— Никто. Боже мой. Как же хорошо.

— Насколько хорошо? Скачи на моей руке и покажи, как тебе это нравится. — Голубые глаза скользнули по моему телу, словно океан, накатывающий на песок, и заставили подчиниться. Под его прикосновениями я стала податливой и хотела выполнять любой приказ, потому что за послушание следовала награда. Я задвигала бедрами, и он облизнул губы, словно изголодался по мне. Я стала двигаться на пальцах жестче, его взгляд потемнел, а челюсти сжались. Я влияла на него так же, как он на меня, и от одной этой мысли оказалась на грани.

— Посмотри, как ты течешь для меня, Мия. Твои красивые бедра блестят на моей столешнице и пачкают металл. Ты говорила, что это невозможно. О чем еще ты лжешь? Те мужчины, с которыми ты была, действительно играли с твоей киской? Или ты водишь меня за нос?

— Нет, — заверила я его, тяжело дыша, мои руки сжимали бёдра, пока я двигалась всё быстрее и быстрее. — Если честно, мужчины, с которыми я спала, просто получали своё, не думая о моих потребностях.

Он хмыкнул, слегка отодвинув руку, но мои бедра тут же потянулись вслед за его пальцами. Я была так близка, но он хотел растянуть удовольствие.

— Значит, это были эгоистичные и тупые придурки.

— Не знаю, — всхлипнула я, разочарованная тем, что он не расстегивает брюки, но тут он ввел в меня еще один палец, и я всхлипнула. — Просто дай мне больше. Плевать на остальных. Я хочу этого прямо сейчас. Я повернусь. Можешь взять меня сзади, делай что хочешь, что угодно.

Я потеряла контроль и выпалила последнюю фразу как козырь в торге. Он не знал, что мне известно, что это его способ, — именно так он трахался с Валери.

Что-то неуловимо изменилось в его позе и взгляде, даже в том, как двигалась во мне его рука. Голубые глаза впились резче, прикосновение стало хищным, а мышцы напряглись, когда ладонь замерла.

— Намерена не смотреть на меня, когда я буду тебя трахать? — Его тон потемнел, превратившись в ровный, почти первобытный рык. — Хочешь забыть, что это я?

— Нет. — Я быстро замотала головой, понимая: именно это он, должно быть, и делал с Валери. — Конечно нет. Я просто хочу кончить. Чего ты ждешь?

Он холодно усмехнулся.

— Мия, я, помимо всего прочего, дотошен. Твое тело должно быть готово.

— Я готова. Если не способен довести дело до конца, тогда давай просто остановимся. — С губ слетела колкость.

— Не способен? — Он ухмыльнулся. — За эти слова я буду смотреть, как твоя киска пропитывает соками мою руку. Медленно и верно.

— Я так сильно не намокаю, Джеймсон. Говорю же, никогда в жизни!

— Вот и посмотрим. Я хочу, чтобы твои соски затвердели для меня. Чтобы твое тело дрожало. Чтобы ты стонала. И посмотрим, будет ли твоя киска плакать по мне, потому что, когда я тебя трахну, Мия, — его большой палец теперь обводил мой клитор, расчетливо и по-собственнически, пока Джеймсон склонялся надо мной, — я буду смотреть и запоминать каждый твой дюйм… то, как ты выглядишь, когда кричишь мое имя снова и снова.

Я застонала, притягивая его ближе, чтобы быстрее двигаться на пальцах, получая нужное трение. Мне было уже плевать, чего он хочет — я сделаю всё что угодно, лишь бы достичь оргазма.

— Вот так, милая. Продолжай, — подбадривал он. — Скажи, на ком ты скачешь.

— На мистере Найте.

Свободной рукой он шлепнул меня по бедру и ущипнул за клитор. Я ахнула от боли, прострелившей тело, но он тут же помассировал оба места и приказал:

— Моё полное имя, Мия. Кто заставит тебя кончить и оставить после себя беспорядок?

— Джеймсон Найт.

— В чьём доме ты преподаёшь?

— Джеймсона Найта.

— Чьим правилам ты подчиняешься?

Я прикусила язык. Он знал, что мне это необходимо. Я слышала хлюпающий звук собственного возбуждения, пока его палец скользил внутрь и наружу, и всё же он замедлил ритм.

— Джеймсон, я поведу себя ещё более непрофессионально, если ты не дашь мне кончить.

— Тогда скажи. Чьим правилам ты подчиняешься, детка?

Я была готова сойти с ума в любую секунду, настолько была близка.

— Твоим, мудак.

Он довольно хмыкнул, и на его лице расплылась широкая улыбка.

— Такая дерзкая малышка, хотя могла бы просто подчиниться на секунду. Я не мудак. Я Джеймсон Найт, твой босс, и ты должна проявлять ко мне уважение. Скажи, что будешь слушаться, Мия. Простони это своим язвительным ротиком. И тогда я позволю тебе почувствовать тот кайф, которого ты так жаждешь.

Я вонзила ногти в собственные бедра.

— Джеймсон Найт, половина твоих правил просто нелепы. — Он начал убирать руку, и я вцепилась в его запястье, как одержимая. — Но я буду слушаться. Буду слушаться, ясно? Пожалуйста. Я буду слушаться, Джеймсон Найт.

В награду его пальцы скользнули обратно и изогнулись прямо в том самом месте, где я нуждалась.

— Вот так. Чувствуешь, насколько промокла твоя киска? — Мои глаза закрылись сами собой, когда жар сосредоточился внизу живота, но он зарычал: — Смотри на меня, Мия. Я хочу, чтобы твой взгляд был прикован к моему, пока ты истекаешь соками. Я не моргну и не намерен пропустить ни единой секунды того, как ты дико скачешь на мне.

Он сказал это с обещанием, а не с пренебрежением, будто серьёзно готов был перетерпеть сухость глаз, только бы не упустить ни миллисекунды.

Я не понимала этого. Да и как могла? Валери он не заставлял смотреть на него.

— Я просто отвлечение, от которого ты избавляешься, — прошептала я, пытаясь вернуть остатки здравомыслия, убедить себя, что всё это ничего не значит, что это только ради удовольствия.

Он закусил губу, словно сдерживая рвущиеся наружу слова, а затем снова опустился на колени.

— Хотел бы я этого, — кажется, пробормотал он, но, возможно, мне просто послышалось.

Впрочем, это не имело значения. Его рот снова оказался между моих ног, и на этот раз он жестко всосал клитор. Игры закончились. Когда я опустила взгляд, он смотрел снизу вверх, встречая мои глаза с голодом и напором, которые разжигали либидо, питали ту девушку внутри меня, которая хотела быть желанной, и подтолкнули меня за грань.

Я навалилась на его лицо, извиваясь и теряясь в синем океане его взгляда. Я тонула в нем, и мне было плевать на нехватку воздуха, потому что глубокое море наслаждения накрывало меня волной за волной. Я достигла пика, который не могла контролировать, пока кричала и скакала на его лице — минуты или часы напролет. И он позволял мне это. Словно какой-то джентльмен. Полная противоположность тому образу, что я нарисовала у себя в голове.

А после он придержал меня, вытянул салфетку из диспенсера возле раковины, намочил ее и мягко протер. Его движения оставались педантичными и выверенными, но теперь в них читалась забота, а не власть.

— Джеймсон, что ты делаешь? — Я нахмурилась. Он продолжал держать мои ноги раздвинутыми, хотя я пыталась их свести.

— Привожу тебя в порядок, — сказал он тоном, будто в этом не было ничего необычного.

— А как же ты? — Я указала на бугор на его брюках. — Мы ведь даже не...

— И не собираемся. — Его тон был резким. — Мужчине не всегда обязательно кончать после тебя, Мия. Иногда достаточно того, что до разрядки дошла женщина.

— Значит, мы закончили?

Его голубые глаза вспыхнули, встретившись с моими.

— Ты всё ещё отвлекаешься?

Я запнулась, не зная, что ответить.

— Нет. Это было потрясающе, но…

— Тогда ты сможешь закончить свои рабочие обязанности на сегодня и уделить Фрэнни всё своё внимание.

Он подошел к мусорному ведру и нажал на педаль, чтобы открыть крышку. Выбросил туда салфетку, а вместе с ней, казалось, и всю ту связь, что возникла между нами. Я вздрогнула от резкого хлопка захлопнувшейся крышки.

Напряжение в комнате вернулось. Тьма и та власть, которую он имел надо мной как мой босс. Джеймсону не нужны были проблемы, а я была одной из них, это очевидно. Поэтому я быстро подхватила одежду и натянула трусики с юбкой.

— Я бы прекрасно справлялась со своими обязанностями и до всего этого, если бы меня просто проинформировали обо всех аспектах работы.