Олеандр сделал шаг вперёд. Валериана заметила, как мелькнуло лезвие ножа.

Но она остановила охранника:

— У меня достаточно людей, чтобы не садиться за руль само́й. А тебя, видимо, совсем от дел семьи отстранили, раз ко мне пришёл? Кто теперь у вас заправляет? Винченцо?

Бертиан зло сплюнул на траву. От красной гривы разве что пар не поднимался, такая нервозность читалась во всём виде собеседника.

Откуда ты такой взвинченный притащился, Ви Сент? Но Валериана не станет спрашивать.

Она боялась его силы, его фамильяра и будущего.

Насколько бы сильной она ни пыталась стать, она всё равно чувствовала, как тонет в мафиозном болоте, в доминирующем мужском обществе.

— Никто, кроме моего отца, не справится с кланом. Пока. Но скоро всё изменится, детка. — Бертиан замялся и указал на самшит в форме змеи: — Ну ладно, деревья тут ничего. Даже нравится, как они изобразили Стефанию.

Традиционно в Центральном парке вырезали сильнейших фамильяров из крон на главной аллее. Ви Сент любовался огромной змеёй из листвы, изображающей его фамильяра. Рядом высился Интериус Фабрицио — легендарный помощник брата Валерианы. Даже ледяной цветок всё ещё украшал первое дерево несмотря на то, что Гильермо Де Лот был мёртв уже четыре года.

Раньше Валериана любила сидеть на одной из скамеек на этой аллее и смотреть, как ветер колышет листву на спине двухголового тигра, что был когда-то фамильяром Хита Де Энцо. Охранника и возлюбленного Валерианы. После того как Бертиан убил его тигра перестригли в горящую птицу. Совершенно безвкусную и некрасивую, больше похожую на ощипанного петуха.

И Валериана приходила сюда скорее, по привычке, нежели ради вида.

— Мы можем поговорить наедине? — донёсся вопрос Ви Сента.

— Конечно же нет! — И как он вообще посмел просить о таком? Валериана возмущённо посмотрела на Бертиана. Его самодовольная улыбка раздражала даже сильнее, чем наличие у него ног и члена.

Но Ви Сента не могла остановить даже железная непробиваемость взгляда Валерианы.

— Как насчёт ужина на двоих вечером? — поинтересовался он, не переставая лыбиться.

— Бертиан, ты селитры с утра хлебнул или пауков объелся, что за предложения?

— Хотел обсудить новую банду. И незачем делать такой надменный вид. Тебе помощь нужна.

— Не от тебя и не нужна.

— От моей семьи!

— От твоей семьи я только пулю в глаз могу получить! Какая помощь, Бертиан?!

— Нарываешься. Ты всего лишь женщина на инвалидной коляске.

— А у тебя даже коляски нет, неудачник, — потеряв терпение, прошипела Валериана. Попрекать её колёсами — верх бестактности. Значит, Берт окончательно отчаялся пробить её броню. Не на ту напал, красноволосый. — Завидуешь, что я стала Доном раньше тебя?

— Зато умрёшь быстрее.

— Рискни.

Бертиан наклонился почти вплотную к Валериане. Его дикие синие глаза, тёмные, как бушующий океан, страшные и безумные, как у одержимого маньяка, захлестнуло волной гнева.

Валериана вывела его из себя с лёгкостью, которой раньше за собой не замечала. Это льстило её самолюбию, но немного тревожило.

Слава Богине, Олеандр тут же оттянул подонка на другую сторону садовой дороги и даже успел ткнуть его кулаком в живот. Бертиан, слегка охнув, ответил размашистым хуком, поправил ворот рубашки и крикнул, не рискуя подходить ближе:

— Сегодня в девятнадцать ноль-ноль в «Ле М'орис»!

— Я лучше на кладбище схожу, с мёртвыми пообщаюсь.

— Тебе нужна информация, Валериана.

— Прощай, Ви Сент.

Бертиан зло сплюнул и ушёл.

Сам Ди Ланмар поднялся с земли и принялся отряхиваться. Валериана смотрела на удаляющуюся фигуру Ви Сента, от которой веяло силой и опасностью. Хорошо накачанные икры, широкие плечи, огненный пожар на голове. И даже туфли от Стразино Арсазино себе прикупил. Позёр.

Все Ви Сенты красивы. Даже Алессандра, жена Фабрицио, похожа на маленький дикий огонёк.

Но хороши они только издалека, вблизи — обжигают, кусают, грызут и убивают.

Они — бешеные псы своего отца.

Валериана сжала на груди кулон в форме цветка с голубыми лепестками.

На её плечи легли нежные ладони Олеандра, он аккуратно перевёз коляску в тень, зная, как Валериана не любит прямые солнечные лучи.

— Мы не можем его убить прилюдно, Вал, но я обещаю сделать это через третьи руки.

— Нет, придётся с ним встретиться. Мне действительно нужно узнать о новой банде больше, — она поцеловала пальцы личного телохранителя. А ещё она знала, что волк и орёл должны воевать вместе, но очень не хотела платить за это своей жизнью. — Они уже четыре года пользуются своим равноправием, распространяя товар через территорию Де Лотов. Пора приструнить наглецов.

Её голос звучал почти спокойно, но Олеандр видел, как побелели её губы и заблестели глаза.

«Она посмела притащиться с мужиком! Ко мне на встречу! Да какая же бесячая баба!» — Бертиан бросил стакан с виски в проходящего мимо официанта. Тот ловко поймал тару и вопросительно посмотрел на клиента. Напиток залил белоснежную рубашку работника ресторана.

Бертиан кивнул: «Повторить». Хотя сегодня не собирался пить.

Ведь бестия-Валериана могла и убийство его подстроить. Именно сегодня, именно здесь, в ресторане «Ле М'орис» — в самом роскошном в Мортене. Но тут же ехидный голосок возразил:

«Нет, не будет ДеЛотка этого делать. Не такая. Она лично тебя прибьёт, наивный Берт».

И это взбесило ещё больше.

Вот уже четыре года Бертиан пытался скинуть эту колясочницу с пьедестала Дона и прибрать территории клана Де Лот к своим рукам. Но упрямая девка никак не желала сдаваться. Изворотливая и умная, будто у неё вместо шестёрок — коллективный разум нового поколения, помогающий ей избегать ловушек и покушений.

Это становилось невыносимым.

Она подкупила судью, начальника полиции, подкармливала мелкие банды, переманивала богатые кланы обратно на свою сторону. А ведь Бертиан чуть штанины не стёр, лебезя перед толстосумами на задних лапках. Почти всех нуворишей перехватил, пока в клане Де Лот был траур по отцу Валерианы. И всё зря!

Даже искусственные беспорядки на своей территории она легко устраняла!

Единственное объяснение такой сообразительности и удачных стратегий было в том, что она не баба, а мужик. Только человек с яйцами может настолько далеко просчитывать ходы противника. Только мужские мозги способны управлять кланом из нескольких сотен человек и не крякнуться.

И Бертиан смотрел на красивую светловолосую женщину, предпочитающую чёрные платья и живые цветы в волосах, и бесился. Знаменитый взрывной характер Ви Сентов сжигал его внутренности неуёмным желанием придушить эту самодовольную куклу!

Красные бутоны необычайно подходили к лицу строгой сосредоточенной блондинки. Вот только сам Бертиан заменил бы их на синие под глаза Валерианы. Бывают цветы такого оттенка?

Всё лучше, чем осточертевшие камелии. Да, Ви Сент даже выяснил название этих цветов, потому что никак не мог понять, какие такие пушистые розы Валериана постоянно лепила в причёску.

И теперь знал, что десяток лепестков камелии означают превосходство и благородство.

И это тоже его бесило.

А всё, что раздражало Бертиана, требовало исправления или уничтожения.

Он отбросил размышления о флористике. Валериана подъехала к столу, вернее, белобрысый хлыщ Ди Ланмар подкатил её коляску. Сколько ему? Двадцать пять, тридцать лет?

Чуть ли не слюной капает на свою хозяйку, ублюдок малолетний.

— Я бы хотел поговорить наедине, — Бертиан попытался подавить раздражение, но оно с новой силой заволокло глаза, когда Валериана поцеловала своего телохранителя в щёку и попросила подождать у противоположной стены.

Ди Ланмар безропотно застыл истуканом, не сводя глаз с хозяйки.

Отсеклись последние сомнения в том, что она спит с этим подонком. Наверное, он её и в кровать, и в ванну на руках носит. А по ночам…