Внешне, да и если верить время от времени проскальзывающим репликам Закари о характере леди Беверли, девушка была полной моей противоположностью. Красивая, талантливая (как я уже успела убедиться), знающая себе цену. Я же себя никогда особо привлекательной и в чем-то выдающейся не считала. В последние годы была настолько поглощена работой, что и забыла думать о себе.

Получалось, что мне выпал второй шанс? Еще и аватар выдали такой, что сама себе позавидуешь. Хм… с этой точки зрения я об этом как-то не думала. Урчание в животе напомнило, что я вообще-то собиралась снова наведаться к булочнице, а не философствовать.

Наконец, отлипла от осколка зеркала, взяла деньги и спустилась вниз.

Леди Милн встретила меня как родную.

— Вы сотворили магию, леди Беверли, — начала она с порога, — с самого рождения про Брендона говорили, что Темные Маги скоро заберут его к себе. И вот эта болезнь…

Если бы тут все больше опирались на науку и медицину, а не на предчувствия, то, наверное, и жили бы подольше.

Я перекинулась с булочницей парой слов, узнав, где находилась ближайшая продуктовая лавка, купила свежий хлеб и бутылку молока, которое привезли сегодня утром и, отказавшись от джема, вернулась к себе.

Уселась за столик на кухне, с удовольствием отломила кусок хрустящего хлеба, вдохнула пряный запах и отправила кусок в рот, запивая молоком, которое здесь, кстати, было густым и тягучим.

— О фигуре ты решила тоже больше не беспокоиться? — Закари уселся на печь.

— Я вчера ничего не ела, так что имею право, — отозвалась я, отламывая себе свежую порцию хлеба.

Заглотила половину буханки, вторую половину отложила на обед и на ужин. Вряд ли я сегодня успею дойти до лавки с продуктами. Сделала еще один большой глоток молока и отправилась в подвал. Надо было разобрать там мусор.

Как только открыла дверь, в нос тут же ударил запах пыли. Громко чихнула, обозревая гору хлама, покрытую паутиной. Доски, поломанная мебель. Помещение два на два. Спустилась по скрипучим ступеням.

С тоской посмотрела на свое платье. В нем ходить-то было неудобно, не то, что убираться. Даже рукава не закатать. Но не могла же я работать в неглиже?

Начала с краю. Отсортировала более или менее целые доски от тех, что совсем прогнили. Остатки дубовой бочки подойдут для первой топки.

Кресло, которое обнаружила еще при первом осмотре, подвинула в сторону. Со временем поменяю ему обшивку. А ножки, спинку и подлокотники, вырезанные из темного дерева, покрою лаком. Получится идеальный предмет интерьера для кабинета.

Среди досок обнаружила еще один стул с разломанной спинкой. Этот еще можно будет починить.

Откопала пару тряпок — сойдут для полов. Стопку старых журналов, почти рассыпающихся в руках. Решила, что их изучу попозже, чтобы больше узнать о мире, в котором оказалась. Откинула очередную деревянную панель размером с половину стола, за которой стоял старый, кованый сундук. А вот это уже интересно!

Уселась перед находкой. Сундук оказался незапертым. Я откинула тяжелую крышку. Пыли поднялось столько, что даже Закари вылетел из подвала. Я заглянула внутрь и извлекла на свет мужские штаны из плотного сукна темно-коричневого цвета. А следом за ними — просторную, хлопковую рубаху. По очереди развернула вещи. На левой брючине красовалась большая заплатка. В остальном же все было целым. Приложила к себе. Великоваты, конечно, но в этом в любом случае будет удобнее убираться, чем в проклятом кринолине. Свежестью стирального порошка, конечно, не пахли (всего лишь отдавали старостью), но были чистыми, хоть и давно лежали.

На дне сундука еще обнаружилась пара стоптанных, дырявых башмаков — на вид размера сорокового (это в мусорку). А также целая коробка с пустыми аптечными пузырьками.

Я поднялась с пола и тут же начала стягивать с себя платье на радость призраку. Ну что поделаешь — издержки производства. Кое-как справилась с юбками и с корсетом. Жаль, что присутствие Закари не позволило мне долго разглядывать свои новые стройные ноги в дырявых чулках и смешных панталонах с рюшами, потому что, кажется, у лорда они тоже вызывали интерес.

Я быстро облачилась в найденную одежду. Штаны спадали, да и в рубашке лучше было сильно не наклоняться. Оторвала от половой тряпки кусок и соорудила из него пояс. Подвязала брюки, влезла обратно в ботинки и принялась за мусор, решив не думать о том, как я сейчас выглядела. Все равно гостей я не ждала.

Вытащила первую партию гнилых досок на крошечный задний двор аптеки. Отлично, осталось еще семь таких.

Перетаскала все гнилые доски на задний двор, который представлял из себя участок метров пятнадцать-двадцать, зажатый между соседними заборами с высохшим кустом какой-то неизвестной мне колючки посередине. На то, чтобы сжечь весь мусор понадобится несколько дней.

Взяла охапку дров и вернулась на кухню. Сложила деревяшки в углу и принялась за печь — выгребла из топки золу вперемежку с недогоревшими палками и щепами, сложила в найденное при первом осмотре ведро. Сажа натолкнула меня на мысль, что можно было бы посадить на заднем дворе хотя бы картошку (если она тут была). Или что-то подобное — неприхотливое и сытное, чем питались местные. Эту партию золы я решила использовать для мытья посуды, которую обнаружила в буфете.

Сложила в топку новые дрова и развела огонь (благо спички не отсырели). Веселые язычки пламени вмиг охватили старые доски. Глядя на их игривый танец, я почувствовала вдохновение. Представила, каким уютным и красивым станет со временем этот дом. Но пока мне было не до украшательств и не до наведения уюта. Схватила метлу и принялась подметать. По одной только кухне мне пришлось пройтись четыре раза — столько было сору.

Покончив с полом, собрала паутину со стен. Теперь можно было приступать к влажной уборке.

Взяла самое большое ведро, нацедила воды из крана в ванной, снова содрогнувшись от звуков, который издавал водопровод. Вернулась на кухню и бросила в наполненную емкость кристаллик блеска.

Плотная оболочка «бомбочки» быстро растворилась, а через несколько секунд вода превратилась в зеленую, пушистую пену, благоухающую хвоей. Причем запах был не химическим, а самым что ни на есть натуральным. Как будто я шла по сосновому лесу.

Я взялась за половую тряпку, опустилась на колени и начала надраивать пол, удивляясь тому, как хорошо отмывались старые доски и действительно начинали блестеть. Странный мир. Медицина на уровне знахарства и веры в то, что «на все воля Магов», есть зачатки цивилизации в виде электричества и водопровода, при этом бытовая химия такая, что любой промышленный гигант в нашем мире отвалил бы миллионы за патент.

Закончив с полом, я протерла стол и стулья, освежила стены, выгребла все из буфета. Вымыла и его и отправилась на задний двор чистить посуду при помощи золы.

Когда с этим было покончено, аккуратно расставила все в буфете и с удовлетворением окинула взглядом кухню. Помещение просто сверкало. В печи весело горел огонь. И следа не осталось от заброшенности и запущенности, которые царили здесь всего сутки назад. Вот что значит хозяйская рука.

Прежде чем заняться гостиной и торговым залом, я вытащила во двор тюфяк, на котором спала, и хорошенько выколотила его доской от пыли. Оставила на улице проветриваться. Нет ли здесь какого-нибудь волшебного средства для химчистки матрасов? И заодно для стирки одежды? С тоской вспомнила, что у меня было всего лишь одно грязное платье, которое снова придется надеть, если я захочу выйти на улицу. Не могла же я появится на людях в мужских штанах и рубахе, подвязанных куском синей тряпки?

Может быть, хотя бы освежить платье в хвойной воде? До завтра должно было высохнуть. А сегодня я никуда не собиралась. Надеюсь, и посетители не нагрянут. Решила так и поступить. Набрала новое ведро воды, развела в нем очередной кристаллик и замочила платье с верхней юбкой.

Оставила одежду отмокать, а сама снова взялась за метлу и отправилась в торговый зал.