— Я ничего не знаю о здоровых отношениях. Возможно, я ей только наврежу.

Хейз вывел пальцем узор на запотевшем стакане.

— Я тоже ничего не знал. Но мы с Эв разобрались. На пути было немало трудностей, но мы нашли дорогу друг к другу.

Глубоко внутри вспыхнуло нечто, очень похожее на надежду.

— У моего друга есть домик выше в горах. Думаю, он разрешит вам пожить там несколько дней. Место уединенное.

Мысли завертелись, складывая детали плана. Как убедить Лейкен на несколько дней покинуть Вулф-Гэп?

— Наверняка оттуда открывается потрясающий вид.

— Лучший.

Я посмотрел на телефон.

— Я бы с удовольствием отвез туда Лейкен. Но для начала неплохо бы добиться, чтобы она хотя бы ответила на сообщение.

Хейз расхохотался.

— Выходит, даже кинозвезды не всегда получают желаемое.

— Поверь, моя жизнь очень далека от идеала.

Меня снова кольнуло чувство вины. Я втягивал Лейкен во тьму, которая порой захлестывала мой мир.

Веселье исчезло с лица Хейза.

— Мы все приносим в отношения свой багаж. Но иногда приятно, когда кто-то помогает немного его понести.

Я припарковалась на импровизированном месте перед домом Грейнджеров. Несколько секунд просто сидела, глядя на знакомый вид. Меня успокаивало то, насколько хорошо я знала этот дом. Даже какие доски скрипят, когда поднимаешься по ступеням крыльца. Сколько раз Джейс раскачивал меня на качелях перед домом? Или гонялся за мной с запасом водяных шариков? Здесь было столько прекрасных воспоминаний, и я не хотела потерять ни одного. Не хотела, чтобы смерть Джейса и все, что произошло после, исказившее нас всех, отравили их.

Я заглушила двигатель внедорожника, глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Вышла из машины и направилась к двери. Она распахнулась, прежде чем я поднялась на верхнюю ступеньку.

Чип улыбнулся, но я заметила напряжение вокруг его глаз.

— Привет, Лейкен.

Я подняла пакет.

— Я принесла обед. Вы уже ели?

Он покачал головой.

— Только собирался найти что-нибудь перекусить.

— Теперь не придется.

Я достала сэндвич и напиток.

— Почему бы тебе не отдохнуть? Я немного посижу с Кей.

Он сжал мое плечо.

— Спасибо.

От этого простого прикосновения глаза защипало. Раньше Чип легко и непринужденно дарил близким свою любовь. Но в какой-то момент все изменилось. Его жесты стали скованными, вынужденными и гораздо более редкими. Я даже не понимала, насколько нуждалась в этом прикосновении. В подтверждении, что он все еще здесь.

— Я сделаю все, что смогу. Все что угодно.

Глаза Чипа покраснели.

— Я знаю, Лейкен. Хотел бы я, чтобы существовала волшебная кнопка, способная все исправить. Но иногда трещина слишком глубока.

Сердце болезненно сжалось.

— Я не могу представить, какую тяжесть ты несешь. Но если я могу хоть немного помочь, тебе достаточно попросить.

Он кивнул, переминаясь с ноги на ногу.

— Ты уже помогаешь. Сейчас.

Чип поцеловал меня в макушку.

— Ты замечательная женщина, Лейкен. Он гордился бы тем, что стоит рядом с тобой.

В горле запершило. Я знала, что Джейс гордился бы некоторыми моими поступками. Но были и другие, из-за которых он покачал бы головой. То, во что я боялась шагнуть. Например, сообщение на телефоне, которое так и оставила без ответа.

— Он во многом сделал меня такой, какая я есть.

Губы Чипа едва заметно дрогнули.

— Мне нравится думать, что он приложил к этому руку. Словно продолжает жить в тебе.

Его глаза заблестели, и он жестом пригласил меня войти.

— Я пойду в сарай. Кей в гостиной.

Я не стала его останавливать. Чипу нужно было уединение, чтобы дать волю эмоциям. Я могла ему это предоставить.

Я прошла через прихожую в гостиную. Кей сидела спиной ко мне и смотрела в большие окна, выходившие на задний двор. Оттуда открывался вид на поле и лес. Вдали паслись коровы, а между ними извивался ручей.

Я обошла диван и опустилась на подушки.

— Привет, Кей.

Она резко повернула голову и несколько раз моргнула, словно пытаясь сфокусировать на мне взгляд.

— Лейкен.

— Как ты себя чувствуешь?

Ее губы задрожали.

— Последние дни были тяжелыми.

Я взяла ее за руку.

— Такое бывает со всеми нами.

Она медленно кивнула и снова посмотрела в окно.

— Я скучаю по нему.

— Я тоже.

— Иногда я злюсь. Так сильно злюсь на всех, что эта ярость будто сжигает меня заживо.

Я крепче сжала ее руку, молча давая понять, что рядом. Что слушаю.

Глаза Кей наполнились слезами.

— Они скучают по нему не так сильно, как должны. Не чувствуют этой боли, как я. Она не пожирает их изнутри.

— Кей. Никто никогда не будет скучать по Джейсу так, как ты. Ты его мать. Он был частью тебя. Эту боль невозможно понять, если сам через нее не прошел. Но это не значит, что остальные по нему не скучают. Просто они показывают это по-другому.

Она резко повернулась ко мне, и в ее глазах вспыхнул гнев.

— Они не говорят о нем. Просто живут дальше, словно все хорошо. Даже Джекс и Серена почти не произносят его имени.

Скорее всего, потому что боялись довести мать до такого состояния. Подобные приступы случались все реже, но я знала, насколько сильно они пугали Джекса и Серену.

Я погладила тыльную сторону ее ладони большим пальцем.

— Ты пыталась спросить их об этом? Сказать, что хочешь чаще говорить о Джейсе?

Она поджала губы.

— Нет.

— Думаю, нам всем нужно больше разговаривать. Скажи, что могло бы тебе помочь. Уверена, они с радостью это сделают. Они любят тебя. Больше всего на свете. Расскажи им, что тебе нужно.

Ее глаза снова наполнились слезами.

— Ты права. Мне нужно с ними поговорить.

Она судорожно выдохнула.

— Поговоришь сейчас со мной о нем?

Я улыбнулась.

— С удовольствием.

Колокольчик звякнул, когда я открыла дверь галереи. Меня встретили повышенные голоса.

— Ради всего святого, Серена. Мы не будем красить здесь стены в розовый.

Браслеты Джилли звякнули, когда она обвела рукой помещение.

Серена выпрямилась.

— Я же не предлагаю фуксию или что-то подобное. Просто нежно-розовый. Это выделит нас среди других галерей города.

Джилли зажала переносицу.

— Есть причина, по которой там нет розовых стен. Они искажают восприятие картин.

— Я и об этом подумала. Нам стоит выбирать работы в более мягкой цветовой гамме. Они будут смотреться эстетичнее.

Взгляд Адди метался от одной женщины к другой, а потом ко мне. Глаза у нее были широко распахнуты.

Проведи я весь день здесь с Сереной, уже вырывала бы на себе волосы. Но сейчас просто рассмеялась. Эта черта ее характера не изменилась. Она всегда была вихрем идей и не сомневалась, что именно ее план самый лучший. От проблеска прежней Серены внутри разлилось тепло.

Джилли схватила ее за плечи.

— Сладкая моя, ты же знаешь, что я люблю тебя сильнее солнца, луны и звезд. Но после утра с тобой мне нужно выкурить косяк и обрести дзен. И стопка текилы тоже не повредит.

Адди пискнула от смеха.

Серена метнула на нее взгляд и прищурилась.

— Это хорошая идея.

— Знаешь, думаю, мы могли бы использовать предложенную тобой цветовую гамму, — сказала я, проходя дальше.

Руки Джилли упали с плеч Серены.

— Прошу прощения?

В этих словах отчетливо звучал вопрос, не сошла ли я с ума.

— Мы ведь получаем небольшое помещение по соседству, помнишь?

Джилли медленно кивнула.

— Для сувенирного магазина.

— Именно. Будет разумно визуально разделить магазин и галерею. Думаю, нежно-розовый сделает то помещение теплым и уютным.

Челюсть Серены напряглась.

— Мне не нужна твоя жалость.

Я сжала руки, и ногти впились в ладони.