От новой порции резких звуков и грохота, Ульфрид натужно кряхтит и хрипит. Похоже, он не только выдохся от безостановочного крика, но и сорвал голос.

Бедный мой мальчик… да за что ему такие мучения?

Оставшая пара гайденмаркцев не может ничего противопоставить появившимся незнакомцам и быстро оказываются лежать на земле.

Я же напряженно всматриваюсь в силуэты этих двоих, испытывая странное ощущение. Будто бы я их уже где-то видела. Очень мешают низко надвинутые по самые глаза капюшоны, которые скрывают в тени лица этих двоих.

Вот, если бы они их откинули…

Будто услышав мои мысли, мои спасители разворачиваются ко мне. Один из них поднимает руку, и во тьме загорается крохотный огонёк над его ладонью. На лица мужчин падают тусклые отсветы, и от изумления я прижимаю ко рту ладонь свободной руки.

– Кто бы мог подумать, что мы найдем вас здесь, фру Ева, – улыбается мне Уго.

– Рады видеть вас в добром здравии, – кивает мне стоящий рядом с ним Брэндон.

– Уго! Брэндон! – вырывается у меня и я чувствую как слезы наворачиваются мне на глаза, – Как же я рада вас видеть!

После того, как они пропали по дороге в Снежный Пик, я каждый день вспоминала ребят и молилась, чтобы с ними все было в порядке. Поэтому сейчас, видя их перед собой живыми и здоровыми, я чувствую невероятное облегчение.

Словами не передать какая внутри меня разгорается буря эмоций.

– Мы рады не меньше, – подходит ближе Уго, – Особенно, когда мы добрались до Снежного Пика и оказалось, что человек, который должен был вас приютить… погиб.

– Мне очень жаль… – дрогнувшим голосом отзываюсь я.

При воспоминании об этом моменте, у меня снова сжимается сердце. Хоть я и не была знакома с этим человеком лично, но я уверена, что он был замечательным. Будь иначе, он бы не согласился взять к себе совершенно незнакомую женщину с ребенком, дать им работу и кров.

– Вашей вины здесь нет, – со вздохом отзывается Брэндон, – Это все вон те выродки, – кивает он в сторону неподвижных гайденмаркцев.

– Именно поэтому, предлагаю как можно быстрее найти безопасное место, – хватает меня за запястье Уго, – Демоны знают, сколько этих варваров еще бродит по городу и что они вообще задумали.

Я с благодарностью киваю ему и мы бежим обратно. Выныриваем из злополучного проулка обратно на площадь и некоторое время бежим вдоль него. Пока, за нашими спинами не раздается еще один душераздирающий рев Бьёрна.

Мое сердце испуганно летит вниз и я моментально разворачиваюсь, чтобы посмотреть что там происходит.

А происходит там страшное.

Каким-то невероятным образом гайденмаркцы схватили Бьёрна. Сейчас он снова в форме человека стоит на коленях, а с каждой стороны его за руки держат по трое противников. Бьёрн ревет и вырывается, но судя по бегущим по его телу бордово-алым всполохам, на него еще наложили какое-то сдерживающее заклинание.

Но самое страшное было в другом. Перед ним возвышается человек. Самый настоящий гигант. Мало того, что он будто бы состоит из одних только мышц, так его фигуру будто бы окутывает клубящаяся тень. При этом, на гайденмаркца он похож меньше всего.

Вместо формы, которая одета на остальных головорезах, на нем лишь глухой плащ и серебряная маска, скрывающая лицо. Но даже так он производит жуткое впечатление. От него исходит настолько дикая аура опасности, что я ее ощущаю даже отсюда – когда нас разделяет не меньше полусотни метров.

Неизвестный в маске подходит к Бьёрну, одной рукой хватает его за волосы и запрокидывает голову. А во второй у него появляется кинжал с волнистым лезвием.

– Нет! Только не это! – замираю я на месте.

– Фру Ева, оставаться здесь опасно! – разворачивается ко мне Брэндон, – Надо как можно быстрее уходить!

– Но там… Бьёрн… – едва могу выдавить из себя я.

Меня накрывает странное чувство противоречия. С одной стороны, я до сих пор не забыла благодаря кому я столько страдала. Но сейчас, видя как его жизнь висит на волоске, я также понимаю, что не желаю ему смерти.

Я хочу лишь чтобы наши дороги разошлись и все.

Вместе со мной, останавливается и оборачивается Уго.

– Чего?! Откуда здесь взялись еще и эти проклятые драконоборцы?! – его лицо перекашивает от ярости, а в глазах вспыхивает яростное пламя.

– Пожалуйста… – умоляюще обращаюсь к своим друзьям, – …понимаю, что прошу слишком многого… но пожалуйста, помогите Бьёрну!

– Помогите Бьёрну, – от паники и отчаяния мой голос срывается в беспомощный лепет.

Кажется, словно проходит целая вечность, когда Уго стискивает кулаки.

– Вы могли бы и не просить, достопочтенная фру… – коротко бросает он, при этом, его голос звучит непривычно глухо, – …у меня к этим выродкам свои счеты.

Он оборачивается к нам и я с ужасом замечаю, что его лицо все перекошено от ярости. На миг я даже пугаюсь – настолько непривычно это выражение для Уго.

– Брэндон! Уведи фру Еву в какое-нибудь безопасное место! – командует он, а потом переведя на меня взгляд, добавляет, – А вы предоставьте все мне!

Тем временем, Бьёрн снова издает бешеный рев и ему даже удается скинуть с себя пару противников, но его снова обездвиживают. Воспользовавшись этой секундой, Уго снова заливает в себя содержимое какой-то бутылки из его походной сумки и стремительно кидается Бьёрну на помощь.

Брэндон же перехватывает мою руку и требовательно тянет за собой.

– Быстрее, фру Ева! Если он сказал, что разберется сам, значит, так оно и будет! А вот нам задерживаться здесь не стоит!

Я только и могу что подавленно кивнуть, про себя думая только о том, чтобы с Бьёрном и Уго все было в порядке. А еще, чтобы к ним как можно быстрее подоспела помощь. Ведь не может быть так, чтобы в центре города гайденмаркцы устраивали такой ужас совершенно безнаказанно.

Наверняка, скоро здесь появится стража, а там и отряд Бьёрна подтянется. Значит, им нужно только немного продержаться…

Но сколько мы с Брэндоном не бежим по улицам и переулкам, мы нигде не видим ни следа городской стражи. А в одном месте вообще едва не натыкаемся на еще один отряд гайденмаркцев.

– Проклятье! – шипит Брэндон, уводя меня в сторону и забрасывая нам за спину какое-то магическое заклинание.

– Откуда их здесь столько? – выдыхает он, озвучивая мои собственные мысли, – Быстрее, сюда!

Он заводит нас с Ульфридом в небольшой проулок и я запоздало замечаю, что он слишком уж темный, по сравнению с остальными. Скольжу глазами по стенам и понимаю и сердце испуганно подпрыгивает. Мы свернули не туда?

– Здесь тупик! – взволнованно выкрикиваю я, с ужасом понимая, что если нас заметили, то шансов спастись у нас будет немного.

– Все в порядке, – отзывается Брэндон, – Мне нужно кое-что сделать.

В другое время, его слова обязательно вселили бы в меня уверенность. Но не сейчас, когда мы в центре захваченного врагами города, да еще и в тупике, с сыном на руках.

Который, к слову, уже только и может что всхлипывать и цепляться своими крохотными пальчиками в мою одежду. Насколько это только возможно убаюкиваю его, нашептывая на ушко нежные слова, целую в лобик и слезко прошу немного подождать, пока закончится весь этот ужас.

Хоть и сама не знаю, сколько нужно подождать и закончится ли этот ужас вообще…

Перевожу растерянный взгляд на Брэндона и вижу, что он стоит, вытянувшись во весь рост и прижав ладони к лицу. Его фигура плохо различима в темноте, но всё же я улавливаю лёгкое движение, словно его плечи едва заметно вздрагивают.

Я нервно сглатываю, не понимая что с ним происходит.

Внутри нарастает паника. Неужели Брэндону плохо? А если так, могу ли я ему как-нибудь помочь?

Затаив дыхание, подходу к нему ближе и протягивая руку, чтобы коснуться его плеча. Но именно в этот момент из-за его ладоней доносится усталый, но будто бы довольный голос:

– Думаю, готово.

А я так и замираю с вытянутой рукой, потому что этот голос… он принадлежит кому угодно, но только не Брэндону.