– Хм… – задумчиво протянул я.

Пучков думает, что я до сих пор прежний Северский и попытается меня прогнуть? Или даже «занять» ещё немного денег?

– Лично вас, – твердо произнес он. – Говорит, хочет обсудить всё с глазу на глаз с господином Северским. Без посредников. Вот только место он выбрал… Интересное. Ресторан «Старый мост». Это в самом центре, на Волжской набережной. И вот тут, Антон Игоревич, есть один нюанс…

Браунштейн сделал паузу, и я слышал, как он задумчиво постукивает пальцами по столу.

– «Старый мост» не просто ресторан, – хмуро продолжил юрист. – Формально он принадлежит дворянскому роду Лапиных. Род мелкий, без особых активов и влияния, но вот что любопытно: ресторан стоит в одном из лучших мест города, и при этом никто его не трогает. Рядом нет ни намека на криминал, а другие аристократы не пытаются отбить такой хороший кусок земли у слабого рода. Для заведения без покровителя это выглядит крайне подозрительно…

Я не торопил его, молча ожидая, когда Браунштейн продолжит.

– Ходят слухи, что «Старый мост» – любимое место Андерсона, – осторожно произнёс юрист, спустя несколько секунд. – Самого Андерсона в лицо, как водится, мало кто знает. Но его смотрящие там появляются регулярно. Ведут дела, принимают людей, ужинают – это, если хотите, нечто вроде неофициальной приёмной. Нейтральная территория, где можно спокойно поговорить, и при этом все понимают, под чьей защитой находятся территория. И именно в такое место вас пригласил для беседы ваш должник.

Он замолчал, ну а я задумался. Пучков мог выбрать «Старый мост» по разным причинам. Может быть там кухня хорошая, и он просто любит там ужинать? Возможно?

Возможно.

Но вся ситуация больше походит на то, что преподаватель из Академии хочет продемонстрировать, что за его спиной стоит очень значимый покровитель. А может и вовсе, встречу организовал не сам Пучков, а кто‑то другой через него.

В любом случае, отказываться я не собирался. Тысяча рублей – приятный бонус, но куда интереснее то, что скрывается за этим приглашением.

– Когда? – спросил я.

– Сегодня в семь вечера.

– Принято. Буду.

– Антон Игоревич, – голос Браунштейна стал серьёзнее. – Будьте осторожны. «Старый мост» – место тихое, там не стреляют и не дерутся. Но именно в таких тихих местах иногда принимаются решения, от которых потом бывает очень громко.

– Учту, Виктор Валерьевич. Спасибо.

Барон Кирилл Савельевич Фролов, доверенный вассал его светлости герцога Алвареса‑Потехина, ненавидел Ярославль.

Ненавидел его кривые улицы, его провинциальную неторопливость и тупоголовых людей, которые здесь жили. Из всех городов Империи, куда герцог мог его послать, Ярославль был наказанием. Не официальным, конечно. Официально это называлось «ревизионной поездкой для оценки состояния региональных активов».

«Проверишь рынки, наведёшь порядок в бумагах, разберёшься с арендаторами. Заодно проветришься».

Проветришься! Фролов скрипнул зубами. Уже который день он «проветривался» в этой дыре, разгребая бумажные завалы. Рынки приносили стабильный доход, но документация пребывала в таком состоянии, что иной раз Фролов задумывался – лучше бы эти рынки давно сгорели к чертям собачьим.

«Вот вернусь – и обязательно осторожно намекну герцогу, что лучше продать все эти земли под будущие высотки или торговые центры. В очередной раз намекну… Может, однажды до него дойдет… А может и сам заинтересуется и построит здесь современные кварталы? Эти провинциалы только порадуются!»

И вот сегодня утро снова началось с кипы бумаг. Фролов сидел в своем номере, высшего класса, на последнем этаже гостиницы «Волжская», а перед ним лежали отчёты по Сенному рынку, и цифры в них не сходились так отчаянно, что впору было заподозрить не халатность, а целенаправленное воровство.

– Ваше благородие, – в дверь постучал секретарь, единственный толковый человек, которого Фролов сумел найти в этом городе. – Управляющий «Старого города» прибыл. Ожидает внизу.

– Пусть ждёт, – буркнул Фролов.

«Старый город» был крытым вещевым рынком, и с ним было проще всего. Но даже там… даже там нужно было разбираться!

– И ещё, ваше благородие…

– Что? – нахмурился барон.

– Помните, вчера вам звонили со склада конфискованного имущества? Говорят, вы так не перезвонили.

Фролов раздражённо отмахнулся. Склад! Какой ещё склад? Там всё давно решено: грузовик просто стоит, ждёт, когда суд закончится и машину можно будет официально передать. Стекло вставили, салон привели в порядок. Чего названивать?

– Потом, – отмахнулся он.

Секретарь кивнул и исчез.

Следующие два часа Фролов провёл за допросом управляющего, который путался в показаниях и без конца ссылался на «предыдущее руководство». К полудню картина сложилась: управляющий воровал. Немного и аккуратно, поменьше многих, но регулярно.

– Вот что, любезный, – сказал Фролов, переключаясь на тот леденящий душу тон, который перенял у герцога. – У вас три дня, чтобы привести документацию в достойный вид. Каждый рубль должен быть учтён. Мне плевать, как и сколько вы выжимаете «в серую» у арендаторов, но доля его светлости герцога должна быть посчитана безукоризненно идеально. Второго шанса не будет.

Управляющий раскланялся и клятвенно пообещал «исправить все недоразумения».

– Иди уже, – махнул рукой Фролов. Его голова раскалывалась после вчерашнего коньяка, выпитого в одиночестве в гостиничном номере. В столице он хотя бы пил в приличной компании… Здесь компании не было.

– Костя! Кофе! – рявкнул он во все горло.

– Ваше благородие, – секретарь появился с чашкой. – Со склада снова звонили. Очень просят с ними связаться вас лично.

– Какого склада?

– Конфискованного имущества. Вчера же ещё звонили, я говорил.

– Так перезвони и узнай, в чём дело!

Секретарь удалился. Фролов погрузился в следующую папку, на обложке которой значилось «Центральный рынок, аренда 2025–2026», и почти сразу обнаружил, что половина договоров подписана задним числом. Он тоскливо взял карандаш, и в этот момент вернулся Константин с выражением лица, не обещавшего ничего хорошего.

– Ваше благородие… Они говорят, что военный грузовик возвращён владельцу.

Карандаш в руке Фролова замер.

– Что ты сказал? – прищурившись, переспросил он.

– Владелец оправдан судом. Машина возвращена ему вместе со всем содержимым. Ещё вчера утром…

Вчера утром!

А он узнаёт только сейчас, потому что дважды отмахнулся от звонка. Дважды! Потому что возился с ворующим управляющим и просроченными договорами, и пил дрянной кофе с больной головой!

– Как оправдан? – произнёс он тихо. – У вас тут что, нахрен, даже суды нормально работать не умеют⁈

– Подробностей не знаю, ваше благородие…

«Егерь‑6» с уникальным преобразователем. Его светлость герцог уже построил планы на этот грузовик… Еще тогда, когда грузовик «служил» в армии и был полностью укомплектован.

Всё же было готово! Машина должна была достаться его светлости! Он очень ждет новую игрушку для своей коллекции.

И какой‑то нищий дворянин из Иваново, у которого нет ни денег, ни людей, ни влияния, сумел всё перечеркнуть?

– Костя, – голос Фролова стал очень тихим.

Секретарь, уже выучивший, что тихий голос барона опаснее крика, подобрался.

– Подробности, – процедил Фролов. – Кто защищал Северского, кто был на суде, почему оправдали. Весь расклад, и поживее!

– Сейчас, ваше благородие.

Фролов снова отпил кофе. И снова поморщился:

– До чего же мерзкая дрянь!

Ресторан «Старый мост» занимал два этажа старинного здания с массивными колоннами. Тёмное дерево стен и полов, тяжелые портьеры вишневого цвета, мягкий желтый свет светильников – всё указывало на этакую солидность заведения. Хотя Святогор, когда мы в интернете просматривали фотографии этого места, сказал: