Вернулся домой Артуро только под утро. Всю ночь его продержали в участке, допрашивали, подозревая в убийстве. Но доказательств не было, и, понятное дело, его отпустили.

В особняке Ви Сентов, как обычно, стоял крик. На этот раз кричал Винченцо:

— У моей матери была дочь где она?

Артуро выглянул из-за угла. Бертиан и Винченцо особенно не прятались. Просто разговаривали на повышенных тонах в гостиной. Всесильный старший брат и ублюдок-приживалка, как называл его Эльдорадо. А Артуро и не знал, что у Винченцо была сестра. Максимилиано признал его сыном и вписал в завещание (как говорил Бертиан), несмотря на то, что Вин родился от любовницы, к которой ревновала первая жена и мать Бертиана.

— Её звали Трис — отец сделал её служанкой. Но она умерла.

— Как? — казалось, Винченцо побледнел, но брат никогда излишней нежностью ни к матери, ни к другим родственникам не отличался.

Бертиан же курил, и тон его был ровным, будто речь шла о прогнозе погоды на неделю:

— Её разорвали бестии. В отличие от тебя, её не защищали днём и ночью от чужих фамильяров. Однажды утром остатки от неё нашли в оранжерее. Ей было шесть или семь лет. Тебе около двух. Тогда твоя мать и покончила с собой.

— Как она допустила такое?!

— Отец говорил, что она была сумасшедшей.

— Скорее всего, кто ещё согласится жить с ним по одной крышей и рожать ему детей.

— Вин, ты мне брат, но не смей говорить такое.

Винченцо подпрыгнул и попытался ударить Бертиана кулаком по лицу. Берт увернулся, ловко отступил в сторону и прищурился на брата.

— Ребята! Я труп нашёл!!! — заорал Артуро, вклиниваясь в драку. И тут же получил с обеих сторон: в ухо и в живот. — Ёптыть…

— Очень за тебя рады, — хохотнул Бертиан. — Отметим?

— Идиот! — выругался Винченцо, облил Артуро ненавистью зелёных глаз и ушёл из комнаты. Чуть хвост себе не прищемил хлопнувшей дверью.

— Реально! Высушенный, как помидор для гербария! — продолжал бесноваться Артуро, загораживая путь старшему брату, вознамерившемуся догнать Винченцо и вразумить. И, как ни странно, это подействовало. Бертиан перенёс внимание на Артуро и переспросил:

— Высушенного? С открытым ртом?

— Ага, — заулыбался Артуро. — Жёлтого такого. Прикольного.

— Надо отцу сказать, — каким-то невесёлым голосом ответил Бертиан, схватил Артуро за руку и потащил в кабинет Дона.

А Артуро сегодня как назло куртку поверх полосатой кофты надел! Парень тут же принялся раздеваться.

Максимилиано удивлённо осмотрел детей и со вздохом выгнал уборщицу, делающую ему приятное.

Бертиан толкнул Артуро вперёд, заставляя говорить первым.

— Отец, в Мортене уже пятое убийство. Маньяк высасывает своих жертв словно мумий, и полиция не может его найти. Очень нервничают, — безразличным тоном оповестил Артуро, смотря преимущественно в потолок. С отцом он предпочитал не общаться, не смотреть ему в глаза, не созваниваться и не переписываться. Даже с днём рождения поздравлял через вторые руки.

— Шесть убийств, — добавил Бертиан. А Артуро хмыкнул. Вот оно как, оказывается. Максимилиано поддержал его удивление:

— В Мортене завёлся маньяк и это не Ви Сент?

— Нет, отец, это чей-то фамильяр.

— Что за идиотизм?!

— Это не идиотизм. Она просто не может его контролировать, — буркнул Артуро и тут же прикусил себе язык.

— Кто?

— Мне пора, — попытался слиться со стеной Артуро, но Бертиан поймал его за шиворот:

— Говори!

— Я вот решил отдельно от клана пожить! — Артуро сказал то, чего говорить не следовало. О чём даже думать опасно было.

Но что отвлекло всех от предыдущей фразы.

Максимилиано покраснел и вытащил из тумбочки пистолет. Плохой знак. Ох, плохой, хреновый совсем.

— Я разрешу тебе это, если выполнишь моё условие, — сказал Дон, по одному вставляя патроны в барабан.

Артуро тут же закивал:

— Полы подмести во всём доме? Выкинуть новогоднюю ель? Жоки помыть всем фамильярам?

Отец его веселья не разделил. Приподнял левую бровь и лениво, скучающе сказал:

— Убей Валериану Де Лот.

— Да она ж своя! Почти родня!

— Кому?

— Алессандре, а Алесса — нам и… — Артуро растерялся под презрительным взглядом отца.

Парень надеялся, Максимилиано хватит того, что Адриатика является наследницей клана Де Лот. Кровь отхлынула от лица, как только он представил разочарование сестры, Фабрицио и их дочери. Даже если у Валерианы появится ребёнок, они смогут перехватить власть. Дон-женщина уже не новость, Де Лоты привыкли к юбке во главе семьи. Но глаза отца горели жаждой мести. Он просто хотел уничтожить клан Де Лот и всё, что с ними связано. Ему не нужны были обещания, договорённости или консенсусы. Ему хотелось только крови.

Артуро сглотнул и пересохшими губами произнёс:

— Если ради семьи я должен убивать, я выберу другую семью!

Максимилиано вскочил, щёлкнул предохранителем сорок четвёртого магнума и навёл его на сына. Процедил:

— Я создавал наш клан тридцать лет, чтобы вы развалили его?!

— Это твоя мечта, отец. Не все обязаны ей следовать! У тебя ещё двенадцать детей, поговори с ними, может, кто и согласится на роль хорошего сына.

— Забываешься, Артуро.

— Он исправится, кровь в жопе играет! — Бертиан загородил Артуро, уже отчаянно жалея, что притащил брата в кабинет отца. Максимилиано кивнул дулом вбок, приказывая отойти. Бертиан не сдвинулся с места.

Артуро сам выглянул из-за брата, сверкнул синими глазами и растрёпанной обгорелой чёлкой:

— Не хотел вас расстраивать, отец, но я уже не ребёнок. Я ухожу!

— Отказаться от дома Ви Сентов может только мертвец! — взревел Максимилиано, целясь, чтобы пуля прошла рикошетом и попала в тело пятнадцатого сына, минуя первого.

Но Артуро и не думал бежать, ненависть затмила его разум, парень оттолкнул брата и исступлённо дёрнул лямки штанов:

— Ну, давай, прибей меня!

Звук выстрела был привычен для этих стен. Гильзы часто звенели по деревянному полу. А прислуга не удивлялась и смиренно выносила горы железа. Иногда отстреленные части тел. Оттерала кровь со стен, пола и потолка.

На этот раз им достались отстрелянные гильзы и редкие капли крови. Пуля застряла в руке Артуро чуть выше локтя.

— Теряешь хватку, отец. — Парень прижал раненую конечность к боку и медленно двинулся к двери из кабинета. Кровь выступила свозь рубашку, окрасив пальцы в ярко-алый. Но Арутро улыбался.

Сзади послышался крик. Его Феникс поджёг бумаги на столе Максимилиано Ви Сента.

Знакомство с новичками клана — одна из традиций, заложенных Донами древности. Глава семьи обязательно должен присутствовать на летнем «Обеде нарциссов», как называют это мероприятие в честь расцветающих весной цветов, и принять клятву верности своему Дону.

Как только новичок преклонит колено и поцелует перстень Дона, он передаст свою судьбу в руки клана, он станет частью семьи. Частью дома Де Лот.

И защищать в случае необходимости его будут так же, как и любого из старейшин. Безопасность и надёжность, верность и дисциплина были приоритетами семьи Де Лот.

Сегодняшние новички — трое накачанных лысых парней из бывшей шайки ШиМанио. Жёлтые тряпки им заменили приличными костюмами, а блестящие головы прикрыли платками и поверх них набросили борсалино. Именно с помощью этих предателей удалось уничтожить главаря их банды и перетянуть остатки шайки на свою сторону.

Валериана кивнула Олеандру, и охранник пропустил новеньких. Все трое кинулисьвперёд, столкнулись лбами и повалились на пол. По залу прошелестели шепотки и насмешки.

Традиционно «Обед нарциссов» проходил в присутствии всего клана в парадном зале дома Де Лот.

— Можете, конечно, и туфли мне поцеловать, но я предпочитаю стандартные ласки, — мило улыбнулась Валериана, протягивая руку с кольцом Дона.

Парни тут же вскочили и неуклюже обслюнявили ей пальцы.