Аугусто хотелось высказать многое, но он вовремя прикусил язык.

Перед глазами возник голый мужчина с клеммами на сосках.

– Мне нужно всё обдумать, – как можно нейтральнее произнёс он.

– Конечно.

Марсель понимающе наклонил голову.

– Встретимся завтра. Отдыхай, дружище. Отдыхай.

Аугусто поднялся на онемевших ногах и направился к выходу, двигаясь, словно игрушечный солдатик.

Он всё понял.

События развивались именно так, как обещал молокосос дэ Фуэго.

Какой у него оставался выход?

Полиция не защитит. Оставалось только бежать, но тогда придётся бросить завод.

Или продать его сопляку.

Пусть тогда Марсель переключится на него.

Давно стало понятно, что Крабу нужны не деньги, а само предприятие. На севере у семьи Аугусто было больше влияния. Потеря завода станет тяжёлым ударом, но не уничтожит их окончательно.

Приняв решение, Аугусто заехал домой, забрал документы и направился к вилле дэ Фуэго.

Дорога вывела его из мрачных кварталов Ведра к Сапфировому побережью. Здесь улицы были чистыми, фонари светили ровно, а за высокими оградами темнели кроны ухоженных деревьев. Контраст казался почти издевательским.

Вилла дэ Фуэго возвышалась над морем. Белый камень стен отражал мягкий свет садовых ламп, а из открытых окон доносилась тихая музыка.

Дверь открыла молодая девушка, заставившая взгляд Аугусто невольно скользнуть по её фигуре.

– Сеньор Виктор ждёт вас.

Она провела гостя через просторную гостиную к террасе.

Виктор сидел в плетёном кресле, неторопливо потягивая вино. За его спиной темнело море, и редкие огни лодок мерцали вдали, словно упавшие в воду звёзды.

Позади кресла стоял телохранитель. Он не двигался, но от него исходило такое ощущение опасности, что Аугусто предпочёл не задерживать на мужчине взгляд.

Поднимаясь по ступеням, Мерино вновь уставился на фигуру помощницы дэ Фуэго. Это помогло ему хотя бы на мгновение отвлечься от мыслей о Марселе.

Он опустился в свободное кресло и беспокойно поёрзал. Девушка устроилась рядом. Теперь на него смотрели три пары глаз.

– Что насчёт вашего предложения, сеньор Виктор? – поинтересовался Аугусто, стараясь говорить вежливо.

Виктор поставил бокал на стол.

– Мария, деньги.

Помощница гибко поднялась. Аугусто проводил её взглядом, сглотнул и отвернулся только тогда, когда она скрылась в доме.

Через минуту Мария вернулась с тяжёлым кейсом и поставила его перед гостем.

Мерино щёлкнул замками, откинул крышку и нахмурился. Внутри ровными пачками лежали купюры, однако их было слишком мало.

– Здесь не десять миллионов.

Он захлопнул крышку и оттолкнул кейс.

– Десять миллионов я предлагал пару часов назад. Следовало соглашаться, – лениво бросил мерзкий молокосос. – Я успел всё подсчитать. Вы наплодили на предприятии долгов: зарплаты, сырьё, поставщики, неустойки. Мне придётся всё это выплачивать.

– Это грабёж! – вскинулся Аугусто.

– Это бизнес, – отрезал хозяин дома.

Его голос не стал громче, но ленца исчезла. На несколько секунд перед Аугусто оказался не юнец, а человек, привыкший принимать решения и не обсуждать их дважды.

– Знаешь… – прошипел Мерино. – Марсель предлагал мне то же самое. Может, мне продать завод ему?

– Может, – легкомысленно согласился Виктор.

Он вновь взял бокал и посмотрел сквозь вино на свет садовых фонарей.

– Но заводом всё не закончится, верно? Марсель не остановится. Будет брать, пока у вас остаётся хоть что‑нибудь. Деньги, недвижимость, доли в других предприятиях. Потом доберётся до семьи.

Аугусто стиснул зубы.

– Ваши предложения ничем не отличаются.

Он презрительно усмехнулся.

– Чем ты вообще отличаешься от Марселя?

Виктор пожал плечами.

– Я не прячусь.

Внутри Аугусто кипела ярость, однако он понимал, что положение складывается не в его пользу.

– Хорошо. Я возьму миллион, – выдавил он, скрывая злорадство.

Пусть сопляк забирает завод. Посмотрим, как он запоёт, когда к нему придут люди Краба.

– Бери, – равнодушно кивнул Виктор и скривился. – И проваливай.

Аугусто проглотил оскорбление.

Документы уже были подготовлены. Мария переворачивала страницы, показывая места для подписей, а Мерино машинально выводил своё имя, почти не вчитываясь в текст.

Затем помощница Виктора поехала вместе с ним к нотариусу.

В светлом кабинете с высокими шкафами Аугусто несколько раз подтвердил, что действует добровольно, находится в здравом уме и твёрдой памяти, понимает условия договора и не испытывает давления со стороны покупателя.

Каждый вопрос звучал как издевательство.

Через час он вернулся домой.

Аугусто разбудил жену, приказал собирать самое необходимое и достал из сейфа документы, деньги и драгоценности. Объяснять что‑либо не стал. На вопросы отвечал коротко, почти срываясь на крик.

Ещё до рассвета автомобиль выехал за ворота.

Дом остался позади, погружённый в темноту. В окнах не горело ни одного огонька, и лишь камеры наблюдения беззвучно поворачивались вслед уезжающей машине.

Под покровом ночи Аугусто Мерино направился в аэропорт, оставляя за спиной Корсу, завод и всю прежнюю жизнь.

Хавьер придумал новую пытку.

Белковый коктейль он поставил передо мной сразу после тренировки. Густая жижа была безвкусной, и оставляла на языке меловой налёт. Мышцам нужен строительный материал, а не только вино на террасе, обьяснил Хавьер. Я сделал второй глоток и решил, что прежний хозяин тела, топивший тоску по барам, отделался куда легче моего.

Теперь стоило подумать о том, как продолжать работу.

Завод у меня. Бумаги подписаны, нотариус заверил, Аугусто ещё до рассвета укатил на север зализывать раны. Красиво вышло. Одна проблема, что Марсель об этом пока не знает.

А когда узнает, то точно придёт ко мне.

Я бы на его месте поступил так же. Краб душил старика не ради денег, деньги он и без завода стрижёт исправно. Ему нужно само предприятие, но для чего, это уже более тонкий вопрос, на который у меня пока не было ответа.

Аугусто сбежал, но долг остался, а под этот долг наверняка подписаны бумаги, и в бумагах чёрным по белому написано, что завод записан как залог. Пока расписки лежат у Марселя в столе, за моей спиной висит враг, который считает предприятие своим по праву.

Полиция его не тронет. В участке у него есть свои люди, и вчерашний спектакль с адвокатом это наглядно показал. Значит, вопрос придётся закрывать в обход закона.

Мне нужны две вещи. Найти и уничтожить Марселя до того, как он уничтожит меня. И найти тех, кто мне в этом поможет.

Я перевёл взгляд на гараж.

Хавьер проверял внедорожник по кругу, колеса, зеркала, заглядывал под днище. Делал он это на автомате. Профессионал.

Вот только профессионал у меня один. А у Марселя явно не десять человек в подчинении. После склада Аугусто он сам предупреждал, что управление по магическим делам будут активно копать, начни я устраивать подобные фокусы из раза в раз. Нельзя валить на одни плечи и охрану, и разведку, и грязную работу. Где‑то он надорвется, где‑то не успеет, а где‑то оставит отпечаток, который приведёт следователей прямо на мою террасу.

Мне нужны люди. Обычные, но профессионалы своего дела.

Мария появилась с привычной кипой бумаг и забралась в соседнее кресло, поджав под себя ноги.

– Отчёты пока отложи, – я отставил пустой стакан. – Позвони в дом ветеранов и назначь встречу. Сегодня, если выйдет. Скажи, у меня есть работа для крепких мужчин.

Мария что‑то прикинула, коротко кивнула и ушла выполнять указание.

К полудню мы въехали в старый рабочий квартал на восточной окраине.

Дом ветеранов, одноэтажное здание из посеревшего камня, над дверью выцветший флаг и жестяная табличка с полустёртыми буквами. Внутри стоял плотный запах табака и крепкого кофе, сваренного до состояния дёгтя.