— Спасибо, что рассказал. Ты не обязан был…

— Лейкен.

Голос Хейза заставил меня снова посмотреть на него.

— Нас связывает нечто особенное. Я тоже чувствую потерю Джейса. Вижу, какой след она оставила на всех вас. Ты в этом не одна.

— Спасибо, — хрипло произнесла я.

— Хочешь, я позвоню Эв? Попрошу ее побыть с тобой?

Я покачала головой.

— Думаю, мне нужно немного побыть одной.

— Хорошо. Позвони или напиши, если передумаешь.

— Позвоню.

Но я не собиралась. В жизни я слишком часто чувствовала себя слабой. И не хотела, чтобы кто-то видел меня такой дольше, чем было совершенно необходимо.

Хейз задержался еще на несколько секунд, словно не был уверен, стоит ли оставлять меня одну.

— Со мной все будет хорошо.

— Я знаю. С тобой всегда все хорошо.

Он слегка склонил голову и вышел.

Я закрыла за ним дверь и перевернула табличку на «Закрыто». Но не нашла в себе сил сдвинуться с места. Просто опустилась на пол там, где стояла.

Гизмо забрался ко мне на колени прямо в своей коляске. Я прижала его к груди и позволила слезам течь.

По Лисбет. По Скотту. По Джейсу.

По всем нам, кто уже никогда не станет прежним.

Я вышел из маленького кафе Spoons и направился вниз по улице. Официантка за стойкой посмотрела на меня чуть дольше обычного. Потом покачала головой и приняла заказ. Когда люди не ожидали тебя увидеть, сойти с рук могло гораздо больше.

Живот заурчал, стоило ароматам из пакета с едой добраться до моего носа. Сэндвич с яичным салатом, беконом, листьями салата и помидорами буквально звал меня. Увидев его в меню, я поддался порыву и заказал сразу два. А еще несколько пирожных вупи с витрины.

Пытаться получше узнать темноволосую красавицу было глупо. Нет, поистине чудовищно глупо. Моя жизнь превратилась в полный бардак. И скорее всего, такой и останется. Мне не стоило втягивать в нее кого-то еще. Но ноги все равно несли меня к галерее.

Я замедлил шаг, заметив через окно мужчину в форме. Даже с другой стороны улицы я разглядел нашивки управления шерифа. Сердце с силой ударилось о ребра, когда я перевел взгляд на Лейкен. Обычно золотистая от загара кожа сейчас казалась серой. Слишком бледной для дружеского визита.

Я начал переходить улицу как раз в тот момент, когда мужчина вышел из здания. Его взгляд задержался на мне, а потом он посмотрел еще раз.

— Будь я проклят. Эв оказалась права.

— Все в порядке?

Он несколько раз моргнул.

— Простите?

— С Лейкен все в порядке?

— Извините, вы друзья?

Мысль о том, что этот парень мог быть для нее кем-то большим, чем местный страж порядка, неприятно кольнула. Но я сразу ее отбросил. Будь это так, он остался бы с Лейкен, а не стоял здесь со мной.

— Мы познакомились несколько дней назад.

Даже мне это прозвучало жалко.

Мужчина протянул руку.

— Хейз Истон.

— Боуден Кавано.

— Я так и понял. Моя невеста сказала, что на днях видела вас в городе. Но я ответил, что она наверняка ошиблась.

— Я собираю материал для фильма. Остановился на ранчо Рэмси Бишопа.

Глаза Хейза расширились.

— Он пустил вас на свою землю? Я что, попал в «Сумеречную зону»?

Я бы рассмеялся, если бы так не волновался за Лейкен.

— Наш общий знакомый надавил на него.

— Никогда не слышал, чтобы он пускал туда хоть кого-то, кроме Лор.

Перед глазами возникла молодая женщина на холме. Но я подозревал, что, стоит мне проболтаться, Рэмси тут же вышвырнет меня со своей земли.

Я пожал плечами.

— Наверное, мне просто повезло таскаться за его ворчливой задницей.

Хейз громко рассмеялся.

— Нежным и дружелюбным его точно не назовешь.

— Это да.

Я посмотрел в сторону галереи. Над полом едва виднелась макушка Лейкен. Значит, она сидела на полу. Грудь болезненно сжалась.

— Можете сказать, что случилось?

Хейз покачал головой. Не отказывая мне, а словно пытаясь осмыслить то, что собирался сообщить.

— Она потеряла подругу. Автомобильная авария.

— Черт, — пробормотал я. — Я собирался принести ей обед…

— Так и сделайте.

Я вопросительно посмотрел на него.

— Она отгородилась стенами толще, чем у Форт-Нокса. Но если сумеете пробиться сквозь них, думаю, друг ей сейчас не помешает.

Я вскинул бровь.

— Вы полицейский или психолог?

— Шериф. Но эта работа обычно требует и того и другого.

Он достал из бумажника визитку и протянул мне.

— Здесь мой мобильный. Если в городе возникнут проблемы, звоните. Хотя местные обычно уважают чужие границы.

— Я стараюсь не привлекать внимания.

— Для этого место подходящее. Что-нибудь понадобится — обращайтесь.

Я снова пожал ему руку.

— Спасибо. Тогда я…

Губы Хейза дрогнули.

— Удачи.

Я проводил взглядом Хейза, который легкой трусцой пересек улицу, а потом подошел к двери галереи. На табличке было написано «Закрыто», но я все равно потянул за ручку. Дверь открылась, и колокольчик звякнул.

— Простите, сегодня мы закрылись раньше, — сказала Лейкен, не поднимая глаз.

Я ничего не ответил. Просто подошел к стене в паре шагов от нее и опустился на пол.

— Привет.

Она несколько раз моргнула, прижимая к груди своего крошечного пса.

— Мы закрыты.

— Я знаю.

В ее глазах вспыхнула злость.

— Наверное, знаменитая голливудская звезда привыкла получать все, что пожелает. Для вас ведь не существует закрытых магазинов, да?

— Я определенно получаю не все, чего хочу.

— Ну конечно, — фыркнула она.

Я пытался подобрать слова. Хоть что-нибудь, способное ее утешить. Но в таких ситуациях правильных слов не бывает. Помогает лишь понимание, что ты не один.

— Моя девушка умерла полгода назад. От передозировки.

Весь запал покинул Лейкен с одним выдохом.

— Мне жаль. — Она опустила взгляд на свои руки. — Даже представить не могу, как тебе было тяжело.

— Она всю жизнь была моей лучшей подругой. Если честно, скорее подругой, чем возлюбленной. Но я был готов оставить ее в своей жизни в любом качестве.

Слова вырывались сами. Я не говорил этого ни одному человеку.

— Ее смерть сломала меня столькими способами, что я даже не могу их сосчитать.

— Я знаю, каково это.

Ее голос звучал хрипло. Словно она выкурила пачку сигарет и выпила бутылку виски. По этому тону я понял: дело было не только в подруге, погибшей сегодня. Горе въелось в самую душу Лейкен.

— Мне жаль твою подругу.

Она несколько раз моргнула.

— Откуда ты знаешь?

— Встретил шерифа на улице.

— Никогда не думала, что Хейз любит сплетничать, — пробормотала она.

— Не думаю, что любит. Просто я был настойчив.

— Разумеется.

Я усмехнулся, но смех быстро угас.

— Я волновался за тебя.

— Ты меня даже не знаешь.

— Кое-что уже успел увидеть. И хотел бы узнать тебя лучше.

— Боуден, я не собираюсь с тобой спать. Не пойми неправильно, ты очень привлекательный. Настолько красивый, что из-за тебя умные женщины наверняка совершали крайне глупые поступки. Но сейчас мне не нужны подобные сложности.

Я открыл пакет с едой и протянул Лейкен сэндвич.

— Справедливо. Не стану врать: между нами определенно что-то есть.

— Я и не говорила, что нет.

Уголок моих губ приподнялся.

— Но я прекрасно понимаю, что такое сложная жизнь. По правде говоря, моя тоже слишком запутанна, чтобы втягивать в нее кого-то еще. Как насчет дружбы?

Лейкен уставилась на сверток у себя на коленях.

— Ты принес мне сэндвич?

— Принес.

Она развернула бумагу.

— С яичным салатом, беконом, листьями салата и помидорами из «Спунс»?

Я ухмыльнулся.

— Так понимаю, я угадал?

— Мой любимый.

Гизмо принюхался.

— Нет, малыш. Собакам такое нельзя.

Он тихонько заскулил.

Я развернул свой сэндвич и отломил крошечный кусочек бекона.