– Твой сын производит впечатление, – усмехнулся Габриэль. – Весь в тебя.

Тайрон едва заметно улыбнулся.

– О чём хотел поговорить, Габи? – спросил он.

– Вот о ней, – Габриэль кивнул в сторону дочери, которая по‑прежнему не отпускала руку Виктора. – Ничего у нас не выйдет, дружище.

– Ты о свадьбе Джозефа и Карлы? – риторически уточнил Тайрон. – Сам вижу.

– Помолвку надо отменить, – со вздохом перешёл к делу Габриэль. – Я не могу не учитывать мнение дочери.

– Джозефу это не понравится, но я ничего не могу сделать. У него был шанс, – согласился Тайрон.

– И… касательно Виктора, – осторожно начал дэ Леон. – Он помолвлен, но между ним и моей дочерью что‑то происходит. Имей это в виду.

Тайрон внимательно посмотрел на парочку, которая уже заняла столик и делала заказ у улыбчивой официантки.

– Учту, – кивнул он.

– Спасибо, – искренне поблагодарил его дэ Леон и сменил тему: – Где Джозеф?

– Делает глупости, – почти прорычал Тайрон и устремил взгляд за спину Габриэля.

Дэ Леон обернулся и увидел, что к Карле и Виктору направляется покачивающийся Джозеф.

Тайрон быстро пошёл к ним, намереваясь остановить старшего сына, но, кажется, было уже поздно.

Джозеф не дошёл до нашего столика всего пары шагов. Тайрон буквально вырос у него на пути, взял сына под локоть и развернул к себе с такой силой, что у того чуть голова не слетела.

– Идём. Тебе нужен воздух, – негромко, но угрожающе прорычал отец.

– Мне нужен не воздух, – Джозеф качнулся, но устоял и посмотрел поверх отцовского плеча. – Карла, давай отойдем. На минуту, всего на минуту. Это важно!

Карла от испуга спряталась за моей спиной, опустив ладонь мне на плечо. Жест получился красноречивее любых слов. Джозеф же, увидев это, только сильнее начал раздувать ноздри, понимая, что его только что сделали очередной темой для обсуждения на ближайшие встречи знати.

Из меня соорудили крепостную стену. Чтож, я был не против, все же, пьяный человек мог сделать то, чего бы никогда не сделал на трезвую голову.

– Ясно, – выдавил Джозеф.

Он перевёл испепеляющий взгляд на меня. В этих глазах читалось очень много, но суть была примерно понятна. Меня не ждало ничего хорошего. Пара мгновений, затем Тайрон потянул сына за собой, и на этот раз Джозеф подчинился. Уходя, он заметно кренился влево, и отец придерживал его за плечо, со стороны это выглядело почти трогательно.

Отец с братом скрылись в толпе, и Карла, убрав руку, вернулась на своё место.

– Прости, – тихо выговорила она.

– Пустяки. Запишем на твой счёт мясной салат и будем в расчёте, – отмахнулся я.

Габриэль тут же сел возле дочери. Лицо у него было задумчивым, но он держал мысли при себе и не вываливал их окружающим. Дэ Леон умел не тащить дурное настроение за стол. О случившемся никто больше не вспоминал.

После перерыва зал наполнился снова, и форум продолжился дальше.

Мне понравилось. Честно, без всяких «но». Я ожидал ярмарку тщеславия, а получил срез целой страны, разложенный по докладам.

Сильнее прочих зацепила оборонка. На сцену поднялся представитель концерна, работающего на армию, и следующие двадцать минут рассказывал про спутниковую связь. Сигнал без вышек, покрытие без границ, хоть с корабля, хоть с горного перевала. Для телефонов такое пока неподъёмно, себестоимость запредельная для простого пользователя. Но я слушал и мысленно потирал руки. Я знаю, куда пристроить эту игрушку. Но все это потом. У меня не хватает рук, поэтому в ежедневнике просто появилась ещё одна обведенная строка.

А тем временем, презентации продолжались.

Молодая компания с севера показала интернет – магазин. Каталог на сайте, сделал заказ и получил доставкой. Зал слушал вполуха, а я смотрел на неуклюжую схему и видел за ней знакомые отголоски гиганта, что в моём мире начинал с торговли книгами из гаража.

Следом выступала команда с поиском внутри крупных порталов и искала только по своим же страницам. Смешно и трогательно. На моей памяти с того же стартовали крупные игроки, чьи имена позже стали глаголами.

Нашлись и социальные сервисы. Клуб знакомств по переписке, и анкеты по интересам. Создатели старательно обходили слово «Вида», но через слайд там мелькала наша лента. Если копируют, то это лучший комплимент из всех возможных.

Затем калейдоскоп завертелся быстрее. Онлайн‑газета без бумажной версии. Доставка обедов по заявке через сайт. Платёжная система, сырая до ужаса, где каждый перевод подтверждал живой человек на другом конце провода. Доска объявлений. Бронирование комнат на побережье. Я записывал, прикидывал, ставил галочки напротив фамилий основателей.

Картина складывалась ясная. Люди начали замечать, что в интернете есть жизнь. Ещё год назад сеть держали за кладбище, а сегодня на главной деловой площадке страны о ней говорит каждый третий докладчик. Впереди у Валентии эпоха доткомов, правда, гибридная, пополам с магией и с опозданием на пару десятилетий. Я такую эпоху уже проживал. Помню золотую лихорадку и грохот, с которым лопнул пузырь. Помню, кто утонул, а кто выплыл и подобрал всё что осталось. Со шпаргалкой подобного размера из прошлой жизни грех не сдать экзамен и не предугадать дальнейшие веяния на ближайший десяток лет.

Добил меня форум уже после закрытия, в кулуарах.

Не успел я допить остывший, горький кофе, как рядом образовался первый разведчик. Владелец сети обувных лавок представился, повертел в пальцах мою визитку и осторожно, кругами, подобрался к делу. Как работает реклама? Кто решает, кому её показывать? И главное, когда можно начинать?

За обувщиком подтянулся хозяин гостиниц, за ним человек из страхового дела, и ещё двое, чьи фамилии я записал на обороте буклета. Разговор повторялся с небольшими вариациями. Спрашивали вполголоса, будто интересовались чем‑то не вполне приличным. И заканчивали одинаково. Когда?

– Кнопка появится на днях, – отвечал я каждому. – Тысяча песо, кабинет, инструкция. Дальше вы справитесь сами.

Мелкая и средняя рыба, как я и рассчитывал. Киты постоят в стороне, поглядят на чужие плавники, а потом придут и принесут бюджеты, от которых у жителей моего особняка может случиться сердечный приступ.

Всё это время Хавьер держался в паре шагов, саквояж с ноутбуком он так и не выпустил из рук за весь день.

К выходу мы выбрались уже в сумерках. Над старым городом плыл колокольный звон, у ворот бывшего завода выстроилась вереница машин, водители перекрикивались, разбирая важных пассажиров.

– Виктор!

Тайрон стоял у распахнутой дверцы черного седана.

– Ты ведь в особняк? Садись, подвезу. Глупо гонять две машины по одному адресу.

Я оглянулся на Хавьера. Телохранитель едва заметно пожал плечами, решение оставалось за мной.

– Поехали, – согласился я.

Хавьер устроился впереди, рядом с водителем, мы с отцом разместились сзади. Дверцы захлопнулись, отсекая шум разъезда.

Машина тронулась. За стеклом поплыли фонари, брусчатка мелко подрагивала под колёсами.

Дорога до особняка прошла в тишине. Тайрон смотрел в своё окно, я в своё, и разговор, которого я ждал, так и не начался.

Ворота распахнулись, седан плавно проплыл по гравию и замер у парадного входа. Окна первого этажа горели тёплым жёлтым светом, из приоткрытых дверей тянуло ужином.

В столовой нас ждали. Элеонора расположилась по правую руку от пустующего отцовского места, дальше устроился Хулио, напротив него Бланка. Прислуга бесшумно двигалась вдоль стен, сервируя стол последними блюдами.

– Наконец‑то, – просияла мать. – Я уж решила, что этот форум никогда не закончится.

– Почти, – усмехнулся я, поцеловал Элеонору в щеку и занял стул возле сестры.

Подали минестроне, пахнущий овощами и цукини. Эстелла оценила бы.

Первые минуты прошли в тишине, нарушаемые только позвякиванием приборов.