Сидеть спокойно я не могла, поэтому нервно мерила шагами торговый зал, каждую минуту поглядывая на часы. Наверное, в какой-то момент кучер или гвардеец, сопровождающие Коннингтона, заинтересуются, что так долго советник делает в аптеке, и придут с вопросами.

— Помнится твоя прабабка точно так же кружила около моего несчастного тела, — не преминул подлить масла в огонь Закари, — да только я не очнулся.

— А Коннингтон очнется. Тебе же сказали, что это переизбыток стволовой магмы! — выпалила я. — Хватит нагнетать.

— Как человек, имеющий непосредственный опыт общения с твоим семейством… — протянул призрак, — с уверенностью могу сказать, что все может закончится плохо.

— Не в этот раз! — оборвала я Закари. Я и так была не в себе от волнения, подобные разговоры не шли мне на пользу.

Снова уселась на пол возле Коннингтона и приложила ухо к его груди, чтобы удостовериться, что сердце все еще билось, стараясь абстрагироваться от того, что я прильнула к советнику. Несмотря на критическую ситуацию, это еще больше меня волновало.

— Что? Что вы делаете? — услышала я слабый голос Коннингтона и тут же подскочила на месте как ошпаренная. Слава всем Меркуриям на свете! Он очнулся!

Коннингтон приподнялся на локтях и осмотрелся. Я уже стояла наготове со стаканом теплой воды в руках.

— Вот! Возьмите! — затараторила я и протянула советнику стакан. — Вам здесь удобно? Может быть, приляжете?

— Если вы не заметили я и так лежу, — бросил Эддард и попытался встать, но тут же опустился обратно, — что в стакане? Опять решили меня опоить?

— Это простая вода. Дело в том, что у вас в организме переизбыток магмы, и чтобы побыстрее очистить кровь…

— Я прекрасно знаю, что у меня в организме! — резко оборвал меня Коннингтон. — Я же сказал вам не лезть в это дело с отравлением. До вашего вмешательства у меня все было под контролем, и я был близок к тому, чтобы вывести леди Мелиссу Ансворт на чистую воду. — Коннингтон сжал челюсть, его скулы напряглись. Я видела, что он злился, и прилагал все усилия, чтобы не прибить меня на месте.

Я вжала голову в плечи и молча смотрела на советника, не зная, что сказать.

— Но… я боялась, что они вас отравят, — попыталась защититься я, — и поэтому…

— И поэтому дали мне противоядие, которое я и так принимаю! — Коннингтон, наконец, встал. Я снова протянула ему стакан, но он даже не смотрел на меня. — Запомните, перестаньте совать нос в дела, которые вас не касаются. Вы уже нажили себе врагов и сорвали мой план. Делайте свое дело, пока у вас есть такая возможность, — советник справился с эмоциями и вновь надел бесчувственную маску.

Не удостоив меня даже взгляда, Коннингтон распахнул дверь аптеки и вышел за порог.

Я смотрела ему вслед, дрожа от ужаса. Его холодный гнев, наверное, был страшнее, чем выпущенная наружу ярость. Машинально поднесла к губам стакан с водой и выпила почти залпом. А затем в изнеможении опустилась на пол, переваривая все произошедшее во время проверки, которая по плану должна была быть идеальной.

Надо бы умыться и переодеться. Я поднялась в спальню и взглянула в зеркало. Прическа напоминала разворошенное птичье гнездо, лицо было перепачкано сажей. Перепуганный взгляд. Трясущиеся от волнения руки.

Быстро умылась, сменила испачканное платье на домашнее. Пищи для размышлений было предостаточно. За какой-то час я успела нахимичить с лекарством, чуть не убить советника, а потом еще и вывести его из себя.

Благодаря моим «способностям» я теперь была под прицелом коварной фаворитки короля, которая добивается закрытия аптеки и единственное, что могло меня спасти — изобретение лекарства. Но, кажется, первый опыт Чандлера провалился…

Что там Коннингтон упоминал про старика? Что он уже имел дело с местной знатью? Пришло время послушать его историю.

Я быстро заплела косу и спустилась в лабораторию.

Старика я застала за смешиванием очередного раствора. Он едва обернулся в мою сторону, но тем не менее поинтересовался, как обстояли дела.

— Господин советник пришел в себя? — поинтересовался Чандлер, разглядывая на просвет получившуюся жидкость.

В помещении еще пахло гарью, но в остальном было прибрано. Я закашлялась и встала к столу рядом со стариком.

— С ним все хорошо, — произнесла, отгоняя от себя воспоминания эпизода с обмороком Коннингтона. Уж слишком там неприглядна была моя роль.

Мы оба замолчали. Я не знала, как начать разговор на тему, которую Чандлер старательно избегал, но в свете последних событий, мне нужно было понимать, с кем я столкнулась в лице леди Мелиссы Ансворт.

В конце концов, я решила, что аптекарь — человек прямой и светские любезности мне тут не помогут. Да я и не была в них сильна.

— Господин Чандлер, — начала я, — знаю, что в свое время вы попали в щекотливую ситуацию. Что-то произошло при дворе…

Старик отставил ступку, которую взял минутой ранее, и бросил на меня недобрый взгляд исподлобья.

— Щекотливая ситуация, говорите? — вдруг сказал он так громко, как никогда раньше не изъяснялся. — Я потерял все! Лишился лицензии и права на работу. От меня отвернулись все знакомые и друзья. Я в буквальном смысле стал изгоем. И все это ни за что ни про что. Вы это называете щекотливой ситуацией?!

Чандлер вновь схватил ступку и принялся с удвоенной силой толочь уже растертые в порошок листья.

Кажется, сегодня был не мой день. Все мужчины реагировали на меня слишком нервно.

— Простите, я не так выразилась, — примирительно сказала я, — дело в том, что, когда я ходила на кладбище…

Я решила рассказать старику все, чему стала свидетелем. Если аптеку все же закроют, Чандлер хотя бы будет знать причину.

Выслушав меня, аптекарь вздохнул.

— Все же Маги вас не защитили.

Наверное, он имел в виду, что невидимый круг, начертанный им над моей головой, не обладал достаточной силой. Я могла поспорить, что дело было вовсе не в Магах, а в моем таланте оказываться в дурацких ситуациях. Я даже в этот мир как-то умудрилась попасть вместо того, чтобы спокойно умереть от сердечного приступа на рабочем месте.

— Дело было давно, — старик смягчился и посмотрел на меня уже более приветливо, — моя аптека процветала. Снадобья пользовались популярностью. Я никогда не боялся экспериментов, так как был уверен в собственных знаниях и способностях и часто использовал в своих средствах яды. Естественно, в микроскопических дозах. В городе об этом знали, думаю, знали и при дворе, но так как лекарства помогали, а несчастных случаев не было, то и претензий ко мне быть не могло. К тому же, я не нарушал закон. Я был в одном шаге от того, чтобы стать поставщиком лекарств для Его Величества. Ожидал назначенное встречи с придворным лекарем.

Старик замолчал и вновь отставил емкость с порошком. Прошелся по лаборатории.

— А знаете что? — сказала я. — Длинные истории всегда лучше слушать за чашкой чая. Я заварю, а вы приходите на кухню.

Когда мы расположились за столом и взяли в руки дымящиеся сервизные чашки, Чандлер продолжил.

— Как-то раз ко мне пришел пациент, молодой знатный мужчина лет тридцати. Жаловался на боли в животе. Лекари, к которым он обращался, поставили ему язвенную болезнь. Бедолага перепробовал все лекарства, но ничего не помогало. Пока я расспрашивал его про симптомы, молодой лорд рассказал мне, что единственное средство, которое облегчало боли, продавалось в аптеке в верхней части города. Ей как раз и покровительствовала леди Мелисса Ансворт. Я попросил его принести капли и мне не составило труда быстро обнаружить в них следы запрещенных веществ.

— Каких веществ? — уточнила я.

— Дурманящих сознание. Попросту говоря, пациента пичкали сильным обезболиванием вместо того, чтобы лечить. Я начал бить тревогу. Написал обращение к Коннингтону, да только все это обернулось против меня. Лорд вскоре скончался, а леди Ансворт обставила все так, словно он умер от моего снадобья, — Чандлер замолк и уставился в чашку с чаем.