— Не доверяешь? — Пинк изогнула бровь.
— Не доверяю мужчинам рядом с твоей красивой розовой...
— Заткнись, Бейн, — перебила его Пинк, когда он подошел и поцеловал ее прямо в губы. Она всё ещё держала меня за руку и даже не отпустила её, пока он целовал её так, что у меня самой колени стали ватными. Через секунду она оттолкнула его и пробормотала: — Люблю тебя.
Муж без колебаний ответил тем же, а тем временем Димитрий прислонился к столу, сверля жену взглядом.
— Почему ты должна идти без меня?
— Потому что девушкам иногда нужно отдыхать.
— От любви всей жизни, пчелка? — В его голосе слышалась почти детская обида, но, притянув её к себе для поцелуя, он тут же сжал ладонью её задницу, наглядно доказывая, что он стопроцентный мужчина.
Олив закатила глаза, поцеловала его еще дважды и отстранилась.
— Ты справишься, Димитрий. Побудь сегодня хорошим папочкой и уложи нашего малыша спать.
Мужчина рядом с Джеймсоном прицокнул языком.
— Я бы сказал, что вы все размякли, но, думаю, вы и сами это знаете.
Его голос был очень похож на голос Джеймсона, а глаза были такими же холодными. Линия челюсти и черты лица поразительно совпадали, и до меня дошло: у Джеймсона есть брат, о котором он никогда не упоминал.
А может, и не один.
Честно говоря, я вообще ничего о нем не знала, и его это, вероятно, вполне устраивало. Он хотел держать меня на расстоянии — так тому и быть. Да как он смел вообще делать вид, будто ему не плевать, предлагая полет к сестре, если сейчас даже не удосужился обратить на меня внимание?
Я не знала, что бесит больше: его безразличие или осознание того, что сегодня вечером всё его внимание достанется другой. Женщине, которая знает о нем и его семье куда больше моего.
Впрочем, его брат быстро сгладил неловкость, пока Джеймсон упорно делал вид, что никого вокруг не существует.
— Ты, должно быть, няня Фрэнни?
— Да. — Я кивнула, и это напоминание пришлось как нельзя кстати. Вот моё место среди всех этих людей.
Он поднялся во весь рост, и меня поразило, насколько даже походка у него была похожа на походку Джеймсона. Их так легко было принять друг за друга, что становилось очевидно: разница в возрасте у них совсем небольшая.
— Хочешь, чтобы к вашей компании присоединился один парень? — предложил он. — Я Каллахан. Хороший Найт. Со мной весело.
— Нет, — тут же перебила его Пинк. — Сегодня только девочки.
Потом она ткнула меня локтем, словно теперь была моя очередь говорить. Почему у меня вдруг подкосились ноги, а ладони стали влажными?
— Я… с тех пор как начала здесь работать, ни разу не выезжала за пределы Парадайз-Гроув. И Пинк предложила съездить в ночной клуб в Чикаго. Было бы здорово, особенно если учесть…
— В Чикаго? — Джеймсон резко вскинул голову. Наконец-то он меня заметил, но лишь потому, что мы посмели его ослушаться. В глубоком тембре зазвенело напряжение, а я уже усвоила, что доводить его до предела не стоит.
— В Чикаго можно отлично провести время, — вмешался Каллахан. Похоже, он тоже заметил напряжение, поэтому сразу попытался разрядить обстановку.
— Нет. — Голос Джеймсона прозвучал громко и четко. — Мии не разрешается покидать Парадайз-Гроув.
— Брат. — Каллахан многозначительно на него посмотрел. — Не разрешается? — Между ними проскользнуло что-то невысказанное. — Она твоя подчиненная, а не пленница. — Затем он повернулся ко мне. — Мы, Алмазы, всегда идем навстречу, но при этом чересчур осторожны. Если, конечно, у моего брата нет другой причины не пускать тебя в город...?
В комнате повисло густое напряжение, пока мы ждали ответа. Какая-то часть меня жаждала услышать, что ему не всё равно, что я не просто подчиненная, что, возможно, здесь замешаны чувства. Но он даже не подал виду: в мгновение ока отключив эмоции, просто отмахнулся.
— При условии, что с вами поедет охрана...
— О чем мы всегда заботимся. — Каллахан вздернул бровь, словно ожидая новых отговорок.
Последовала долгая пауза, прежде чем Джеймсон, казалось, сдался.
— Тогда пусть едет Аид.
Аид покачал головой, не сводя убийственного взгляда с Рози.
— Думаю, это плохая идея. Арчер поедет.
Желваки на скулах Джеймсона снова дрогнули, но он не поднял глаз.
— Ладно. Он и группа сопровождения.
— Отлично. Только скажи им держаться подальше, — подытожила Олив и начала пятиться к выходу, словно нельзя было поворачиваться к мужчинам спиной.
Пинк взяла меня под руку и повела к двери. Мы уже почти вышли, когда раздалось:
— Мисс Дарлинг, на пару слов.
— Блядь, — проворчала Пинк, — почти проскочили.
Джеймсон поднялся. Проходя мимо, задел меня рукой и бросил:
— В кабинет. Живо.
Полагаю, это означало, что я должна следовать за ним. Чертов придурок. Будь мы одни, я бы плюхнулась на диван и ждала, пока до него дойдет, что я не собака, выполняющая команды.
А когда даже Малек не пошел за хозяином, я вздернула подбородок.
— Мистер Найт, даже мои ученики знают, что нужно просить вежливо.
Клянусь, Каллахан замаскировал смешок кашлем, а его брат обернулся: плечи напряжены, во взгляде — жажда убийства.
— Пожалуйста, мисс Дарлинг, тащи свою задницу в кабинет, пока я сам не потащил тебя туда.
Я демонстративно фыркнула ему в лицо, и, кажется, вся комната замерла. Мне было плевать. То, что я учила детей хорошим манерам, не обязывало меня соблюдать их постоянно. Устраивать сцену при всех не хотелось, поэтому я просто громко зашагала по коридору, чеканя шаг. И остановилась лишь тогда, когда, проходя мимо гостиной, заметила миссис Найт, смеющуюся вместе с Валери и Фрэнни.
Обе женщины на меня глаза, а Фрэнни как ни в чём не бывало продолжала смеяться и рисовать на листе бумаги.
— Мисс Дарлинг, рада вас видеть. Вы выглядите... мило. — Валери окинула меня взглядом, и мне тут же захотелось сжаться и исчезнуть из дверного проема. Платье, вероятно, было слишком коротким и чересчур облегающим для оценки миссис Найт. Сама Валери сидела в выглаженном поло: сплошная пастель и эстетика безупречного этикета. Волосы собраны в мягкий пучок, светлые пряди идеально уложены, словно у нее была уйма времени, чтобы подготовиться к роли. — Уезжаете на выходные? Наверняка уже есть планы.
— Есть, — осторожно ответила я, не зная, что сказать ей или матери Джеймсона. В их глазах читалось осуждение, к которому я не была готова.
Фрэнни подняла глаза и восторженно ахнула.
— На тебе твой любимый цвет, Мия. Ты выглядишь как принцесса. Правда, папочка? Ты сегодня ведёшь на бал принцессу? Сможешь танцевать с ней до полуночи, как принц с Золушкой.
Джеймсон прочистил горло; казалось, он испытывает физическую боль. Ему хотелось оказаться где угодно, только не здесь. Мне тоже. Но он всё же ответил:
— Я бы с радостью отвел ее на бал, Фрэн. — Его взгляд потяжелел, столкнувшись с моим. — Она идет танцевать с подругами. Но пусть ни один принц даже не вздумает приглашать нашу принцессу на танец, да?
Фрэнни хихикнула, кивнула и вернулась к рисованию. Миссис Найт смотрела на меня с любопытством, а вот глаза Валери метали кинжалы.
— Фрэнни? — Голос Валери прозвучал резко. — Ты же знаешь, цвет этого платья довольно вызывающий, слишком яркий для здешних мест. — Ее оскорбление попало точно в цель. Она вскинула брови, а губы скривились в снисходительной усмешке. — Извините. Понимаю, в таком виде Вы наверняка едете в город, верно? Просто хочу, чтобы Фрэнни понимала, в каком обществе мы находимся. Это весьма респектабельный район.
Она скрестила руки на груди, и я снова заметила мелькнувшую эмблему, напомнившую, что каким-то образом она тоже принадлежит к Алмазному Синдикату. Родилась ли она в нём или заняла своё место, работая на них всех, я не знала. Знала только одно: я к этому миру не принадлежала. На мне было чужое платье, и сама я была здесь лишь на время.
И всё же я заметила, как Фрэнни прикусила щёку, обдумывая сказанное и разделение, которое прозвучало в этих словах. Валери словно пыталась загнать её в рамки, в которые, по её мнению, та должна была идеально вписаться. Но я не собиралась этого допускать.
