Вот только, я прекрасно понимаю, что он на это ни за что не пойдет.

А есть ли еще что-то кроме этого, что я могла бы у него попросить?

И тут меня осеняет.

– Господин Дракенберг, – набрав побольше воздуха в грудь, выпаливаю махом я, – Я была бы вам очень благодарна, если бы вы выделили для меня какую-нибудь сиделку. Тогда, я бы смогла работать более усердно, не переживая за сына.

На мое удивление, Бьёрн моментально соглашается.

– Хорошо, – кивает он, – Я распоряжусь, чтобы мои подчиненные нашли в Снежном Пике для вас подходящую кандидатуру на роль сиделки.

– Боюсь, что мне нужна конкретная сиделка, – сама удивляясь своей настойчивости, качаю головой я.

В конце концов, сейчас я как никогда прежде понимаю, что не готова доверить своего сына никому, кроме единственной женщины. Только с ней я буду уверена, что с моим малышом все будет в полном порядке.

– И кто же это? – кидает на меня тяжелый взгляд Бьёрн, от которого тут же хочется как можно быстрее выбежать за дверь.

Но я вцепляюсь в дверную ручку и твердо выдыхаю.

– Фру Герда Эльвин.

– Герда Эльвин? – вскидывает бровь Бьёрн и я мне стоит огромных усилий, чтобы не отвести от него взгляд, – Она сейчас находится в моем родовом замке. Вы с ней знакомы?

– Не очень хорошо, – честно отвечаю я, – Однако, только ей я могу доверить Ульфрида. Просто только в ее навыках я уверена наверняка.

Бьёрн снова кидает пристальный взгляд на моего сына. Опасаясь того, что маскировка Брэндона может подвести, я торопливо перевожу внимание на себя:

– Простите, если моя просьба показалась вам слишком сложной. Но так я смогла бы трудиться более усердно.

А еще, я, наконец, обрела бы союзницу, которая не предаст меня и поможет нам с сыном. Потому что будучи одной в месте, где все настроено против меня… в месте, из которого у меня пока нет никакой возможности выбраться… мне кажется, что я попросту сойду с ума.

– Хорошо, – кивает Бьёрн, – Однако, я тоже хотел чтобы фру Эльвин была няней моего ребенка. Поэтому как только мою жену поймают и отберут у нее моего сына, они вместе с фру Эльвин тут же отправятся обратно в мой замок.

Его слова снова бьют наотмашь и, чтобы не проронить слез, я опускаю голову в низком поклоне и выдавливаю из себя: – Как скажете, герр Дракенберг… позвольте идти?

– Конечно, – откликается он, – Вы свободны.

Это слово больнее всего отзывается в моем сердце.

Я закрываю дверь в его кабинет, но некоторое время продолжаю стоять в коридоре, держась рукой за стену.

О, как бы я хотела на самом деле оказаться свободной…

Но жестокая правда в том, что я до сих пор прикована цепями к Бьёрну!

***

Неожиданно незаметно для меня проходит три дня в заставе отряда Ледяных виверн.

Бьёрн распорядился привезти фру Эльвин, но до заставы она должна была добраться не раньше, чем еще через пару дней.

За это время я, в основном, только готовлю. Потому что остальные время у меня занимает Ульфрид.

Сама того не заметив, я стала его так называть. И, чем чаще я это делаю, тем больше я чувствую, что это имя как нельзя лучше подходит для моего сына. Оно яркое, красивое, благородное, еще и связано с немногими приятными воспоминаниями.

Отдельно меня радует, что кроме того раз, когда я пришла в кабинет к Бьёрну, чтобы все про себя рассказать, мы больше не пересекаемся. Лишь изредка, во время позднего ужина. И то, обычно он настолько загружен собственными мыслями, что попросту меня не замечает.

Тоже самое относится и к пугающей меня одним своим видом Фрее. Ее я вообще не вижу с тех пор как меня разместили в заставе. Она будто бы испарилась – про нее не говорят даже воины Бьёрна.

От этого у меня возникает будоражащее ощущение, что, быть может, все не так и плохо. Осталось только дождаться приезда Герды, отработать немного, пока у меня не появятся деньги и уехать отсюда. Или же, понадеяться, что меня найдут Уго с Брэндоном и заберут с собой.

Однако, разве может быть что-то хорошее, что так или иначе связано с Бьёрном?

Такое ощущение, будто он одним своим присутствием делает все вокруг опасным и рискованным.

Потому что совершенно незаметно у меня появляется ухажер из числа людей Бьёрна, которого зовут Норд. Хоть он и соблюдает главное правило Бьёрна, – не касаться меня и пальцем – но первые дни всячески мне намекает на то, что был бы не против остаться со мной наедине. Он приносит мне цветы (подозреваю, что из Снежного Пика), шоколад, обещает купить дорогие наряды.

Я категорически отвергаю любые ухаживания Норда и не притрагиваюсь ни к одному из его подарков. Более того, мне приходится даже припугнуть его, что если он продолжит сводить меня с ума своим вниманием, мне придется рассказать об этом Бьёрну.

И, хоть я сама до жути не хочу обращаться к своему мужу за помощью, что грозит опасностью в первую очередь для нас с сыном, но иного выбора у меня просто не остается.

В итоге, когда я и правда собираюсь идти к Бьёрну, Норд отступает. Он извиняется за свою излишнюю напористость и говорит, что если я не вижу в будущем себя рядом с ним, то вряд ли он сможет что-то изменить.

В тот момент я облегченно выдыхаю.

Успокаиваю его как могу и выкидываю из головы. Но, как выясняется, совершенно зря…

Потому что вместо того, чтобы действительно отступить, Норд задумывает нечто такое, к чему я оказываюсь совершенно не подготовлена. Драконьи боги, если бы я знала на что он решится, я бы тотчас побежала к мужу, чтобы он разобрался с Нордом так, как это умеет только Бьёрн!

В тот день, когда происходит этот ужас, как раз приезжает фру Эльвин и я позволяю себе, наконец, немного расслабиться. С порога Бьёрн вводит ее в курс дела, после чего оставляет нас одних.

Опасаясь, чтобы наш разговор никто не подслушал, приглашаю фру Эльвин в свою комнату. Я хочу, чтобы она немного пришла в себя после долгой дороги, но няня настойчиво просит подержать моего сына.

С благодарностью передаю его Герде, усталое лицо которой тут же расцветает и она восхищённо восклицает:

– Какой красавец! Прямо гордость для мамы!

С доброй улыбкой глядя на то, как в ее руках Ульфрид радостно машет кулачками в воздухе и весело агукает, у меня в коем то веке теплеет на сердце. Сразу же хочется, чтобы такая идиллия продолжалась как можно дольше. Чтобы рядом была надежная и заботливая Герда, а мы с малышом ни от кого не спасались в ужасе.

– Это кто тут у нас такой милый? – бодро сюсюкает с Ульфридом Герда, – Кто вырастет большим и сильным и будет маминой защитой и опорой?

Но чем дольше фру Эльвин нянчит моего малыша, тем сильнее я замечаю на ее лице смятение.

В какой-то момент она поднимает на меня взгляд и с подозрением смотрит прямо в глаза.

– С вашим ребенком что-то не так? – наконец спрашивает она, – У меня такое чувство, будто его возраст куда меньше, чем на самом деле.

– Поэтому, я и попросила, чтобы мне прислали именно вас, – искренне улыбнулась я, – У вас не только доброе и заботливое сердце, вы еще очень внимательная и чуткая женщина. Только такой я могу доверить свое дитя и свою тайну.

Продолжая качать на руках Ульфрида, Герда растерянно хлопает глазами. На ее лице отражается полнейшее недоумение, но задать вопрос она почему-то не решается.

– Фру Эльвин, – склоняю я перед ней голову, – Позвольте еще раз поблагодарить вас за то, что помогли нам с сыном сбежать из замка Бьёрна. Так уж получилось, что судьба снова свела нас с ним, но благодаря поддельным личинам, которые наложили на нас друзья, он пока даже не подозревает о том, кто мы на самом деле.

Глаза Герды расширяются, в них плещутся слезы. Замечаю, как сильно у нее дрожат руки и забираю Ульриха обратно.

– Госпожа Ева… – едва слышно выдыхает Герда и, будто бы спохватившись, зажимает свой рот ладонью.