Тем временем, гайденмаркцы подхезжают к узкой расселине в скале, от которой веет теплом, а глубоко внутри угадывается отсвет пламени. Со стороны дороги ее совершенно незаметно, из чего можно сделать вывод, что это их убежище.

Подъехав к расселине, мы все спешиваемся. Трое соратников лидера отводят всех лошадей куда-то в сторону, а сам лидер грубо толкает меня в спину по направлению к расселине.

– Иди давай!

– Пожалуйста, не надо… – едва справляясь с дрожащим голосом оборачиваюсь я к гайденмаркцу и надеюсь на то, что он еще не потерял человечность, – …у меня сын… Прошу вас, отпустите нас… мы никогда никому не расскажем про вас… Если вы хотите денег, я достану… только дайте нам уйти…

Но я натыкаюсь в его глазах только на ледяную жестокость.

– Единственное что я сейчас хочу… – не сводя с меня пристального взгляда, отвечает лидер, – … это тебя!

Он похабно облизывается и снова толкает меня в спину.

– А теперь, иди вперед!

Но я остаюсь на месте. Тело попросту отказывается подчиняться, потому что отлично понимает – как только я сделаю шаг вперед, как только окажусь в этой пещере, назад я уже не выберусь.

– Или ты идешь или мы заканчиваем все прямо здесь.

Я слышу слабый шорох вытягиваемого из ножен лезвия, от которого по спине моментально бегут мурашки. А потом ледяное лезвие дотрагивается до моей шеи и я едва не теряю сознание.

– Х…хорошо… – едва получается выдавить из себя согласие.

Лезвие убирается и я пересиливаю себя, заставляя сделать шаг навстречу неизбежному.

Кое как пройдя на абсолютно негнущихся ногах через расселину, я попадаю в просторную сухую пещеру, в которой к тому же, довольно тепло. Места здесь просто куча – с легкостью разместится целый отряд воинов.

Правда, сейчас здесь всего один. Средних лет мужчина, который сидит у костра и мешает какое-то варево в огромном черном котле. Заметив нас, он лишь поднимает на нас усталые глаза, после чего сразу же теряет всякий интерес и снова уделяет все внимание котлу.

Краем глаза заметив, что в котле варится какая-то густая жижа вперемешку с овощами и грибами, я снова разворачиваюсь к лидеру с новым предложением:

– Давайте я буду вам готовить… я очень хорошо готовлю, правда…

Но лидер лишь кривится и снова поднимает перед собой клинок, который касается моей шеи.

– Еще чего! Думаешь, я доверю готовку фростландской потаскухе? Иди дальше, за драпировку.

Испуганно шарю глазами по пустой пещере и замечаю что в дальней части есть небольшое ответвление, которое отделено от остального пространства куском темной ткани на манер ширмы.

Отодвинув его в сторону, глаза сразу натыкаются на широкий топчан из еловых ветвей и еще одного куска ткани сверху, похожего на плотный плащ.

– Положи его и повернись ко мне лицом, – приказывает лидер и я не сразу понимаю, что он имеет в виду моего сына.

Я аккуратно кладу его, но меня саму просто трясет от ужаса. Я стараюсь не думать о том, что сейчас произойдет и молюсь только о том, чтобы он ничего не сделал с малышом.

Одновременно с этим, я лихорадочно пытаюсь найти хоть какой-то выход. Придумываю что я могла бы им предложить такого, от чего гайденмаркцы не смогли бы отказаться.

Но на ум ничего не приходит.

Я нехотя оборачиваюсь, встречаясь глазами с его нетерпеливым похотливым взглядом. Нервно сглатываю, чувствуя как внутри меня все сжимается от отчаяния.

Лидер ухмыляется, убирая оружие.

Мне в голову приходит робкая мысль – поддаться ему, усыпить бдительность и выхватить его клинок. Вот только, не знаю насколько это хорошая идея. Не сделаю ли я только хуже? Особенно, учитывая, что обращаться с оружием меня не учили.

Но как только он поднимает руку, чтобы положить ее мне на талию и резко прижать меня к себе, я тут же забываю об этой мысли. Меня окатывает такое отвращение, что я едва стою на ногах. Омерзения добавляет и резкий запах пота и немытого тела, который исходит от гайденмаркца.

Вторую руку он опускает мне на бедро, плавно поднимает ее вверх и в этот момент я просто не выдерживаю. Мне становится настолько противно, что я, зажмуриваюсь и двинув его в грудь кулаками, отталкиваю его от себя.

– Что ты тебе позволяешь, дрянь?! – тут же бьет по ушам его разъяренный голос, а потом мою щеку что-то обжигает диким огнем.

В ухе закладывает, я не понимаю что происходит, кроме одного – я почему-то падаю. Распахиваю в ужасе глаза и едва успеваю подставить руки, чтобы не удариться о каменный пол головой.

Щека горит так сильно, будто ее прижгли каленым железом.

Вскидываю голову и вижу как этот варвар присаживается рядом со мной и хватает меня за волосы, запрокидывая голову.

– Больно… – не могу сдержать вздоха я, потому как он не церемонится.

– Вот и запомни эту боль! – шипит он мне в лицо, – Теперь, она будет преследовать тебя до конца твоей жалкой никчемной жизни! С этими словами он отпускает мои волосы и расстегивает ремень.

Я уже просто на пределе. В глазах все плывет и я не понимаю из-за чего – то ли из-за сковавшего меня отчаяния, то ли от нахлынувших слез.

В то время как разум еще не сдался и упорно пытается найти выход, мое тело уже не в состоянии что-либо сделать.

У меня даже в ушах появляется странный посторонний шум. Какой-то топот, рев и смутно знакомые хлопки.

– Да что у вас там творится?! – вдруг орет варвар и я понимаю, что это мне не кажется.

Вскидываю голову, ощущая вспыхнувшую в глубине меня надежду и вижу как варвар, схватившись за штаны, оборачивается в сторону ширмы. Из-за которой уже доносится лязг оружия и звуки драки.

Варвар резко теряет ко мне интерес. Он хватается за меч и откидывает драпировку в сторону.

– Какого…

Но ничего больше сказать он уже не успевает. Варвар вдруг резко отлетает в сторону с такой силой, будто в него из катапульты выстрелили. Я не успею даже вздрогнуть.

А потом, на пороге, если это можно назвать порогом, появляется тот, кто это сделал.

– Не бойтесь, теперь все будет в порядке, – доносится до меня смутно знакомый голос, искаженный эхом пещеры, – Этот недоносок вас больше и пальцем не тронет. Поднимайтесь и вытрите слезы.

Я зачарованно перевожу взгляд на лицо неизвестного и меня снова накрывает уже знакомое отчаяние пополам с безнадегой. Но на этот раз, оно в разы сильнее. Потому что, теперь я уверена наверняка…

Ничего не будет в порядке!

Ничего!

Бьёрн

– Мой господин, что вы распорядитесь сделать с Евой, когда заберете у нее ребенка? – осторожно спрашивает Фрея.

– Мне нет никакого дела до нее! – отвечаю я, ни на секунду не задумываясь, – Я хочу только вернуть своего наследника! Сама она может катиться куда пожелает! Но если она посмеет перейти мне дорогу снова, то я распоряжусь закинуть ее в темницу!

Фрея не сводит с меня долгого задумчивого взгляда, после чего просто кивает.

– Я вас поняла, мой господин. Этого вполне достаточно, чтобы я могла заглянуть в будущее чуть дальше.

– И что же ты там видишь? – прищуриваю взгляд я.

– Много чего интересного, – делает шаг назад Фрея и встряхивает волосами.

На ее губах снова появляется легкая непринужденная улыбка.

– Прежде всего то, что вам снова предстоит стать щитом нашей страны. С территории Гайзенмарка к нам опять проникла группа диверсантов. Но на этот раз, если не остановить их вовремя, они могут оказаться серьезной проблемой, которая выльется в новую войну.

– Тогда, сразу после того, как мой отряд вернется ко мне с сыном, мы выдвигаемся к Снежному Пику.

– К сожалению, в этом случае, мы опоздаем, – качает головой Фрея, – Чтобы и вы смогли вернуть себе сына и Гайзенмарк не добился задуманного, мы должны выдвигаться немедленно. За беглянкой я отправила небольшой отряд второго крыла виверны, но самые лучшие бойцы остались здесь. И сейчас они ждут только вашего приказа.

На меня снова накатывает раздражение. Ненавижу такие моменты, когда у меня буквально не остается никакого выбора. Впрочем, ни разу еще не было такого, чтобы предсказания Фреи не окупались с лихвой.