– Лиза, нам пора… – начал Роман, но я жестом остановил его.

Ей это было нужно.

Я пошел за девушкой. Мы вошли в прохладный сумрак зала. Лиза остановилась в паре шагов от трона. Она смотрела на тело некроманта, на застывшую гримасу удивления на его лице.

Я ждал слез, истерики или облегчения.

Но она просто стояла и смотрела. А потом подошла ближе, перешагнув через лужу крови.

Она размахнулась и со всей силы ударила мертвеца по лицу. Голова Виктора мотнулась, ударившись о камень трона.

Лиза ударила еще раз. И еще. Из её горла вырвался сдавленный рык, переходящий в вой.

– Хватит, – я перехватил ее руку. – Он не чувствует. Ты только руки собьешь. Поверь, он умер болезненно, с осознанием своей слабости.

Она обмякла в моем захвате, уткнувшись лбом мне в плечо. Её трясло крупной дрожью.

– Спасибо, – прошептала она глухо, не поднимая головы. – Спасибо, что убил его. Если бы он ушел… я бы не смогла жить, зная, что эта тварь дышит.

– Не благодари, – я отстранил её, заглядывая в глаза.

– Главное, что его больше нет. «Магистраль» обезглавлена.

– Не обманывайся, – я покачал головой. – «Магистраль» – это не один человек. Это гидра. Виктор был опасен, но он всего лишь одна из голов, причем самая заметная и слабая. Там остались люди куда хуже. Тихие. Расчетливые.

Лиза нахмурилась, её рука инстинктивно легла на пустые ножны.

– Ты хочешь сказать, что это не конец?

– Магистраль продолжит существовать, и их лидер весьма жесток и силен. Мне потребуется время, чтобы добраться до него.

В этот момент раздался скрежет камня.

Мы все резко обернулись. Одна из стен зала, та, что была частью механизма перестройки лабиринта, дрогнула и поползла в сторону.

Из открывшегося прохода, хромая и держась за бок, вышел человек.

Борис Бритвин.

Он выглядел так, будто его прожевали и выплюнули. Тактическая броня висела лохмотьями, лицо представляло собой сплошную гематому. Он выжил в мясорубке с терракотовыми воинами, когда его бросили свои же, выжил при обрушении части зала.

И это было мне на руку. Я рассчитывал на это.

Увидев нас, он замер, понимая, раз мы тут и живы, значит мертв кое‑кто другой.

– Твари… – прохрипел он, сплевывая кровь. – Вы убили его!

Лиза мгновенно выхватила меч.

– Он один из них! – крикнула она, делая шаг вперед. – Я прикончу его!

– Стой, – я перехватил ее руку.

– Пусти! – она дернулась, в ее глазах горела ярость. – Он был вместе с ним! Он заслужил смерть!

– Заслужил, – согласился я спокойно. – Но не сейчас.

Я оттеснил Лизу назад и двинулся к Борису.

Тот попытался встать в боевую стойку, но его ноги дрожали. Он был истощен, ранен, сломлен. Его талант вибро‑удара был бесполезен в таком состоянии.

Я подошел к нему вплотную. Он был выше меня, шире в плечах, но сейчас он сжался, пытаясь казаться меньше под моим взглядом.

Я смотрел на него сквозь прорези маски. Холодно. Без эмоций. Как на насекомое, которому я позволил жить.

– Твой лидер мертв, – произнес я тихо, но каждое слово падало как камень. – Я уничтожил вашу элиту. Я сломал ваши планы.

Борис сглотнул. В его глазах был страх. Животный страх перед хищником, который стоит выше в пищевой цепи.

– И я оставляю тебе жизнь. Запомни это, Бритвин. Твоя жизнь теперь принадлежит мне, потому что я не забрал ее, когда мог.

Я сделал быстрое, почти незаметное движение. Моя рука скользнула к его разгрузке. Он дернулся, думая, что я ударю, но я лишь незаметно вложил сложенный вчетверо листок бумаги в его карман.

– Иди, – сказал я. – пока я не передумал.

Борис замер, не веря своим ушам. Он перевел взгляд с меня на выход, потом снова на меня.

Молча кивнул. И, не оборачиваясь, поплелся к порталу, волоча ногу.

– Почему? – Лиза опустила меч, глядя на удаляющуюся спину врага с негодованием. – Зачем ты его отпустил? Он же убийца!

Я улыбнулся под маской, провожая взглядом фигуру Бритвина, исчезающую в изумрудном сиянии портала.

– Он мертвец, Лиза, пусть и сам об этом не догадывается. Сегодня или завтра он будет уже мертв. А мне нужно, чтобы он доставил послание.

– Какое послание? – спросил Роман.

– То, которое изменит расстановку сил, – уклончиво ответил я.

Мои мысли вернулись к записке. Это была наживка для рыбы куда крупнее, чем Виктор или даже вся эта группа. Я знал, кто выйдет на Бритвина.

События ускорялись. Мое вмешательство меняло детали, переписывало судьбы отдельных людей, сдвигало тайминги. Гробница открылась раньше. Артур убил Фенрира быстрее. Рамона спасла сестру.

Но ключевые узлы… Они оставались. Структура мира обладала инерцией. Словно река, в которую бросили камень: круги разошлись, но течение осталось прежним. И если мои расчеты верны, то в ближайшее время на сцену выйдет еще одна фигура. Фигура, которая в прошлом была кошмаром для всех гильдий. Да что там, и Девяти Королей тоже.

И я собирался использовать этот кошмар в своих целях.

– Уходим, – скомандовал я. – Здесь нам больше делать нечего.

Я закинул Артёма на плечо и мы пошли обратно.

Через некоторое время наша группа вышла прямо к руинам дома культуры. Здесь уже было спокойнее, чем во время начала прорыва. Основная битва закончилась, периметр был зачищен, хотя следы разрушений напоминали о том, что здесь прошел ад.

К нам тут же подбежали медики ОАЯ.

– Раненые? – крикнул старший группы.

– Один тяжелый, – я указал на Артёма. – Стабилен, но нуждается в наблюдении. У него… имплант.

Медики, увидев шрам на груди Артёма и услышав гудение, переглянулись, но профессионально погрузили его на каталку.

– Мы позаботимся о нем, – кивнул врач. – Вы… вы те, кто прошел сценарий? Не уходите, нам нужно будет составить отчет.

– Мы просто выжили, – ответил я, отступая в тень.

Лиза и Роман остались, чтобы рассказать, что произошло внутри. Я видел, как Лиза ищет меня глазами, но я уже растворился в толпе, используя суматоху.

Мне не нужны были допросы и отчеты.

Я добрался до безопасного места, снял Коготь Фенрира, деактивировал маску. Лицо снова стало моим, обычным.

Домой я вернулся через два часа. Квартира встретила меня тишиной и запахом чего‑то родного и спокойного.

Я бросил куртку на диван, прошел на кухню, открыл холодильник. Достал банку колы, приложил холодный металл ко лбу. Голова гудела от перенапряжения.

Использование такого количества реликтов, постоянный контроль ситуации, бой с Императором… Я вымотался.

Но спать было рано.

Я открыл ноутбук. Экран засветился, загружая прямой эфир новостного канала.

Там был самый конец криминальной сводки. Ведущая, молодая женщина с идеальной укладкой, но с тревожными, бегающими глазами, говорила быстро, с трудом скрывая дрожь в голосе:

– … география убийств расширяется. Только за эту ночь найдено еще три тела. Почерк убийцы остается неизменным и пугающим. Черепная коробка вскрыта с хирургической точностью, верхняя часть черепа удалена. Полиция находится в тупике. Связи между жертвами не обнаружено, свидетелей нет. Эксперты утверждают, что такой разрез невозможно сделать обычным инструментом в полевых условиях. Власти призывают граждан соблюдать комендантский час и не выходить…

Внезапно картинка мигнула. Репортаж о маньяке оборвался на полуслове, сменившись ярко‑красной заставкой «ЭКСТРЕННЫЙ ВЫПУСК».

Ведущая в студии выпрямилась. Ее лицо изменилось. Страх перед маньяком уступил место чему‑то более глобальному – смеси шока и благоговения.

– Мы прерываем трансляцию для специального заявления, – произнесла она, глядя прямо в камеру. – Поступила сводная информация от аналитических центров ОАЯ. События последних суток показали, что среди Рейдеров есть те, чья сила превосходит все мыслимые пределы. Они закрывали Искажения в одиночку, спасали города, уничтожали монстров, против которых армия была бессильна. Мировое сообщество уже окрестило их «Девятью Королями нового мира».