– Да, Кристиан пропал некоторое время и никто не знает что с ним случилось. Незадолго до его исчезновения, он сказал Уго, что вскоре должен будет закончить одно дело, которое по силам только ему. После чего его никто не видел… но Уго не оставляет попыток отыскать его. Уже почти год прочесывает весь Драконий Континент в надежде наткнуться хоть на какие-то следы.

Сердце моментально отзывается болью. Кто бы мог подумать, что на долю Уго выпадут такие трудности. Мне искренне захотелось поддержать его, вот только, знать бы как.

Я могу понять что он чувствует. Боль утраты близкого человека – это невыносимо. Я тоже была вне себя, когда представила какого будет, если меня разделят с моим малышом. Но именно поэтому, я и не могу ничего сказать Уго и никак его не подбодрить.

Это не тот случай, когда достаточно дружеского похлопывания по плечу. Эта боль намного более мучительная и так просто она не отступит.

Я не слежу за временем, поэтому не знаю сколько прошло за разговором с Брэндоном, который оказывается очень галантным и начитанным мужчиной. Но, в какой-то момент, к нам забегает Уго, сжимая в вытянутой руке пузырек с жидкостью мутновато-сливочного оттенка.

– Готово! – выдыхает он, передавая пузырек Брэндону, – Теперь, твоя очередь!

Брэндон с опаской принимает пузырек, взбалтывает его и напряженно наблюдает за тем, как по стенке сползает рыхлый осадок.

– Эта штука точно безопасна? – осторожно интересуется он.

– Наверно, – простодушно пожимает плечами Уго, – Я не пробовал.

– И почему я не удивлен? – с ухмылкой отзывается Брэндон.

Он откупоривает пузырек, задерживает дыхание и залпом заливает содержимое себе в рот. Хотя, вернее даже будет сказать, вытряхивает.

– Ну, как? – неотрывно наблюдая за ним, спрашивает Уго.

– Не знаю как на счет усиления магии, а вот отвратительный вкус эта штука усиливает на все сто процентов, – кривится Брэндон, а под конец вообще заходится долгим сухим кашлем.

– Ну уж извините, над вкусом работать у меня уже не было ни сил, ни времени.

– Ладно, проехали…

Откашлявшись, Брэндон поднимается со своего места. Закрывает глаза, выставляет руки в мою сторону. В тот же момент я чувствую как окружающий мир тает. Отдаленно ощущения схожи с видениями, которые мне показывала Фрея, только сейчас я чувствую приятное успокаивающее тепло. Ощущения настолько приятные и расслабляющие, что я моментально проваливаюсь в полудрему.

– Фру Ева… фру… – знакомый голос назойливо жужжит над ухом и я не сразу обращаю на него внимание.

Лишь когда, собрав все свои силы и мысли, концентрируюсь на нем, то наконец понимаю, что это Уго зовет меня.

Испуганно распахиваю веки и утыкаюсь в него взглядом.

– Что случилось? – с тревогой спрашиваю я.

На губах Уго мелькает легкая улыбка. Он аккуратно берет меня под руку и помогает подняться. Краем глаза замечаю на соседнем стуле Брэндона, который выглядит так, будто он в одиночку отбивался от толпы вампиров. Лицо бледное, глаза полуприкрыты, дыхание прерывистое.

– Не бойтесь, он в порядке, – заметив мой взгляд отвечает Уго, – Ему бывало и похуже.

– А как же ваша идея? У вас все получилось?

Не говоря мне ни слова, Уго зачем-то подводит меня к большому овальному зеркалу в углу комнаты. Затем, кивает в его сторону и отпускает мою руку.

– Как бы вам сказать…

Я перевожу взгляд на отражение и не могу сдержать ошарашенного вздоха.

Для начала, я просто не могу поверить в то, что девушка, которая сейчас смотрит на меня из зеркала – это я сама. Мои вьющиеся каштановые волосы стали более темного оттенка, вдобавок, еще и практически прямыми. Лицо – более мужественное, а глаза пронзительно-голубого цвета.

“Почти такие же, как у Бьёрна” – промелькнула у меня неприятная мысль при взгляде на них, – “Такие же пронзительные и холодные”.

Но на этом изменения не закончились. Моя кожа стала выглядеть более грубой, а я сама еще более худощаво.

Вот только, не это ввергает меня в ступор.

Ошарашенный вздох вырывается из моего рта когда я опускаю взгляд, чтобы рассмотреть моего малыша.

Он тоже выглядит иначе, более взрослым. На головке копна темных волосиков, в цвет тем, что у меня сейчас. Чуть более худое личико и резкие черты лица. А вот на груди у него…

– Что это такое?

Я подхожу почти вплотную к зеркалу и напряженно всматриваюсь в странное пятно телесного цвета, которое будто бы и сливается с кожей, а будто бы и выглядит как странная заплатка. А потом в глаза бросается проступающая через эту самую “заплатку”… чешуя?!

– Почему вы не сказали, что вы истинная Бьёрна Дракенберга? – со вздохом спрашивает у меня за спиной Уго.

Ничего не понимая, я разворачиваюсь к нему.

– Но я не его истинная.

– Как тогда возможно… – раздается со стороны Брэндона слабый голос, – …что ваш ребенок чистокровный дракон?

– Я не знаю… – закусив губу, я отчаянно мотаю головой, – Бьёрн что-то говорил, что в моем роду были драконы и я унаследовала частицу их крови. Из-за этого он и женился на мне, а больше я ничего и не знаю.

– Интересно, – задумчиво проводит рукой по подбородку Уго.

В его голосе слышатся интонации, от которых у меня появляется нехорошее предчувствие.

– А что, это означает что-то плохое? – с замиранием сердца спрашиваю я, внутренне ожидая чего угодно.

– По крайней мере, это объясняет почему даже под зельем Уго заклинание далось мне настолько тяжело… – отзывается Брэндон, – Как я уже говорил, драконы менее восприимчивы к людской магии. Поэтому, иллюзию на вашего сына удалось наложить лишь частично. От кого-то из своих родителей он унаследовал мощную магию, поэтому иногда его сила может прорываться наружу, сбивая маскировку. Я сделал все что мог, чтобы это было как можно менее заметно, но я, к сожалению, не всемогущ.

Я снова смотрю в зеркало и замечаю, что неестественное пятно у малыша на груди становится меньше и будто бы исчезает окончательно. Никакой чешуи ни под ней ни на ней уже не видно.

– Думаю, на первое время даже такой иллюзии будет более чем достаточно, чтобы спрятать вас от Бьёрна, – тяжело поднимается на ноги Брэндон, – А потом я обязательно найду способ довести вашу иллюзию до совершенства.

– Спасибо вам огромное… – я разворачиваюсь к Уго и Брэндону и низко им кланяюсь, с любовью прижимая к себе малыша, – Не передать словами как я вам благодарна. После всего, через что мы с сыном прошли… вы сотворили самое настоящее чудо. Вы подарили нам надежду на счастливую жизнь.

Слова потоком льются из меня, смешиваясь со слезами горечи и страданий последних дней.

– Ну что вы… – растерянно кидается ко мне Брэндон, снова беря под руку, – …разве мы могли поступить по-другому и отвернуться от нуждающейся в помощи девушки?

Перед глазами сразу же встала Вильма, которая очень даже отвернулась от меня, подло вогнав в спину нож и слезы льются еще сильнее.

– Успокойтесь, все уже позади, – продолжает поддерживать меня Брэндон, – Давайте я выделю вам комнату и попрошу слуг приготовить вам ванну. После чего я угощу вас прекрасным ужином, а мы с Уго пока придумаем вам легенду и подберем для вас такой город, чтобы ваше появление там не вызвало ни у кого подозрений.

– Спасибо… – выдыхаю я, до сих пор не до конца веря в то, что у Брэндона все получилось и мы с сыном теперь сможем начать все с чистого листа. Вернее, получилось не совсем все. Но в чем я с ним согласна, так это в том, что даже так людям Бьёрна уже будет сложнее меня найти.

А малыш… ну, мы что-нибудь обязательно придумаем с его проявлением силы. На крайний случай, на людях его можно будет укутать посильнее. А там уж Брэндон найдет способ сделать иллюзию более качественной, почему-то я в этом нисколько не сомневаюсь.

Хотя, конечно, для меня это неприятный шок. Очевидно от кого малыш унаследовал такую сильную магию. И тут Бьёрн, сам того не ведая, подложил мне просто невероятную свинью.