Слова даются тяжело — признавать слабость непривычно.

А он прижимается ко мне со спины, а потом и вовсе обнимает, поддерживая.

— И ты заключила сделку с аскадцами, чтобы защититься? — тихо спрашивает.

— Да, у меня не осталось выбора. Я могла защищаться с помощью магии, а сейчас… — не договариваю, потому что признавать свою беспомощность вслух не привыкла.

— Я верну тебе силу, — заверяет неожиданно мужчина.

И я поворачиваюсь в его руках и смотрю в глаза. Внимательно, пытаясь рассмотреть всё, что позволяет уходящее солнце. В его взгляде нет сомнений — только упрямство и готовность идти до конца.

Но зачем ему это?

Зачем он собирается так рисковать?

Спрашивать напрямую не буду — это глупо. Если мужчина хочет помочь, то я с радостью приму эту помощь. Знать бы ещё, какую цену придётся заплатить за неё… Вряд ли он будет помогать по доброте душевной.

— Либо докажу Касару, что правильно быть охотником, а не добычей. Либо сам с твоим незнакомцем справлюсь, — ровно произносит мужчина такие важные для меня слова.

— А у него есть магическое оружие, — рассказываю о маленькой детали, словно между прочим, но сама внимательно слежу за его реакцией.

— И это ты, конечно же, говоришь, когда я уже озвучил, что помогу, — произносит, хмыкая, намекая на мою коварность.

В голосе лёгкая насмешка, но взгляд внимательный.

— Ну так к слову не пришлось, — отнекиваюсь, пожимая плечами, будто это действительно мелочь.

— Ага, — весело отвечает он. — Я так и подумал. Пошли, а то аскадцы нервничать начнут.

— Скорее они поймут, куда мы отлучились, — хихикаю в ответ.

— Я вижу, что у них обоих есть рычаги давления на тебя, — снова ошарашивает меня мужчина.

И вот не зря я ещё в замке заметила его наблюдательность.

— Тебе показалось. Просто мы заключили договор, — отвечаю непринуждённо и, отвернувшись, первая иду к выходу, чтобы он не видел выражения моего лица.

Мне есть что ответить. Есть что признать. Но ему не стоит об этом знать. По сути, я не доверяю ни одному из мужчин.

Ни Касару. Ни Алрику. Ни Эйрику.

Так что лучше пока на этом остановиться.

Глава 23 Мирана

И так как солнце уже заходит за горизонт, мы располагаемся на кухне, чтобы убедиться, дракон ли это нападает на деревни или мужчине показалось. Снаружи быстро темнеет, небо стягивается холодной синевой, и в нашем окне отражается только тёплый свет печи и пары свечей.

— Нужно, чтобы кто-то нёс дозор на улице, — произносит Алрик и отпивает отвар из деревянной чаши.

— Зачем? — с подозрением уточняет Касар.

— Если верить словам мужчины, то дракон улетел в сторону западных гор и, скорее всего, прилетит именно оттуда, а мы как раз на его пути. И лучше сделать так, чтобы мы могли его раньше заметить, чем он подлетит к нам. Мы же не знаем, должен ли он воздействовать целенаправленно или всегда под его тенью всё пропадает, — спокойно и развёрнуто отвечает Алрик.

— Согласен, — задумчиво тянет Эйрик. — Я пойду.

Касар кивает, а мы остаёмся ждать. Печь растоплена, отвар наварен, я ужином накормила мужчин помимо обеда. Конечно, все были в приятном шоке, что я вообще решила готовить.

Это они просто не знают о том, как Касар умеет убеждать.

Но время тянется медленно, а движения никакого. За окном только ветер и редкие снежные хлопья, которые в свете луны кажутся почти серебряными. Уже несколько раз сменяются мужчины, а я начинаю откровенно клевать носом.

— Вы смотрите, а я пойду искупаюсь, — заявляю, допивая из чаши и потягиваясь.

— Это не лучшая идея, — произносит Касар, вернувшийся с улицы.

Он греет руки у печи и наливает себе побольше отвара, чтобы согреться. Находиться несколько часов на улице сейчас — такое себе удовольствие.

— Если что, вы меня позовёте, и я быстро оденусь, — отнекиваюсь и иду к двери, чувствуя на себе взгляд.

— Мирана, — предупреждающе рычит Касар.

— Очень быстро, — фыркаю, закатывая глаза, и всё же выхожу, ощущая за спиной его недовольство.

Мне нужно искупаться, потому что ещё с прошлой ночи, так сказать, следы наших игр с Алриком на коже, и это неприятно. Так что я точно воспользуюсь бадьёй, которую заприметила в одной из комнат.

Натягиваю себе тёплой воды, подогретой на печи, пока Эйрик подкидывает поленья. Прихватываю свечи и расставляю рядом с бадьей, чтобы можно было хоть что-то рассмотреть.

И когда пар поднимается мягкими клубами над бадьей, с радостью раздеваюсь и опускаюсь в горячую воду.

— Как же хорошо, — блаженно произношу и кладу руки на края, отмокая.

Горячая вода обволакивает тело, расслабляет мышцы, смывает остатки напряжения. Откидываю голову назад и прикрываю глаза. Вот так бы немного полежать и расслабиться.

Прилетит дракон — так Мерзаль меня первым найдёт, не то что мужчины.

И тут…

— Расслабляешься? — мужская рука накрывает моё горло спереди, и я распахиваю глаза.

Эйрик зашёл бесшумно и подкрался. Я даже не поняла, что он здесь.

— Что тебе нужно? — хрипло спрашиваю, растерявшись от такого вторжения. — Может, позже поговорим? — намекаю ему, чтобы убирался отсюда прочь.

Но он мужчина догадливый, намёки понимает — и совершенно им не следует.

— Я сам решу, где и когда мы будем разговаривать, — жёстко рубит.

А потом его дыхание щекочет кожу на шее, и я понимаю, что ему видно слишком много. Пламя свечей дарит полноценный свет. Как только это окончательно до меня доходит, дёргаюсь, чтобы опуститься ниже. Но он сжимает пальцы на моей шее, не до боли, но достаточно, чтобы удержать.

— Мирана, в твоих интересах, чтобы я остался к тебе благосклонным, — пониженным тоном произносит он, и случается то, к чему я совершенно не готова.

Его вторая рука медленно оглаживает моё плечо, а после спускается по ключице и достигает груди. Вода уже не кажется такой горячей — по коже бегут мурашки.

— Руки убери, — шиплю на него и поднимаю руки, чтобы защищаться.

— Лучше лежи смирно, и мы быстро поговорим, и я уйду, — предупреждающе произносит он, и я замираю.

— Эйрик, это в наш договор не входит, — ледяным тоном произношу, стараясь сохранить достоинство, даже сидя обнажённой в бадье.

— То, что ты будешь трахаться за спиной брата с другим, тоже не входило, — жёстко отвечает он, и я закусываю губу.

Да что ж такое.

Почему все всё узнают так быстро?

За странную близость с Касаром я уже получила свою порцию жестокости, которая вылилась в искромётный секс. А за секс с Алриком что получу? Эйрика?

Как-то не очень.

— И что с того? — иду в атаку, потому что я не обязана хранить верность Касару.

— Если так легко раздвигаешь ноги, тогда и передо мной раздвинь, — выдаёт он совершенно странную вещь, и одновременно его пальцы достигают груди.

Он сжимает сосок между пальцами и прикусывает зубами мочку уха.

— Эйрик, ты спятил? — смеясь тихо, уточняю. — Я не лягу под тебя, — отрезаю твёрдо.

Да пошёл он. Он угрожает мне на каждом шагу. Действительно ненавидит — не как Касар… Хотя вроде бы и тот по-настоящему. Что-то я запуталась в этих аскадских ненавистях. Где правдивые, а где показные, потому что так нужно.

— Уверена? — азартно спрашивает он.

И вот совсем мне не нравится этот тон.

— Если заставишь шантажом, то это не считается, — сразу же ставлю условие.

Он может. Он может поставить мне такие условия, что выбора не будет. Хотя теперь у меня есть козырь — Алрик согласен мне помочь.

Но сейчас я не откажусь ни от какой помощи и защиты, пока рядом незнакомец и дракон. Лучше я буду рядом с тремя мужчинами, чем выберу сторону и просчитаюсь.

— Думаешь, я буду угрожать, чтобы ты раздвинула передо мной ноги? — будто оскорблённо переспрашивает.

Если честно, то так и думала.

Поворачиваю голову в его сторону и стараюсь игнорировать то, что он сейчас ласкает едва прикрытую водой грудь. И, если честно, это приятно — предательски приятно.