— Замёрзла совсем, — тихо ругается, и я открываю глаза.

Как раз в тот момент, когда Эйрик кладёт меня на кровать, осторожнее, чем обычно.

— Что произошло? — спрашиваю подрагивающим голосом, пытаясь сфокусироваться.

А аскадец складывает мои ладони вместе и греет их своими, растирая, возвращая тепло.

— Ты заснула на полу и замёрзла, — говорит он и оборачивается на дверь, будто проверяя, не услышит ли кто.

— Что? Твой брат передумал? — спрашиваю, пытаясь окончательно проснуться.

Но мне нехорошо. Это не только сон и усталость меня держат в плотном кольце — видимо, организм ещё с простудой борется. Чудесно. Только этого не хватало.

— Нет, конечно, — фыркает Эйрик. — Только вороны уже прилетели от ярлов и конунга, — как-то задумчиво и с тяжестью в голосе отвечает мужчина.

— Постой… и когда они будут? — спохватившись, спрашиваю, резко приходя в себя.

— Через пару часов. Птицы прилетели ещё ночью, отец просто недавно сказал. Он же говорил, что все держатся поблизости наших земель.

— Потому что далеко от земель… как его там?

— Земель Брона, да, именно в них мы видели пустые поселения, — подтверждает мужчина. — Но я пришёл не для этого.

— А для чего? — спрашиваю, напрягаясь. — Я надеюсь, ты не решил меня тоже в жёны брать? — с подозрением уточняю.

— А хочешь? — лукаво смотря и ухмыляясь, провокационно спрашивает этот неисправимый мужчина.

— Да иди ты, — фыркаю на него и забираю свои руки.

Но он же непреклонен. Эйрик залезает ко мне на кровать и ложится сзади. Мужчина обнимает меня, согревая теплом своего тела, прижимая ближе.

И как бы мне ни хотелось его отодвинуть, не могу. Так что лениво толкаю его в бок — и на этом всё. Я греюсь и невольно наслаждаюсь человеческим теплом, позволяя себе на секунду расслабиться.

После подумаю, что делать дальше…

— Собрание конунг проведёт уже сегодня, а это значит, что свадьба будет завтра, — неожиданно ровно произносит Эйрик.

А я замираю, забывая сделать вдох, будто воздух просто исчез. Боги… а ведь девушки обычно радуются такой новости, а для меня на таких условиях это петля на шее, затягивающаяся всё туже.

— Я не хочу, — говорю прямо.

Перед Эйриком нет смысла юлить, да и Касару я прямо заявила, что не хочу замуж.

— Я предлагаю сразу после собрания, когда все будут заняты, сбежать, — опять ошарашивает меня мужчина, будто бросает вызов не только брату, но и всему поселению.

Медленно поворачиваю голову к нему, не сразу веря, что услышала.

— Эйрик, ты понимаешь, о чём говоришь? — на всякий случай спрашиваю, всматриваясь в его лицо. — Я не твоя несбыточная любовь, на меня нельзя посмотреть и оставить в лесу, если что… — подмечаю так, на всякий случай, не отводя взгляда.

— Ты на что намекаешь? — непонимающе произносит мужчина, чуть хмурясь.

— Ты не можешь просто так предложить мне побег, а потом, если тебя что-то не устроит, оставить меня одну.

— С чего ты решила, что я так сделаю? — обиженно спрашивает он.

— Потому что мы с тобой грызёмся, как кошка с собакой, всю дорогу, — подмечаю и приподнимаю бровь.

— Только до того момента, как моя кошка не пускает свой темперамент в правильное русло, — пошло ухмыляясь, говорит он и кладёт руку на моё бедро.

— Эйрик, я не шучу, — отодвигаюсь от него и вообще сажусь, серьёзно смотря в глаза. — Я хочу вернуть свою магию, а для этого мне в любом случае нужно будет столкнуться с незнакомцем, а он опасен.

Аскадец тоже садится и с раздражением смотрит на меня, сжимая челюсть.

— Ты прямым текстом говоришь, что я слабак? — эмоционально спрашивает.

О, прекрасно. Я задела его за живое.

— Нет, просто я говорю, что у тебя с братом не получилось с ним справиться. Тогда как ты себе представляешь в одиночку с ним сражаться?

— Я что-нибудь придумаю, — твёрдо и упрямо говорит он. — А ты подумай. Либо сегодня ночью со мной, либо завтра и на всю жизнь с братом, — бросает, словно ставит меня перед выбором без права на третий вариант.

На этих словах он просто встаёт с кровати и уходит, закрыв меня опять в комнате, как будто это уже стало нормой. А я подхожу к окну и выглядываю на улицу, пытаясь отвлечься, и замечаю, что люди мечутся туда-сюда. Кони ржут, слышны голоса, и видны всадники.

— Неужели первые прибывают? Так скоро? — шепчу, смотря во все глаза, чувствуя, как внутри снова поднимается тревога.

И через какое-то время — не знаю сколько — дверь в мою комнату открывается, и на пороге застывает Касар. Он хмуро смотрит, окидывает мою фигуру взглядом, и командует:

— Пойдём поедим.

И, развернувшись, уходит, даже не дожидаясь ответа.

Чего? Вот так просто?

Наговорить мне всякого, потом запереть в комнате… и теперь просто позвать поесть?

Вылетаю из комнаты, настроенная всё ему высказать, но, влетая на кухню, будто в стену врезаюсь — слова застревают в горле.

Возле печи суетятся две девушки, а за столом, помимо напряжённого Эйрика, сидит сам ярл. Он поднимает на меня заинтересованный взгляд, а потом таким же окидывает своих сыновей, будто сразу связывает всё воедино.

Ох, похоже, он намного внимательнее к деталям и в целом, чем мне показалось в нашу первую встречу. Он будто мимику считывает, смотрит, как мы передвигаемся, как держимся.

А Касар смотрит на меня жёстко, предупреждающе — видимо, при отце я не должна перечить. Я это ещё вчера поняла и сейчас тоже решаю не лезть на рожон, хотя внутри всё кипит. Сажусь рядом с Касаром, и девушки суетливо накрывают на стол.

И не заметить, как заискивающе они смотрят в глаза обоим братьям, просто невозможно. Они ещё и платья, похоже, надели такие, чтобы прелестями посвятить, насколько позволяет погода и градусы в доме.

А когда одна из них наклоняется особенно низко, ставя чашу Касару, я не выдерживаю. Возможно, при отце аскадцев нужно молчать, но я не буду.

— Ты что-то уронила, — ледяным тоном произношу, не отрывая от неё взгляда.

И все мужчины сразу переводят на меня удивлённые взгляды.

— Что? — мило улыбнувшись мужчинам, натянуто спрашивает она у меня.

— Гордость и грудь, — отвечаю как есть, глядя ей прямо в глаза.

У девушки тут же вспыхивают щёки, и она отходит от Касара к печи, стараясь больше не смотреть в нашу сторону.

Перевожу такой же «милый» взгляд на вторую, которая склоняется над Эйриком, и она сразу же выпрямляется, прячет взгляд и делает вид, что ничего не произошло.

А ярл хмыкает и спокойно приступает к еде, словно отмечая это для себя.

Едим мы в тишине. Лично мне замечаний не делают. Значит, отец братьев понял, что я делала и для чего. Значит…

Резко поднимаю на него взгляд, только сейчас понимая, что я-то как раз показала, что трогать нельзя обоих мужчин. Наглядно нагрубила одной и прижала взглядом другую.

Ярл это видел. Мужчины это видели.

Ой… а что дальше-то?

Эйрик поднимает на меня взгляд и подмигивает, явно довольный происходящим, а Касар кладёт руку на моё колено, тяжело, собственнически. Но я же не все реакции собрала. Одной не хватает для полного комплекта.

И когда поднимает на меня пусть и короткий, но хитрый взгляд ярл, я нервно сглатываю.

И что это означает?

Поев, Эйрик уходит с отцом, как и девушки после того, как убрали со стола, а Касар остаётся со мной, не двигаясь.

— Мирана, тебе что-то нужно? — спрашивает он участливо, но в голосе всё равно слышится напряжение.

Я же перевожу на него гневный взгляд и отвечаю немногословно:

— Хочу свободы.

Мужчина сжимает пальцы в кулаки и скрипит зубами. Он напрягается, будто сдерживает себя, и явно недоволен тем, что я вообще перечу.

— А чего ты ждал? — киваю с претензией, не собираясь отступать.

Глава 41 Мирана

— Понимания, — тихо отвечает он, и я вскидываю брови, не ожидая такого. — Ты моя истинная, и это для меня… — запинается, будто подбирает слова, что для него редкость. — Странно.