— Пожалуйста, пусть Роуэн вернется домой. Не оставляй ее одну надолго. Пожалуйста, прости меня за монстра в моей душе и убедись, что этот человек тоже заплатит за свои грехи. Пусть это будет быстро. Я готова. Я знаю, что любила и что меня любили больше, чем я того заслуживала. Я знаю, что Роуэн будет сломлен, но также знаю, что Эйвери исцелит его. Спасибо за то, что позволил Роуэну быть моим. Он освободил меня; на этот раз я готова умереть. Боже, я умру, чтобы они были в безопасности от этого дьявола.

Я вижу отвращение на его лице при виде моих татуировок. Он больше не видит во мне то, что хочет, только объект, который нужно уничтожить. Смотрю прямо в дуло его пистолета. И я знаю, что это конец. Я вдыхаю последний глоток воздуха, но все, что чувствую, — это его запах, и я жалею, что вообще втянула воздух.

Оглушающий треск, затем жгучая боль пронзает меня. Потом... тьма. Это происходит моментально.

На этот раз я знаю, что мертва. Я знаю, потому что сижу рядом со своим истекающим кровью телом, наблюдая, как дьявол уходит в темноту. Его крупная фигура очерчена лунным светом, и я вижу, что его демоны, наконец, ушли. Убийство меня вернуло его к жизни. Я знаю, что он не вернется за ними — это всегда было только обо мне.

Я еще не готова уходить. Я оставляю свое тело снаружи и иду сидеть рядом с моей малышкой. Шум разбудил ее, но я ничего не могу сделать, чтобы успокоить ее плач, кроме как надеяться, что Роуэн скоро вернется.

Эйвери плачет уже несколько часов, когда я слышу, как Роуэн возвращается домой. Я оставляю ее и жду его рядом со своим телом. Может, я и мертва, но все еще чувствую то, как его сердце разбивается на миллион осколков, когда его тело падает на пол рядом с моим. Я слышу его рыдания и крики, пронзающие мою душу. Он цепляется за мое истекающее кровью тело и умоляет Бога вернуть меня. Мне нужно, чтобы он отпустил меня и пошел к Эйвери. Она нуждается в нем сейчас. Он все, что у нее есть.

После долгого плача и мольбы к Богу он, наконец, слышит ее крики. Он понимает, что она все еще здесь и нуждается в нем. Я слышу его шепот:

— Я люблю тебя; и больше не отпущу.

Но он делает это. Он оставляет меня и идет к своей маленькой девочке. Ее крики прекращаются, когда он берет ее на руки и прижимает к своей груди. Роуэн держит ее у своего разбитого сердца, пока она снова не засыпает. Когда это происходит, он звонит Робину и пытается дозвониться до Каллума, кажется, сотню раз. Ох, Каллум, где же ты? Он так нуждается в тебе прямо сейчас.

Я все еще не могу заставить себя уйти. Я знаю, что мне придется, но еще не готова.

Так что я просто жду. Я наблюдаю, как они все оплакивают меня. Я слушаю, как он кричит, ругается и проклинает. Вижу, как он разбивает вещи и топит свою боль в виски прямо из бутылки. Я вижу бурю в его глазах, и мое сердце разрывается.

Робин передает ему мое письмо, когда заходит в дом. Не могу смотреть, как он читает его, поэтому иду сидеть с Амией и Эйвери в детской. Моя подруга плачет по мне, пока кормит мою малышку. Ее слезы тихие, я знаю, что она пытается не расстроить ребенка своей болью. Она грустит и злится, не понимая, почему я не попыталась остановить это. Мне нужно было защитить их, а это был единственный способ.

Роуэн

«В конце, когда наши веки найдут свою бесконечную тьму, ты поймешь, что наши тела были крошечными вселенными, и что я любил тебя тысячей морей».

~ Кристофер Пойндекстер

Мой дорогой Роуэн,

Я знаю, что сейчас твое сердце разбито. Что это сломало тебя во всех смыслах. Я решила не говорить тебе, потому что знала, что это произойдет в любом случае, но если бы ты знал и попытался остановить его, Эйвери потеряла бы нас обоих. Она нуждается в тебе так сильно и будет нуждаться в тебе каждый день своей жизни.

Спасибо тебе. Спасибо за то, что освободил меня, за то, что убил ту пустую оболочку, которой я была. Спасибо за то, что любил меня, когда ты верил, что не способен любить вовсе. Спасибо за твое сердце, которое, знаю, ты отдал только мне. Спасибо за тьму, которая так идеально дополняет тебя, и за то, что позволил мне любить даже эту часть тебя.

Роуэн, я любила тебя, все еще люблю и буду любить тебя, где бы ни была сейчас. Я люблю эту озорную улыбку, которая играет на уголке твоего рта. Люблю, как твои глаза говорят со мной, когда твой голос не может. Я люблю, что ты заставил меня чувствовать. Я люблю, как твои руки могли зажечь пламя под моей кожей одним прикосновением. Я люблю шепот в твоем голосе, когда ты говорил со мной во сне. Я люблю, что ты любил меня, даже когда я была сломана без возможности на исцеление. Я люблю, что ты любил и моего монстра тоже. Я люблю тебя, Роуэн.

Больше всего благодарю за нашу прекрасную дочь. Ничто в этой жизни не могло бы сделать меня счастливее, чем встретить ее. Она — лучший подарок, который я когда-либо получала, и теперь я отдаю всю ее — тебе. Люби ее, Роуэн. Люби ее всем, что у тебя есть. Научи ее всему, что знаешь и покажи, кто она такая; сделай ее сильной, бесстрашной и прекрасной. Пожалуйста, не позволяй ей думать, что я не любила ее. Говори обо мне; я хочу, чтобы она знала, кем я была. Всю меня, Роуэн, не только красивые части. Больше всего покажи ей, кто ты есть, потому что, Роуэн, ты — кто-то настолько сильный и удивительный, ты всегда будешь ее героем. Каждый папа — король для своей маленькой девочки.

Не забывай меня, Роуэн, потому что я не ушла, я живу в твоем сердце, и ты можешь говорить со мной в любой момент, когда тебе это нужно. Пожалуйста, не переставай быть собой, не позволяй этому определять тебя, не позволяй ему победить. Он забрал у меня все, не позволяй ему забрать у тебя ни одного мгновения. Он ушел, я знаю, что он оставит тебя и Эйвери в покое. Я прошу тебя игнорировать потребность в мести, которая тянет твою душу, и отпустить это. Оставь его; он заплатит за свои грехи со временем. Но не твоей рукой, Роуэн.

Я буду любить тебя всегда, ты раскрасил мое уродство и сделал меня целой. Не переставай жить, Роуэн.

Прощай, мой монстр.

Я никогда не перестану любить тебя.

С любовью,

Лаури.

Я слишком сломан, чтобы плакать, бороться или чувствовать что-либо. Черт возьми, я так ненавижу чувства, а теперь у меня их совсем не осталось. Я просто пуст. Я даже не могу зайти в комнату, где сейчас Эйвери. Робин взял на себя все приготовления, мы знаем людей, которые сделают все тихо, не давая властям узнать, что действительно произошло. Мне вообще не следовало уходить на работу. Если бы я был здесь, я мог бы спасти ее.

Однажды, когда она только приехала сюда, она спросила меня: «Кто заплатит за твои грехи, Роуэн?»

Я плачу. Я, черт возьми, плачу за каждую цифру, которую ношу на себе с ее душой. Я плачу, и это убивает меня. Мне нужно выбраться отсюда. Мне нужно на свежий воздух, бежать или что-то в этом роде. Я ухожу и иду, куда глаза глядят. Я выхожу в виноградники и останавливаюсь, когда добираюсь до старого сельского кладбища.

Сажусь под дерево и снова плачу. Я заплатил самую страшную цену за свои грехи. Я заплатил любовью всей своей жизни.

Роуэн

«Есть вещи хуже, чем одиночество. Но часто требуются десятилетия, чтобы понять это. И чаще всего, когда ты это осознаешь, уже слишком поздно. И нет ничего хуже, чем «слишком поздно».

~ Чарльз Буковски

Сегодня Эйвери исполнился месяц. Она спит у меня на руках, пока мы предаем земле ее маму на маленьком кладбище на территории поместья. Для Лаури это всегда было домом, и это правильно, что она останется здесь навсегда. Я все еще чувствую ее во сне и везде, куда бы ни пошел. Не думаю, что когда-нибудь буду готов отпустить ее полностью. Здесь только наша маленькая семья и католический священник, который был должен Робину. Я не спрашивал подробностей, но хотел, чтобы священник сделал для нее все возможные обряды и похоронил ее как положено.