События, в которых ты участвовал, изменили порядок вещей, и теперь даже сами Ветра (со слов Андраша) не знают, что будет дальше. Так же никто не понимает, чего ожидать от Лаариана, сына Джерго. Уже много сотен лет никто не знает, кто такой Западный ветер».

«Весь вопрос: насколько магия крови свойственна именно Западному ветру? – написал Ульвар на полях. – Заметим: пока Запад был королём кровавых всадников, у них была эта магия, когда А. погибла, магия исчезла. Только ли потому, что исчезла вся магия? Или потому что Запад перестал быть? Вернёт ли взросление Л. кровавую магию?»

«Тут нужно сказать очень важную вещь: стихия сама выбирает человека. Никто не знает, кто будет выбран, а кто – отвергнут. Никто не знает, по каким критериям идёт отбор. Я думаю, что Западный ветер как-то связан со сновидцами, потому что испытание в замке Нандора – это испытание снами.

О сновидцах: есть те, кто видит сны, есть те, кто путешествует по снам, а есть те, кто их творит. Андраш пояснил, что Илария, дочь Ларана, была из путешествующих. Именно тем и спасла мужа. Но, насколько я понял, а я могу ошибаться, Айяна была творцом снов. Рискну предположить, что это – дар Западного ветра…».

Руэри выронила листки из рук. Ей совершенно отчётливо и ясно представился тот странный, невероятный сон, когда она летела над волнами сурового Металлического моря. И Риан… Пока принцесса спала, Ветер сидел на её балконе и ждал. И он точно знал, что она выйдет к нему…

«Я хочу тебя, а, значит, ты будешь моей. Моей женщиной, любовницей, королевой. Но сначала я хочу показать тебе, что значит быть Ветром…».

А вот те сны, в которых Руэри со всей страстью отдавалась его ласкам… Они были – чьими? И Риан… он их тоже видел? Или… У девушки так дрожали пальцы, что она, даже подобрав письмо, долго не могла прочитать ни строчки, пока не сообразила положить тетрадку на колени.

«Но о снах я почти ничего не знаю, так как Андраш и сам почти ничего не знал. Всё то, что выше написал тебе, это лишь мои предположения. Однако, у меня имеются основания считать, что сны грозны и опасны более, чем это можно себе предположить».

«Я встретил Иларию по пути в замок Нандора – написал Ульвар. – Замок Нандора это ворота смерти. И она имела власть меня разбудить. У неё был посох, и я понимал, что у И. эта власть есть. Эрика рассказала, что в Медовом царстве почитают двух богов смерти: собственно, бога Смерти и Царя Ночи. Я бы перевёл имена с их наречия как Умирание и Смерть. Это бы объяснило некоторую путаницу с богами, которая есть у нас. Но если так, то Запад это – Умирание, раз замок Нандора – врата».

«В завершение хочу прибавить: в ветрах сила Ветров, но и их погибель. Андраш признался, что ему постоянно приходится контролировать собственные эмоции, так как «можно уйти в ветер». Иными словами, если я верно понял, от силы собственных чувств Ветер может погибнуть, полностью став ветром. И это – благо, иначе безграничности их силы нам было бы нечего противопоставить. Сейчас, когда мы лишены магии, постарайся сделать всё, чтобы не воевать с Медовым царством. Невозможно воевать с противником, который точно может узнать численность и местоположение твоего войска, стоит ему лишь поднять собственный ветер.

Бывай. Эйд».

Руэри подобрала ноги, уткнулась лицом в колени и обхватила их руками.

Итак… сложно найти кого-нибудь могущественнее Риана. Теперь становится понятна его уверенность в том, что он может принести своей женщине столько корон, сколько та захочет. Остаётся лишь понять: Западный ветер – друг или враг?

– Чего ты хочешь, Риан? – прошептала Руэри и вспомнила признание отца: «Я не понимаю его цели».

----

*В письме Эйдэрда и заметках Уля содержится множество спойлеров к книге «Невеста трёх Ветров», в которой как раз описываются все эти события, о которых пишу герои

Руэри гуляла по саду, отчаянно пытаясь сложить вместе детали головоломки. Зачем отцу понадобилась такая таинственность? Зачем привлекать Нэйоса, любовницу, зачем вот это всё? Нет, Ульвар мог при необходимости создать драматический эффект и выдержать паузу, но… Зачем? Хорошо, он боялся, что тетрадь попадёт не в те руки. Но почему тогда, вручая ключ, прямо не сказать дочери, где искать замок?

«Это могло быть лишь, если папа не совсем доверял мне» – вдруг поняла она и задала себе следующий естественный вопрос: а почему?

– Руэри!

Девушка обернулась и увидела идущего навстречу Себастиана. Король жизнерадостно улыбался, а рядом с ним шла… Астрелия? Эта-то что здесь делает?

– Хочу познакомить тебя с моей невестой.

– Ваше величество, я не давала согласия…

Себастиан обернулся к девушке и весело рассмеялся:

– Астра, вы простите мне мою дерзость, но… Опыт брата моего Риана показывает, что дерзость города берёт. Я непременно завоюю ваше неприступное сердце, я уверен.

– Риана? – переспросила принцесса.

Вся эта милота между влюблёнными её раздражала, остро напоминая о собственном одиночестве.

– Ну так он же с первой встречи называл тебя своей женой. И вот… Кстати, Ру, ночью Риан официально посватался к тебе. И я дал своё согласие.

– А… а как же согласие Совета щитов? Или тебе оно больше не нужно?

– Все одобрили единогласно, – Себастиан подмигнул ей. – Вот так вот.

– Но – как? Золотого щита нет, нет Медведя и Шёлка… И я…

– А Риан заранее у всех них взял согласие. Герцоги Ярдард, Юдард и Дайос перед отъездом выразили при мне свою волю.

– А я?! – закричала Руэри в гневе. – Меня кто-нибудь спросил?!

Король ухмыльнулся и насмешливо посмотрел на сестру:

– Ты тоже дала согласие.

– В каком смысле?

– Так ведь ты отдала свой голос на Совете Риану. Элиссар подтвердил. А Риан проголосовал за ваш брак за вас обоих.

Сволочь.

Но какая ж умная сволочь!

Руэри захлестнул гнев и восхищение. Нет, ну надо же так всё ловко провернуть! Западный ветер действительно достоин уважения.

– Надо полагать, своё согласие на твой брак я тоже дала? – проворчала Руэри.

– Всегда знал, что ты желаешь мне счастья.

– А я – не давала… То есть счастье я вам, Ваше величество, желаю, но…

Принцесса с раздражением посмотрела на сердитое лицо возлюбленной брата. Что король вообще нашёл в этой простушке? Серые глаза, острый носик, тонкое лицо, пухлые губки – всё слишком скучно, неинтересно. Да, красиво, но красотой фарфоровой куклы… если не считать, что губки были изрядно покусаны, щёки покраснели, а под глазами пролегли тени.

– А вы, Астрелия, знаете Риана? – внезапно спросила Руэри.

Это был идиотский вопрос, но в последние дни Западный ветер никак не выходил у принцессы из головы. Астра удивлённо подняла брови.

– Да нет, откуда бы! – отмахнулся Себастиан. – Может, конечно, пересекались по дороге, но вряд ли Астра поняла, что перед ней – будущий муж сестры её будущего мужа.

«Ты становишься невыносим», – подумала Руэри. И тут Астра её удивила. Девушка нахмурилась и неохотно призналась:

– Вы ошибаетесь, Ваше величество. С господином Лаарианом я уже знакома.

– Как это? Когда? – Себастиан удивился.

«По законам комедийного жанра, она сейчас скажет, что Риан к ней посватался», – злорадно подумала принцесса.

– Он был с вами, когда вы… В ту ночь, когда вы, Себастиан, напились, – мило покраснела Астра. – И даже отругал меня, что я довела вас до отчаяния.

Тут уже смутился сам король. Руэри нахмурилась. Риан бухал с Бастиком? Ночью? Нет, ну в целом, а почему нет? Но причём тут Астрелия?

– Мне очень жаль, Астра, что вы узнали Риана с такой… э-э-э… стороны, – промямлил Себастиан. – Поверьте, он – хороший и достойный рыцарь. Однажды он мне спас жизнь…

– Мне тоже, – тепло улыбнулась Бастику девушка, – Я знаю, Риан очень добрый.

– В каком смысле спас жизнь? – король взволнованно схватил возлюбленную за руки и побледнел.