Я даже на самом деле не уверен, что тысячи лет назад и иглоходы и плетевики «завелись» на Земле, придя из одного мира. Может, они были из разных сопряжений и уже здесь образовалась их соседство в пищевой цепочки? Помнится, в Храме Наук Предтеч предлагали такую гипотезу.

Но через порталы или нет, всё же плетевики приходили спустя двадцать один день после иглоходов – это была аксиома.

На это я и рассчитываю сейчас.

– Анхарт, – тихо произнесла Мирослава, почесывая кошку.

– Что? – спросил я.

– А в твоём прошлом были Срезы? – спросила она.

И именно в этот момент я понял, что всё рассчитал верно. А потому с улыбкой ответил:

– В эпоху Предтеч монстры приходили на Землю из порталов, а не Срезов. Приходили огромными стаями и пытались здесь обосноваться…

Я внимательно следил за реакцией девушки и за окружающей обстановкой. Мира чуть нахмурила брови и резко повернулась в мою сторону.

– Что? – снова улыбнулся я. – Задумалась, почему решила вдруг спросить про Срез?

– Срез, – произнесла девушка и тут же посмотрела на меня. На лице промелькнуло замешательство, быстро сменившееся на удивление. – Нет, подожди… Я чувствую его, но как будто знаю, что он ещё не пришёл.

Она начала водить головой из стороны в сторону, проверяя собственные ощущения. Прислушивалась… и даже принюхивалась.

– Мира, – спокойно произнёс я. – Ты всё правильно чувствуешь.

– Ты знал, что сегодня будет Срез, – выдохнула она. – И не предупредил, потому что ждал, когда я сама его почувствую.

– Не знал, но рассчитывал, – поправил я. – И ты, – я выразительно посмотрел ей в глаза, – только что подтвердила мой расчёт.

Взяв рацию, я твердо произнес:

– Всем, внимание! Срез через несколько минут. Готовность к бою! Огонь только по моей команде. Ждём, пока плетевики максимально покажут себя над землёй, не раньше.

Спустя пару минут воздух над пустырём начал густеть. Серо‑белесая пелена поползла сразу отовсюду, кошка зашипела и выгнула спину.

Видимость вокруг резко упала метров до десяти.

Рации захрипели и смолкли. Всё свое внимание я сосредоточил на Рунах Ощущения и Реакции, прощупывая окрестности. Пока ничего… Бойцы на местах, Петрович и Игоша у «Егеря», Рух снова взмыл в небо.

Туман стоял неподвижно. Ни движения, ни звука.

Плетевики не появились, даже когда туман уже развеялся. Учитывая многокилометровые радиусы Срезов…

– Может быть появились в другом месте? – напряженно прошептала Мирослава.

– Это не имеет значения, – покачал я головой. – Ждём.

Девушка понимающе кивнула. За эти дни Мирослава привыкла к тому, что у главы рода Северских есть ответ на каждый вопрос. Или хотя бы план, как этот ответ найти.

«Оно ползёт, Первый», – спустя минуту произнёс Рух.

Мерный и непрекращающийся шорох доносился издали и плавно нарастал. Сейчас я уже и сам через одну Руну ощущал подземное движение, которое не останавливали ни камни под землёй, ни корни. И двигалось оно невероятно быстро.

А через другую Руну я чувствовал Скверну.

– Готовность, – произнёс я, достав «Северный ветер».

Вибрация усилилась, и теперь её уже чувствовали все.

Земля вспучилась в трёх метрах от арматурных стержней. Сначала показался бугор, потом он лопнул, и из разрыва начало медленно подниматься длинное туловище серо‑зелёного цвета. Оно было покрыто подвижными отростками, каждый толщиной с руку, которые непрерывно шевелились, ощупывая воздух. Тварь извивалась, выбираясь из грунта. Она казалась бесконечно длинной – метр, два, три, тело всё лезло и лезло строго вверх.

…Чтобы набрать нужную высоту и пойти вниз, прихватив с собой одну из жертв.

Через секунду из другой точки показалось ещё одно тело, а потом ещё и ещё. Пять червеподобных тварей, каждая длиной метра четыре, поднимались из‑под земли.

У каждой из пяти тварей была своя энергетическая система, правда крайне необычная. Это были не полноценные Источники, а скорее блёклые копии чего‑то единого. Тела монстров под землей были куда длиннее и толще, чем‑то, что показалось снаружи. И все пять нитей‑тел под землей тянулись к одной точке – туда, откуда поднималась шестая, самая толстая тварь.

– Это один монстр, – сказал я.

– Что? – нахмурилась Мира.

– Пять тел, но одно Ядро. Они соединены.

Из земли тем временем вылезло основное тело. Оно было заметно толще и короче остальных, плотно покрыто мелкими отростками и пульсировало неровным зелёным свечением. Именно в нём билось Ядро.

Выстроенный из арматур контур сдержания сработал как раз в тот момент, когда центральное тело полностью оказалось внутри треугольника. Энергетические нити между стержнями натянулись и загудели. Плетевик дёрнулся, его щупальца заметались, пытаясь нащупать преграду.

А едва нащупали, как тут же начали яростно хлестать по невидимым стенам.

– Огонь! – скомандовал я.

Загрохотали автоматы и «Слонобой» Петровича.

Пули входили в плоть плетевика, и из появлявшихся дыр сочилась бурая жидкость. Отросток, по которому стрелял Лапа, получил с десяток попаданий. Часть его обмякла.

И тут же начала восстанавливаться…

Я запустил несколько воздушных копий по разным отросткам. С неба спикировал Рух, обрушившись на ближайший отросток узкий прицельный поток пламени, ударив точно в сочленение с центральным телом. Зашипела плоть, и отросток, отвалившись, продолжил корчиться на земле.

«Вот так их и надо жарить, – с удовлетворением прокомментировал Рух».

Обрубок задымился, потемнел и затих. А от центрального тела уже тянулся новый росток, заменяя утраченный.

Я двинулся вперёд, замахнувшись «Северным ветром».

Ближайший отросток уже разворачивался в мою сторону, когда лезвие ятагана прошло через хрящ и мышцу. Обрубок шлёпнулся на землю и задёргался.

Слева просвистели пули – Мирослава стреляла из‑за валуна. Уплотнив правое предплечье до знакомого матового оттенка, она гасила отдачу и пускала очереди точно по центральному телу. Пули рвали шкуру монстра, не давая ему сосредоточиться на регенерации отростков. А когда один из них метнулся к девушке, она тут же перенесла огонь на него, всадив полмагазина в основание. Уже через миг Мира откатилась за камень, пропустив ответный хлёст над головой.

Я переключился на второй отросток и рубанул наотмашь. «Северный ветер» рассёк туловище в двух местах, средняя часть вывалилась и шмякнулась мне под ноги.

Сразу после этого я добежал до следующего отростка. Стреляющий по нему Клин переключился на другую цель.

«Рух!» – мысленно позвал я старого друга.

Огненная птица пикировала снова и снова, прижигая обрубки, и не давая им регенерировать. Каждый раз Рух идеально определял точку, куда нужно бить, пока плоть монстра не успевала затянуться.

«Видишь? – хвастливо прозвучал его голос в голове. – Точечный прожиг. Червяк не успевает нарастить новую кожу, если жечь правильно. Эти твари за тысячи лет нисколько не поумнели».

«Меньше хвались, больше жги», – ответил я, уходя от хлёсткого удара последнего оставшегося отростка.

Я разрубил ещё одно туловище, после чего контур удержания лопнул – время вышло. Арматурные стержни вылетели из земли, а энергетические нити рассыпались искрами.

И плетевик мгновенно изменился – уцелевшие отростки перестали атаковать и все туловища разом нырнули в землю. Перед нами остались лежать только умертвлённые и обгоревшие обрубки.

Что ж… для начала неплохо, я считаю.

Теперь второй раунд.

– Назад! – крикнул я, схватив Миру за плечо и оттащив от валуна.

Грунт в центре пустыря вздыбился. Из разлома, во все стороны швыряя камни и комья, вылезло гигантское тело. Плетевик собрался воедино. Он поднялся над землёй метров на шесть и продолжал расти, выталкивая себя из грунта мощными волнообразными сокращениями.

Тело его стало плотнее и толще. Мелкие отростки выходили из него, пытаясь жадно отыскать, за что бы зацепиться.

Теперь перед нами стоял единый монстр, похожий на гигантского пустынного червя из тех кошмаров, которыми в древности пугали друг друга кочевые народы Южных Пустошей.