— Что ты, блядь, несешь?

— Ох, Джеймсон. Не заставляй меня разжевывать. Я вернусь к тебе, раз уж на то пошло. Я могу стать хорошей женой для тебя… и хорошей матерью для Фрэнни. Понимаешь?

— После того как ты ушла к Паоло, мне нахрен не сдалось твое возвращение, Лекс. Я никогда тебя не захочу.

Я услышала её презрительное фырканье, и меня снова замутило.

— Ой, перестань ревновать, Джеймсон.

Его глухой рык, полный отчаяния и злости, заставил меня прильнуть к стене, чтобы не пропустить ни слова.

— Мне плевать на тебя и твои измены, Лекс. Я говорил это уже не раз. — В каждом его слове звенела неприкрытая ярость.

— И всё же ты кричишь так, будто тебе не плевать.

Я думала о том же. Его злость была слишком осязаемой для человека, которому действительно всё равно.

— Потому что ты никак не можешь понять: дело не в тебе и не в нём.

— Нет. Дело в нас, — ответила она. — Теперь я понимаю, что Паоло не стоило отправлять тех людей в академию за Фрэнни, чтобы вынудить тебя встретиться со мной, Джеймсон. Ладно. Я признаю, это было ошибкой. Прости. Мы всё исправим.

Внутри всё заледенело от этого признания: мужчина, которого она любила, на самом деле и был организатором той перестрелки.

Послышалась возня, а затем до меня донёсся низкий рык Джеймсона:

— Я, мать твою, должен тебя убить.

— Угрожаешь мне пистолетом, Джеймсон? — рассмеялась она. — Серьезно? Ну давай... Стреляй в женщину, которую до сих пор любишь.

Я замерла, ожидая, что он сделает, что скажет, решится ли спустить курок.

— Не могу.

Его голос дрогнул, и во мне тоже что-то надломилось.

Я не хотела, чтобы он нажимал на курок. Но она была права. Он всё ещё любил её. От этой мысли меня затошнило так сильно, что я больше не могла оставаться здесь ни секунды. Я схватила собранную сумку и выбежала из комнаты, оставив даже свои растения. Но, проходя мимо двери Фрэнни, остановилась. Одна мысль о том, что я уйду, не попрощавшись с ней, разрывала сердце. Как я могла так поступить после всего, через что мы прошли вместе? После того, как мы вдвоём пытались перехитрить её папу, чтобы попасть в загородный клуб или уговорить его купить кролика? После того, как мы вместе прятались в тесном подвале? Или стояли плечом к плечу, когда обклеили стразами его Rolex?

Моя дрожащая рука потянулась к дверной ручке.

Но я так и не коснулась ее. Не смогла.

Фрэнни превыше всего. Всегда. И если бы я сказала ей, что ухожу, это разбило бы ей сердце. Я прижала ладонь к двери и прошептала:

— Прости меня, Фрэн.

Но дверь тихо приоткрылась, и на пороге показалась Фрэнни с непривычно серьёзным выражением лица.

— Мия Дарлинг, ты уезжаешь?

Я опустилась перед ней на колени и крепко обняла.

— Мне нужно ненадолго уехать, ладно? Мне нужно кое о чем подумать, но обещаю: я вернусь, Фрэн.

Она тяжело вздохнула, осторожно высвободилась из моих объятий и недовольно надула губы.

— Почему-то мне кажется, что это всё папа виноват. Так что пообещай на мизинчиках. Ты должна дать ему шанс всё исправить.

Я изо всех сил старалась не расплакаться, сглатывая подступивший к горлу ком. Протянула мизинец и сцепила с её пальчиком.

— Обещаю на мизинчиках, Фрэн. А теперь марш в постель и спи до самого утра, договорились?

Девочка кивнула, ещё раз крепко меня обняла, а потом развернулась и ушла к себе. Я тихо прикрыла за ней дверь, не желая, чтобы она увидела мои слёзы, и поспешила по коридору к посту Арчера.

— Мне нужно уехать, Арчер. И ты должен увезти меня. Пожалуйста. Отвези туда, где он меня не найдёт.

— Мия... — попытался он возразить.

— Пожалуйста. — Из груди вырвался такой надрывный, такой мучительный всхлип, что я поспешно зажала рот ладонью, пытаясь его заглушить. — Всего на несколько дней. Мне нужно уехать отсюда. Побыть одной и всё обдумать.

Он тяжело выдохнул и предупредил:

— Только на пару дней.

Я молча кивнула. Слёзы уже свободно текли по щекам. Я погладила Малека, который тихо скулил, прижимаясь ко мне всем телом. Он тоже чувствовал то, что чувствовала я.

Что мне больше ни секунды нельзя оставаться в поместье Найтов.

Арчер велел Ксавьеру подогнать машину, а затем мы бесследно растворились в ночи.

Прошло всего около часа, когда на мой телефон поступил первый звонок. Арчер позаботился о том, чтобы отключить установленный в нём маячок, а я на всякий случай ещё и выключила передачу геолокации.

— Рано или поздно он всё равно нас найдёт, — тяжело вздохнул Арчер, стоя в номере отеля, где мы остановились.

— Знаю. — Я кивнула. Голос звучал так жалко и слабо, что мне самой было противно его слышать. — Мне просто нужно немного времени.

Арчер хмыкнул, когда телефон пискнул, оповещая о сообщении.

Милая Мия, ты ушла, не сказав ни слова. И думаешь, я просто с этим смирюсь?

Да. Мы оба знаем, что нам нужно побыть порознь.

Назови хоть одну вескую причину, почему я должен с этим согласиться.

Твоя вполне живая жена — идеальная причина. Ты должен был рассказать мне правду.

Он снова позвонил, и я снова проигнорировала вызов, усмехаясь над его попытками.

— Он так и будет звонить.

— А я так и буду не отвечать, — сообщила я, цепляясь за свою злость, чтобы не сломаться.

Господи, детка. Ответь. Она не причина. Я уже сказал ей, что немедленно подаю на развод. Ничто не заставит меня отказаться от тебя. Я вошёл в твою комнату и сразу всё понял. Твоё место здесь. Так что мне не нужны причины. Мне нужна ты.

Мне нужно время… Побыть одной. Я думала, ты мне доверяешь.

Доверяю. Прости меня, детка. Правда. Я пытался тебя защитить.

Блядь, Мия. Включи геолокацию. Где ты?

Не ищи меня. Всё равно найдешь.

Я переверну весь мир, пока не найду тебя.

Я не хочу, чтобы меня находили.

Очень жаль. Я больше не собираюсь проводить без тебя ни секунды.

Придётся. Потому что я не могу быть рядом с тобой… и твоей женой.

Еще один звонок. И еще один сброшенный вызов.

Если бы ты ответила, я бы сказал, что её больше нет.

Это уже не имеет значения. Просто позаботься о Фрэнни. И поливай мои растения, пока я не буду готова вернуться за ними.

Не буду. Земля высохнет, и они погибнут.

Как он вообще посмел? Он ведь прекрасно знает, как много они для меня значат.

Через пару секунд пришло ещё одно сообщение.

Чёрт, Мия. Конечно, я буду их поливать. Но они будут скучать по тебе. Я ведь не разговариваю с ними так, как ты. И Малек, и крольчиха, которую ты позволила Фрэнни завести, уже скучают по тебе. Завтра они будут ходить по дому понурые вместе с Фрэнни.

Как Фрэнни?

Она спит. Но завтра растеряется, Мия. Без тебя этот дом перестал быть домом. Мы хотим, чтобы ты вернулась.

Найдешь ей новую няню. Она справится. Я всего лишь учительница, по которой она немного поскучает.

Нет.

Ты не просто учительница.

Ты для нас всё. Ты и есть всё. И я не позволю тебе уйти. Скажи, где ты, и мы поговорим лично.