Ср.: Притчи, 1,8. Издатель справедливо отмечает, что этот пассаж принадлежит скорее к Предисловию, чем к главе 1, как это сделано в издании, сохраняющем композицию рукописи.

Ср.: Притчи, 1,5.

Ср.: Const. Porph. De cerem. Р. 5.2-4.

Константин утверждает принцип простоты и ясности стиля изложения (см.: Moravcsik Gy. Τα συγγραμματα Κωνσταντινου τον Πορφυρογεννητου απο γλωσσικης αποψεως // Acti del V Congresso internazionale di studi bizantini. Roma, 1939. T. I. P. 518-520).

О значении античной словесности как образца для византийской риторики см.: Hunger H. On the Imitation (Mimesis) of Antiquity in Byzantine Literature // DOP. 1969/1970. T. 23/24. P. 17-38; Beck H.-G. Das byzantinische Jahrtausend. S. 147 ff.

Ср.: Const. Porph. De them. P. 82.13; 83.21.

Термин εθνος применялся к этническим группам населения, противопоставлявшимся ромеям. Для византийцев — это иноверцы и язычники (ср.: Const. Porph. De cerem. (Р. 58. 13-16) или иноземцы, например, франки (ср.: Ibid. Р. 749.12-13), болгары (ср.: Leon. Diac. Hist. Р. 79.6-7). См.: Treitinger О. Die ostroemische Kaiser- und Reichsidee. S. 78-79; Lechner K. Hellenen und Barbaren im Weltbild der Byzantiner. Muenchen, 1954. S. 51. О политической теории, которой руководствовались византийцы в отношениях с чужеземцами (ετθη), см.: Ostrogorsky G. Die byzantinische Staatenhierarchie. S. 49-53.

Здесь: посланник (Treitinger О. Apokrisiarios // Reallexicon fuer Antike und Christentum. Stuttgart, 1942. Bd. I. S. 501-504). Как обозначение секретарской должности термин зафиксирован в VI в. в Оксиринхских папирусах (Oxyrhinchus Papyri / Ed. В. Р. Grenfeld, A. S. Hunt. L., 1898. Р. 144.15), но и в ранневизантийских источниках употреблялся в значении "вестник", "посланник", "посол" (см., например, у Исидора Пелусиота — PG. Т. LXXVII. Col. 1225 А). В этом наиболее распространенном значении термин употреблен и Константином. С IX в. апокрисиарием называли иногда и просто посредника, агента (например, у патриарха Тарасия — PG. Т. XCVIII. Col. 1476 С etc). См.: Sophocles E. A. Greek Lexicon. Vol. I. Р. 222.

Этот заимствованный из латинского языка термин (лат. obses) (ср.: 1.21; 7.5 и след.; 8.13 и след.; 45.142) употреблялся для обозначения заложников в византийских памятниках и до Константина Багрянородного (см.: Du Cange С. Glossarium. Vol. II. Р. 1073).

Об эпитетах, применявшихся по отношению к Константинополю, см.: Fenster E. Laudes Constantinopolitanae.

По Д. Моравчику, это куратор апокрисиария (ср.: Vogt A. Basile Ier, empereur de Byzance et la civilisation byzantine a la fin du IXe siecle. Р., 1908. Р. 166; Brehier L. Les institutions. P. 302; Emerceau A. Apocrisiaires et apocrisiarat. Notes de rapocrisiarat, ses varietes a travers l'histoire // Echos d’Orient. 1914. Vol. 17. P. 289-297, 542-548). Функции апокрисиария зависели и от ранга того, кого он представлял, и от ранга того, к кому он был послан. Различались светские и церковные апокрисиарии. Среди первых можно выделить царских и воинских посланников, среди вторых — патриарших, епископских, монастырских и т.п. В обязанности апокрисиариев входили и функции наблюдателей (Koev Т. Die Institution der apokrisiarioi // ЕВ. 1978. № 4. Р. 57-61).

Cp.: DAI. 6.2-3; 37.49. О терминах, обозначающих понятия географической близости, см.: Дюно Ж.-Ф., Ариньон Ж.-П. Понятие "граница". С. 69-73.

"Округ" (μερος) — здесь, очевидно, соответствует техническому термину "фема" (см.: Pertusi A. La formation; Karayannopoulos J. Die Entstehung). Фема, официально называвшаяся "Климаты" (см. коммент. 15 к гл. 1), именовалась и по ее столице — Херсону (ср.: Const. Porph. De them. Р. 98-100; 182-183; DAI. 42.39-54). Оставшись в стороне от движения варваров (прежде всего гуннов), Херсон (античный Херсонес) в IV-V вв. сохранял значение восточного форпоста Восточно-Римской империи. Замечание Захария Ритора (VI в.) о том, что в Херсоне "живут люди воинственные и варварские", недостаточно для заключения о преобладании в городе в этот период "варварского" населения. Из надписи императора Зенона (488 г.) известно, что в Херсоне находился хорошо вооруженный гарнизон; в городе функционировало и налоговое ведомство — викарат (Шестаков С. П. Очерки. С. 95 и след.; Якобсон А. Л. Раннесредневековый Херсонес. С. 22). В конце V — начале VI в. в городе велось интенсивное крепостное строительство (Якобсон А. Л. Средневековый Крым. С. 19 и след.). В VI в. возобновилась чеканка собственной бронзовой монеты (Соколова И. В. Монеты). Херсонская церковная епархия существовала с начала IV в. Несмотря на более заметные, чем в других городах империи, черты хозяйственной автаркии, Херсон в ранневизантийский период представлял собой провинциальный центр, доминировавший в Таврике. Некоторый упадок Херсона в VII — первой четверти IX в. (прекращение выпуска собственной монеты, ослабление торговых связей с Константинополем) связывается как с распространением на Таврику власти хазар, так и с общим кризисом византийского города в эту эпоху (Якобсон А. Л. Крым. С. 29 и след.: Он же. Раннесредневековый Херсонес. С. 35 и след.; ср.: Шестаков С. П. Очерки. С. 36; Соколова И. В. Монеты). Спорным остается вопрос о пределах херсонского самоуправления в конце VII — начале VIII в. в связи с появлением титула "протополита" Херсона (Theoph. Chron. Р. 377.22-380.8), т.е. его "первого гражданина" (Соколова И. В. Монеты. С. 107 и след.). Согласно мнению ряда ученых, Херсон был вплоть до 833 г. "независимым" городом-государством, находившимся в дружественных отношениях с Византией (Соколова И. В. Администрация Херсона. С. 207-209; Toynbee А. Constantine Porphyrogenitus. Р. 270). Вряд ли, однако, можно говорить о полной его независимости. Неоднократные военные экспедиции в Херсон при Юстиниане II свидетельствуют о большом значении, придававшемся городу в Константинополе и в это время (Чичуров И. С. Византийские исторические сочинения. С. 39-42, 62-65, 128-133). К середине VIII в. позиции Византии в Юго-Западной Таврике ослабели; постепенно расширялось влияние хазар, появившихся в Херсоне уже около 710 г. (Васильевский В. Г. Труды. Т. II, ч. 2. С. 397-400; Dunlop D.M. The History. Р. 174). Утверждение хазар в Юго-Западной Таврике привело к нарушению торговых связей между поселениями этого района и Херсоном, к упадку земледелия и сокращению хлебной торговли Херсона (Якобсон А. Л. Раннесредневековый Херсонес. С. 37; Баранов И. А. О восстании Иоанна Готского // Феодальная Таврика. Киев, 1974. С. 157). Эта ситуация отразилась и в сообщениях Константина Багрянородного (см. гл. 53). В 833 г. император Феофил с целью укрепления позиций Византии превратил Херсон в административно-военный округ империи — фему, поставив во главе ее стратига (DAI. 53; Theoph. Cont. Р. 123-124). Под его начало попали местные правители — архонты (Theoph. Cont. Р. 123-124). К этому периоду относятся и известные восстания херсонитов, сопровождавшиеся изгнанием императорских стратигов (например, в 891 г.: Georg. Mon. Cont. Р. 855; Theoph. Cont. Р. 360). Однако ко времени написания трактата "Об управлении империей" Херсон оставался для Византии главным аванпостом ее внешней политики в Северном Причерноморье. Фема Херсона (или "Климаты") зафиксирована во всех известных тактиконах IX-X вв. (Oikonomides N. Les listes; ср.: Benesevic V. Die byzantinischen Ranglisten // Byzantinisch-neugriechisches Jahrbuch. 1926-1927. Bd. 5. S. 123). О Херсоне в связи с фемной организацией см. также: Const. Porph. De them. Р. 182-183; DAI. II. Р. 153-156, 205-209. Во времена Константина Багрянородного Херсон играл видную роль в системе византийско-печенежско-хазарско-русских отношений. Часть печенегов, вклинившись в земли между Хазарией и подвластными ей крымскими городами, прервала их связи. Попытки хазар вытеснить оттуда печенегов потерпели неудачу (Плетнева С. А. Печенеги. С. 213 и след.). С этой ситуацией связано сообщение Константина о "близости" печенегов к Херсону и об "окружении" ими Боспора. Для локализации "Печенегии" в южнорусских степях в первой половине X в. существенно, что связи Византии с печенегами около 917 г. (миссия Иоанна Вогаса; см. коммент. 1 к гл. I) осуществлялись через Херсон (Theoph. Cont. Р. 390.1; Georg. Mon. Cont. Р. 807; Zonar. Epit. Р. 464.14-15). По-видимому, основная масса печенегов располагалась к северу от Крымского полуострова, в междуречье Дона и Днепра (ср. гл. 8) (Божилов И. България. С. 40). Ко времени составления сочинения Константина Херсон находился под властью византийской администрации (Sorlin I. Les traites. Р. 447 sq.), о чем свидетельствует русско-византийский договор 944 г. (Mikucki S. Etudes sur la diplomatique russe la plus ancienne, les tr aites byzantino-russes du Xe siecle // Bulletin International de l'Academie Politique des Sciences et des Lettres. 1953. Suppl. 7. P. 11-12; Wosniak F. The Nature. P. 144 sq.; Сахаров A.H. Дипломатия Древней Руси; Литаврин Г. Г. Русско-византийские связи. С. 41-52). Возобновившаяся с 866/867 г. чеканка собственной бронзовой монеты продолжалась в Херсоне вплоть до конца X в.; тогда же в Херсоне функционировали чиновники византийского таможенного ведомства — коммеркиарии: их печати X в. обнаружены там (Соколова И. В. Администрация Херсона. С. 208).