рождении, паспорт и кое-какие выписки — лежали на тумбочке. Но сейчас важнее было сберечь деньги.

Входную дверь сотряс тяжелый стук. Я затаила дыхание, выглядывая из-за дверного косяка спальни, пока Джоэл открывал.

Он сам заварил эту кашу. Пусть сам и расхлебывает.

На пороге стояли двое копов с блокнотами. Они тут же засыпали Джоэла вопросами: соседи уже успели доложить, чья именно машина только что «самовозгорелась».