И получается, пока я думала, что его поступок продиктован ревностью, он, оказывается, думал о нашей безопасности. Неожиданно…

— Когда на ночёвку остановимся? — спрашиваю у Касара, пока Эйрик пыхтит рядом, явно недовольный.

— Устала? — с каким-то странным подтекстом спрашивает мужчина, чуть крепче удерживая меня.

— Есть немного, — неуверенно отвечаю, чувствуя, как напряжение всё же даёт о себе знать.

— Тогда можем вот там, — он указывает на высокую сосну и небольшую поляну возле неё. — Разведём огонь и отпугнём диких животных.

— Много водится? — тут же уточняю, невольно оглядываясь по сторонам.

Я сама жила в лесу, но сказать, что рядом было много дикой живности, не могу. Скорее, хищники уходили дальше вглубь и не показывались на глаза.

— А брат тебе сейчас не ответит, верно, — с явной обидой в голосе вклинивается в разговор Эйрик.

— Это ещё почему? — с возмущением отзывается Касар.

— Несколько поселений сгинуло, и животные это чувствуют. Они перемещаются, и где мы их встретим в следующий раз, непонятно, — поучает нас Эйрик, бросив короткий взгляд вглубь леса.

На это я закатываю глаза, но запоминаю, что лучше кинжал держать поближе.

И на этой «приятной» ноте мы спешиваемся. Мужчины разводят огонь, быстро, привычно, а потом кидают на снег походные подстилки для сна. На минуточку — две.

И я выбираю одну из них и сажусь, чтобы погреть руки. Мелкий снежинки кружит вокруг, снег под ногами хрустит и потрескивает от мороза, а огонь постепенно разгоняет холод.

Ужинаем тем, что нам собрали в деревне, и наступает именно тот самый опасный момент — когда нужно понять, как ночевать.

Подстилки две, а нас трое.

— И как мы будем их делить? — спрашиваю, смотря на мужчин по очереди. — Может, кинете накидку, и я на ней усну? — сразу предлагаю, надеясь избежать лишних споров.

— Не получится, ими укрываться будем, — отрезает Касар. — Ложись ко мне под бок, так теплее будет, — сразу же предлагает и кривовато ухмыляется, явно не только о тепле думая.

— Это ещё почему? — вступает в разговор Эйрик, сразу напрягаясь. — Мирана может ко мне лечь спать.

— Нет, не может! — протестует Касар. — Ты сам говорил, что доверять ей нельзя, так вот и отступись.

— Касар, не передёргивай. Она будет спать со мной, — парирует зло Эйрик.

И пока мужчины продолжают доказывать друг другу, кто прав, и делить меня, решаю устроиться посередине. Они как раз постелили подстилки рядом, чтобы можно было перекусить всем вместе.

Достаю кинжал и кладу рядом с головой, чтобы удобнее было дотянуться в любой момент. Аскадцы, конечно же, не возят с собой даже подобия подушки. Они суровы, как и их край бесконечных зим и снегов.

— Спокойной ночи, — гаркаю им, чтобы перекричать, а они уже и толкать друг друга в грудь начали.

Видимо, словами выяснять отношения уже мало — рукопашная пошла. После моего заявления наступает тишина, и, судя по всему, только сейчас они замечают, что я уже улеглась.

Слышу, как оба тяжело пыхтят, и решаю поставить точку в нашем противостоянии.

— Если кому-то не нравится такая позиция, то может пойти поспать на сосне, — ставлю перед фактом и тяжело вздыхаю.

Вообще-то это я должна была кричать и спорить. Аскадцы столько сделали ведьмам, что я должна буквально их проклинать. Но вот в чём загвоздка… не могу.

Они ничего, почти ничего, не сделали мне. К тому же я их бросала не раз и обманываю до сих пор. Поэтому мы в некотором роде квиты, и это вынужденное перемирие — пока не решу, что делать, и не вернётся Мерзаль.

Поток мыслей прерывается, когда чувствую на своей талии и бедре по горячие ладони. А это зачем?

— Руки свои держите при себе, — тут же отзываюсь на такое.

— Молчи, девчонка, — фыркает Касар и придвигается ближе.

Теперь я оказываюсь чуть ли не нос к носу с ним. Мужчина ещё и подкладывает свою руку мне под шею, чтобы было удобнее. А Эйрик тем временем пристраивается сзади и сжимает пальцы на моём бедре.

И это всё через ткань платья и шубы, но я всё равно чувствую их прикосновения. Будто они касаются не через одежду, а прямо кожи — горячо, обжигающе, слишком ощутимо.

— Вы руки уберёте? — уточняю с претензией.

На что получаю синхронное рычание. О, как… сговорились.

— Я тебя недостаточно крепко обнял? — нагло спрашивает Касар и придвигает меня ещё ближе, окончательно лишая пространства.

— А может, я недостаточно? — шепчет на ухо Эйрик так соблазнительно, что я волей-неволей реагирую на его голос.

— Не-не… — поспешно отвечаю. — Всё хорошо.

— Спи, — командует Касар.

И на некоторое время наступает тишина. Каждый из нас знает, что мы не спим, потому что при таком напряжении невозможно расслабиться.

Между нами будто звенит что-то. Оно натянуто и сейчас будто вздрагивает, не давая отойти друг от друга подальше.

— Я переживаю о Мерзале, — выдыхаю на грани слышимости.

Потому что терпеть это напряжение уже невозможно. И оно очень странным образом влияет на меня… будто раскрывает изнутри, вытаскивает наружу то, что я привыкла держать под контролем и при себе.

— Он боевой кот и сможет о себе позаботиться, — мягко отвечает Касар.

— Да, — соглашаюсь с ним и поворачиваю голову к Эйрику. — А ты как думаешь, он справится?

— А у тебя есть сомнения? — ухмыляясь, спрашивает мужчина.

— Его долго нет, — делюсь самым большим опасением.

— Ты бы почувствовала, если бы с ним что-то произошло? — спрашивает Касар и поворачивает меня за подбородок, заставляя сосредоточиться на себе.

— Да, — тихо и почти растерянно отвечаю, прислушиваясь к себе.

— Значит, спи, он вернётся, вот увидишь.

— Ну да, — соглашаюсь и прикрываю глаза.

Глава 34 Мирана

И через какое-то время у меня даже получается уснуть, как и у мужчин. А потом происходит что-то странное.

Меня будто колышет на волнах в лодке. Не сильно, но довольно ощутимо. Хотя мне не снится вода как таковая, и что это такое, понять не могу. А потом вдруг «лодка» меняет направление, и ощущение становится ещё страннее.

Но и эта странность пропадает под градом ощущений — таких обжигающе требовательных, что игнорировать уже невозможно. А ещё я слышу шёпот, но не могу разобрать слов.

И шепчет мужчина раз за разом — настойчиво, хрипло и тихо.

И хоть и не сразу, но у меня получается разобрать шёпот.

— Ведьмочка, просыпайся или трахну так, — шепчет Эйрик, и я чувствую укус за шею, острый, будоражащий.

Резко распахиваю глаза и ничего не могу понять. Вместо костра я вижу только снег и сосны. И небо стало ближе и… я стою.

А потом встречаюсь с полыхающими жёлтыми глазами Эйрика. Точнее, это взгляд волка внутри него. Мужчина может даже и не осознавать, но его волк пробивается наружу, давит, требует.

— Эйрик, что происходит? — ломаным после сна голосом спрашиваю, всё ещё не до конца приходя в себя.

— Сил больше нет, — надрывно произносит он. — Когда ты привораживала брата и меня зацепила, ведьма, — последнее слово он произносит как ругательство, сдерживая что-то внутри.

— И что ты?

Договорить у меня не получается, потому что он впивается мне в губы страстным поцелуем, а я хватаюсь за его шею, чтобы не рухнуть в снег.

И только сейчас начинаю чувствовать спиной сосну, потому что Эйрик усиливает напор, буквально вжимая меня в неё. Он уже расстегнул мою шубу и проник под подол платья, даже не развязывая его, действуя быстро, жадно, будто времени нет.

И когда он сдвинул трусики и коснулся складочек пальцами, волна жара прокатилась по животу, резкая, неожиданная, выбивающая дыхание.

Боги… что ж это такое?

Меня тянет к нему так, что оторваться не могу. Одновременно хочу прибить — и сама запрыгнуть. Кричать, драться и оседлать его.

Проезжаюсь ногтями по его шее, и он тихо рычит, продолжая распалять меня, будто ему мало, будто он специально ведёт меня дальше. Но мне этого тоже мало.