Больше всех моим предстоящим планам обрадовался Закари, которого совершенно не интересовала аптекарская деятельность (да к тому же еще и навевала плохие воспоминания). Он увидел шанс реализовать свой донжуанский потенциал и начал наседать на меня с тем, чтобы я непременно наняла хорошенькую девушку.

— Ты и так заперла меня в лаборатории с хромым стариком, лишив возможности даже созерцать красоту, не говоря уже о том, чтобы ей наслаждаться.

— Ты же не думаешь, что я буду выбирать продавца по внешнему виду? Это, конечно, важный, но не основной критерий.

— Напиши в объявлении, что ищешь привлекательную девушку, а дальше уже указывай все остальное. Почему, ты думаешь, семидесятилетний господин Тревис повадился ходить сюда через день за эликсиром, возрождающим желание?

Я в недоумении уставилась на призрака.

— Потому что ты ему нравишься! — выдал Закари. — И не надо на меня пялиться. Признаюсь, что ты ничего, но не в моем вкусе.

— Разве такие женщины существуют? — пробурчала я. — Не вижу ничего криминального, если на кассе будет стоять приятный молодой человек.

— Ты всегда была эгоисткой, как и все женщины в твоем роду, — бросил Закари.

Чтобы прекратить словесную перепалку с призраком, я сдалась.

— Лучше сразу пригласи блондинку.

— Ну вот еще! Я же не анкету для сайта знакомств составляю!

Закари в недоумении завис, переваривая последнюю фразу, а я поняла, что снова прокололась, и быстро продолжила разговор, решив привлечь лорда к обсуждению возраста потенциального кандидата.

Не знала я, что объявление — это были еще цветочки. Настоящий ад начался на собеседованиях. Закари превратился в назойливую муху и постоянно жужжал у меня над ухом. Кто-то в его понимании был слишком стар, кто-то слишком толст, кто-то неопрятен. Я, конечно, не отказывала людям из-за мнения лорда. Ждала, когда включится внутреннее чутье, благодаря которому я почти никогда не ошибалась в найме. Пока интуиция молчала.

— Этой можешь сразу отказать. У нее веснушки.

— Замолчи уже! Ты меня сбиваешь! — не выдержала я как-то раз, позабыв, что передо мной сидела очередная кандидатка. — И веснушки — это прекрасно!

В воздухе повисла тишина. Девушка извинилась, поднялась с места и быстро покинула аптеку. Великолепно, такими темпами я сыщу себе славу сумасшедшей. Закари лишь довольно улыбнулся. Его цель была достигнута. Я приняла успокоительные капли и вернулась за прилавок, где провела весь оставшийся день.

Попрощавшись с последним посетителем, заперла аптеку, обернулась и увидела перед собой Чандлера. Старик держал в руке лист бумаги.

— Леди Беверли! — взволнованно произнес он. — Я, кажется, изобрел лекарство, но мне нужно два ингредиента, которые я не знаю, где достать.

Сердце забилось от волнения. Я боялась поверить в то, что говорил Чандлер. Неужели? Взяла протянутый мне листок и прочитала названия, которые ни о чем мне не сказали. Если уж Чандлер не знал, где брать растения, то я и подавно.

Но я просто была обязана что-то придумать!

— Эзефилис жемчужный и кронариус селийский, — произнесла я вслух, — что это за растения?

Старик немного помялся на месте, опустив глаза в пол. Отвечать на мой вопрос он не спешил.

— Господин Чандлер, если вы хотите, чтобы я занялась поиском, то расскажите мне о них побольше.

— Леди Беверли, — начал он, — то, что я предлагаю — это своего рода эксперимент… — Чандлер запнулся, — я не уверен, что вы захотите иметь с этим дело, так как кронариус запрещен к использованию законом. Это сильный яд, одна капля которого способна убить человека. Но если взять микроскопическую дозу и добавить эзефилиса, то есть шанс, что лекарство сработает. Запустится процесс самоочищения организма.

Час от часу не легче. Теперь, чтобы проверить, подействует ли препарат, мы вынуждены были применить запрещенное законом вещество. А если вместо того, чтобы очищаться, организм больного перестанет функционировать?

— Что, если вы ошибаетесь? И больному… как бы это сказать… станет хуже?

— На этот случай и нужен эзефилис жемчужный. Я не только добавлю его в лекарство, но и сделаю эликсир, который будет являться противоядием, но…

— Это тоже эксперимент?

Чандлер кивнул, а я задумалась. Как ни крути, риск был высоким. С другой стороны, в этом мире я только и делала, что рисковала. Может быть, мне снова повезет?

— И вы понятия не имеете, где раздобыть эти растения?

Старик развел руками.

— Возможно, в королевской лекарственной оранжерее. Там должны быть представлены все виды. Или среди заезжих торговцев, которые… в общем, которые продают все, даже то, что незаконно. Но сейчас почти никого не пускают в город, да и личности они не самые приятные.

Ясно, на черном рынке. Взвесив эти два варианта, я все же решила попытать счастье в королевском дворце, тем более что нам была обещана поддержка в научных изысканиях.

Ее же мне обещал и Редгрейв, но к поклоннику-лорду пока не хотелось обращаться. Интуиция подсказывала, что за любую помощь с его стороны придется расплачиваться, и, скорее всего, натурой. Так что я решила пойти официальным путем и наведаться к старичку-лекарю.

— Отправилась выпрашивать яд? — Закари не упустил возможности вновь напомнить о страшной оплошности моей прабабки по пути во дворец. — Тебе кажется, что люди умирают слишком медленно? Решила ускорить их встречу с праотцами?

— Прекрати нести чушь, — огрызнулась я, — всего лишь узнаю, есть ли эти ингредиенты. Еще даже лекарство не смешали, а ты уже нагнетаешь.

— Потому что я слишком хорошо знаю, чем такие эксперименты заканчиваются! — этому восклицанию Закари постарался придать как можно больше трагизма.

Я не стала поддерживать словесную перепалку, к тому же коляска уже подъехала к воротам. Мельком взглянула на большие часы на одной из башен дворца — без пяти четыре. Я приехала вовремя. У лекаря как раз были приемные часы, выделенные под общение с аптекарями.

Когда я вошла, старичок корпел над бумагами. Увидев меня, лекарь, улыбнулся и поднялся мне навстречу.

— Леди Беверли, прошу вас! — приветливо сказал он. — У вас какой-то вопрос? Или хотите порадовать старика хорошими новостями?

Я вкратце объяснила своему собеседнику суть проблемы. С каждым моим словом лицо лекаря становилось все более мрачным.

— Леди Беверли, — произнес он, когда я закончила, — у нас в оранжерее действительно имеется куст кронариуса селийского. Что же касается второго растения, которое, как вы говорите, является противоядием, я ничего не берусь утверждать. Я о нем впервые слышу. Надеюсь, вы понимаете, что я не могу допустить подобных экспериментов с ядовитым веществом и пойти против закона, запрещающего использование сильнодействующих ядов в медицине? Риски слишком велики. Вам придется искать иные способы.

Идти на черный рынок и покупать яд нелегально?

Кажется, ничего другого мне не оставалось.

Поняв, что уговаривать лекаря было бессмысленно, я попрощалась и покинула дворец. В задумчивости побрела по главной аллее, уже прикидывая, кто бы мог свести меня с нужным человеком.

Вдалеке замаячила мужская фигура. Чем ближе я подходила, тем больше она казалась мне знакомой. Черт! Лорд Редгрейв! Не хватало еще столкнуться с ним под тенистыми деревьями. Кузен короля, кажется, тоже меня узнал и махнул рукой в знак приветствия.

Я быстро свернула на маленькую дорожку, залезла в кусты, чтобы избежать вопросов от приближающегося стражника, прокралась через небольшой парк, скрываясь за деревьями, поворот, еще поворот, аллея, маленький садик с фонтаном, тропинка, и вот я уже понятия не имела, где находилась.

Королевский сад как-то незаметно перешел в раскидистый парк. Я в растерянности стояла посреди небольшой поляны с расходящимися от нее дорожками. Начинало смеркаться. Теперь я уже даже была не против встретить стражника и рассказать ему слезную историю, о том, как заблудилась в поисках выхода из дворца.