Пикап снова вильнул, и Джейс съехал на обочину.

— Мой парень остановился. Думаю, с нами все в порядке.

— Хорошо. Я уже направляю туда помощников шерифа.

— Спасибо.

Я отключилась, а Джейс оставил двигатель работать.

Пикап замедлился и остановился. Из-за руля выбрался мужчина и, пошатываясь, направился к нам. Его лицо казалось смутно знакомым, но имени я не знала. Он начал кричать и ругаться из-за того, что мы помигали ему фарами.

Я сжала руку Джейса.

— Думаю, нам пора ехать. Он явно не в себе.

Джейс включил передачу и тронулся. Друзья последовали за нами. Когда мы проезжали мимо, мужчина потряс кулаком и прокричал что-то, чего я не разобрала.

Я выдохнула лишь тогда, когда его задние фонари исчезли из виду.

— Это было безумие.

— Надеюсь, шериф его арестует.

— Еще бы.

Я выключила радио. Веселая музыка совсем не вязалась с тем, что мы только что пережили.

Джейс переплел свои пальцы с моими.

— Они его поймают.

— Знаю.

Тишину ночи прорезал приглушенный рев форсированного двигателя. Я обернулась и увидела, как из-за трех наших машин вынырнули виляющие фары. Красный пикап шел на обгон со скоростью под сто пятьдесят километров в час.

— Он совсем спятил?

Джейс не успел ответить. Пикап врезался в бок нашего внедорожника. Я закричала, когда нас закрутило. Раздался тошнотворный скрежет: мы врезались сначала в одну машину, потом в другую. Я сбилась со счета, сколько раз мы во что-то ударились. А затем взлетели в воздух.

Ремень безопасности рывком прижал меня к сиденью, когда джип начал переворачиваться. Мы кувыркались снова и снова. Грохот оглушал, пока все внезапно не погасло. Ни звуков, ни света, ни ощущений. Только пустота.

Я не знала, сколько она длилась, прежде чем мне удалось моргнуть. Откуда-то доносились крики. Они пробились в сознание раньше боли. Но когда пришла боль, больше не осталось ничего.

Раскаленная добела агония пронзила тело, разрывая мышцы и сухожилия. Я всхлипнула и попыталась пошевелиться. Словно могла таким образом убежать от боли. Но изменить положение не получалось. Джип больше не напоминал машину. Его смяло во что-то совершенно другое.

От этой мысли меня охватила паника.

— Джейс?

Голос прозвучал хрипло, словно я не говорила много лет. Ответа не последовало. К голове прилила кровь, и только тогда я поняла, что мы висим вверх ногами.

— Джейс.

Его имя прозвучало мольбой. Я попыталась повернуться, но тело пронзила боль. Мое сиденье сложилось и вмялось в приборную панель. Голова и шея лежали на ней.

Рядом раздался тихий стон.

— Лейк?

— Я здесь. Ты ранен?

Глупый вопрос. Конечно, ранен. Иначе и быть не могло.

— Не знаю.

Голос Джейса звучал странно. Словно он был под действием сильных обезболивающих.

— Сюда! — крикнул кто-то. — Я спускаюсь.

Я попыталась пошевелить хотя бы рукой. Было чертовски больно, но мне удалось протиснуть ее между искореженными кусками металла. После нескольких попыток я нащупала тело. Руку. Руку Джейса. Провела по ней, пока не нашла ладонь, и переплела наши пальцы. Но рука Джейса была скользкой от крови.

Сердце заметалось в груди.

— Джейс, что ты чувствуешь?

— М-м?

— Не засыпай, — приказала я.

Я мало что знала, но понимала: важно оставаться в сознании.

— Я не сплю.

— Расскажи о доме, который у нас однажды будет.

На несколько мгновений воцарилась тишина. Слышался лишь скрип металла.

Я сжала руку Джейса, и он заговорил:

— Огромная веранда вокруг всего дома. Я сделаю для тебя качели, больше похожие на кровать. Мы зачнем на них ребенка.

Горло обожгло.

— Ты будешь лучшим отцом.

Послышались шаги, а потом голос:

— Джейс? Лейкен?

— Мы здесь, — прохрипела я.

Краем глаза я различила лицо и часть формы управления шерифа. Хейз Истон опустился на колени, пытаясь заглянуть внутрь внедорожника.

— Помощь уже едет. Просто держитесь.

— Им надо спешить. Кажется, Джейс тяжело ранен.

— Джейс, можешь сказать, где у тебя болит?

Ответа не было. Я сжала его руку, и пальцы едва дрогнули.

— Не знаю. Мне странно.

— Ничего. Мы вас вытащим. Просто держись. Не отключайся.

Хейз просунул руку в узкую щель возле моей головы. Его пальцы легли мне на шею, проверяя пульс.

— А у тебя, Лейкен?

Мне понадобилась секунда, чтобы задуматься. Боль, которая еще недавно заполняла все сознание, отступила на второй план из-за тревоги за Джейса.

— С-спина. Бок.

Паника усилилась, глаза наполнились слезами.

— Вытащите нас.

Хейз нашел мою руку и крепко сжал.

— Люди уже едут. Они везут оборудование, чтобы вас освободить. Знаю, тебе страшно, но я рядом. Мы справимся вместе.

Одной рукой я крепче вцепилась в Хейза, другой — в Джейса. Словно Хейз мог спасти нас обоих, если я просто не отпущу.

— Слышишь, Джейс? Помощь уже едет.

Джейс издал звук, похожий на согласие.

Я сильнее сжала его руку.

— Расскажи о нашей свадьбе.

Он хрипнул, словно пытался рассмеяться.

— Я говорил, что женюсь на тебе хоть завтра.

В носу защипало.

— Когда выберемся, я пойду с тобой в суд, как только он откроется.

— Ты слышал, Хейз.

Хейз тихо рассмеялся, но смех вышел натянутым.

— Я буду свидетелем. Идет?

— Совсем новенький, весь такой важный помощник шерифа на нашей свадьбе, — пробормотал Джейс.

— Черт, попробую даже получить право вас поженить, — сказал Хейз.

— Лейк, надень то белое платье и вплети цветы в волосы. Как называются те, которые ты любишь?

— Ранункулюсы, — ответила я, и слезы покатились по щекам.

— Их и вплети.

— Не забудь мое ожерелье.

— Ты его никогда не снимаешь. Мне не нужно было напоминать.

По голосу Джейса я поняла, что он улыбается.

— Я не снимаю его, потому что ты мне его подарил.

Его пальцы ослабли.

— Люблю тебя, Лейк.

Слова тянулись, словно каждое давалось ему с трудом.

Я еще крепче сжала его руку.

— Вечно и еще один день.

Ответа не было.

Ногти впились в кожу Джейса.

— Вечно и еще один день, Джейс.

Ничего. Его рука обмякла.

Слезы хлынули сильнее. Я потрясла его за руку.

— Вечно и еще один день.

Голос сорвался, и я разрыдалась. Как бы сильно ни сжимала его руку, сколько бы ни повторяла наши слова, Джейс так и не ответил.

— Лейкен, держись, — сказал Хейз, не отпуская мою вторую руку.

Я держала их обоих. Одного — такого живого и сильного. Другого — холодеющего в моей ладони.

— Джейс…

— Знаю. Но ты должна держаться ради меня. Дыши. Ты сейчас начнешь задыхаться.

Я не хотела держаться. Не хотела дышать. Я хотела последовать за Джейсом, куда бы он ни ушел.

Вечно и еще один день.

PRESENT

Ветер усилился, закружив листья над тротуаром. Зима крепко держала нас в своих объятиях и явно не собиралась отступать. Но я не возражала. Я любила холод. Этот острый привкус в воздухе, напоминающий, что ты жива. Даже если от него ломило легкие.

Гизмо тихо тявкнул, пытаясь поймать один из листьев, кружащих у наших ног. Идущая навстречу женщина остановилась, посмотрела на него и улыбнулась.

— У него колеса?

— Задние лапы не очень хорошо работают, поэтому они помогают ему передвигаться.

Она наклонилась и погладила его по голове.

— Какой лапочка.

— И еще тот проказник.

Он был помесью длинношерстного чихуахуа и бог знает кого еще. По моим догадкам, наполовину гремлин.

Гизмо повернул ко мне голову, и я могла поклясться, что он сердито на меня посмотрел.

Женщина рассмеялась и выпрямилась.

— Кажется, чихуахуа всегда возмещают маленький рост огромным характером.

Я не удержалась от смеха.

— Это точно.

— Хорошего дня.

— И вам.

Я помахала ей, двинулась вперед и подождала, пока Гизмо последует за мной.