– Раздражать Короля – опасное занятие.

– Не более опасное, чем интриговать его, – её глаза сузились, алые радужки блеснули в свете люстр. – Ты интригуешь меня, Десятый Король. С того момента, как ты приземлился в моём городе.

– Польщён.

– Не стоит. Я интересуюсь всем, что выходит за рамки обычного. А ты… – она наклонилась ближе, – ты выходишь. Несколько реликтов одновременно. Сколько их на тебе сейчас? Четыре? Пять?

– Сбился со счета, – хмыкнул я.

– Впечатляет, – она облизнула губы. Жест был хищным, голодным. – Я видела людей, которые пытались использовать два артефакта одновременно. Большинство из них мертвы. Некоторые сошли с ума. А ты носишь на себе целый арсенал и даже не вспотел.

– У меня крепкое здоровье.

– Не ври мне маска, – её голос стал холоднее. – Я попыталась использовать два реликта одновременно, думала, что талант S‑ранга способен на такое. Едва не умерла. С тех пор я поумнела. Больше одного за раз не ношу.

– Какая трогательная история.

– Но ты… – она не обращала внимания на мой сарказм, – ты другой. Ты не просто сильный. Ты… неправильный. В хорошем смысле.

Её рука скользнула к моей, лежащей на столе. Пальцы легко коснулись моего запястья. Прикосновение было лёгким, почти невесомым. Но я почувствовал, как что‑то изменилось в воздухе вокруг нас. Едва уловимая рябь, как от камня, брошенного в воду.

Она пыталась использовать на мне свой талант. Тонко, едва заметно, проверяя границы.

Я позволил касанию длиться пару секунд, потом убрал руку.

– Не стоит.

Кассандра моргнула. В её глазах мелькнуло удивление. Настоящее удивление, без притворства.

– Интересно. Очень интересно.

– Что именно?

– Ты не реагируешь на моё поле удачи, – она откинулась на спинку стула, изучая меня с новым интересом. – Обычно люди рядом со мной начинают терять контроль, когда я этого захочу. Спотыкаются, роняют вещи, говорят глупости. Их удача перетекает ко мне. Но не ты…

– Я полон сюрпризов.

– И немногословен, – она снова улыбнулась, и в этой улыбке было что‑то жуткое. Восторг охотника, нашедшего достойную добычу. – Скажи, Чёрная Маска, что ты ищешь в моём городе?

– Фрагмент Пейтингеровой таблицы. И Сандалию странника, но ты ведь и так это знаешь, верно?

Кассандра кивнула с каким‑то высокомерным превосходством.

– Решила убедиться. Твой друг, господин Серебряков, делал запросы на эти предметы через свои каналы, – её губы изогнулись. – Очень неосторожно с его стороны. Любая информация, проходящая через Вегас, рано или поздно попадает ко мне.

– И?

– И у меня есть оба предмета, – она откинулась на спинку стула, торжествующе глядя на меня. – Фрагмент таблицы я выкупила у венского хранителя. Сандалия была призом в частной коллекции одного греческого магната, пока он не решил сыграть со мной в покер. Бедняга проиграл всё за одну ночь.

– Какое совпадение.

– Совпадений не бывает, – она подалась вперёд. – Только вероятности. И мои вероятности всегда выше.

Я скрестил руки на груди.

– Чего ты хочешь?

– Прямой вопрос заслуживает прямого ответа, – она сцепила пальцы. – Я хочу знать, кто ты.

– Ты видишь, кто я.

– Я вижу маску. – Её голос стал тише, интимнее. – Когда вы с Серебряковым приземлились, я от и до прошерстила всех, кто имеет прямое и косвенное отношение к его компании. Сотрудники, партнёры, инвесторы, даже уборщики. Но никого… – она сделала паузу, – абсолютно никого, кто мог бы быть Чёрной Маской.

Я усмехнулся.

– По‑твоему стал бы я оставлять следы.

На самом деле я действовал практически открыто. Покупал реликты на своё имя, жил в своей квартире, общался со знакомыми. Но маска работала не только как защита лица. Она отводила взгляды, путала воспоминания. Даже если кто‑то видел меня без неё, он не мог связать это с образом Чёрной Маски.

Лучшее место, чтобы что‑то спрятать – на самом виду.

– Умно, – Кассандра кивнула. – Очень умно. Мне нравятся умные люди. С ними интереснее играть.

– О, ты, стало быть, хочешь сыграть со мной?

– Разумеется, – её глаза вспыхнули. Буквально вспыхнули, алые радужки засветились внутренним огнём. – Это Вегас, Чёрная Маска. Здесь всё решается игрой. У меня есть то, что нужно тебе, а у тебя то… в чем я заинтересована, скажем так.

Она щёлкнула пальцами. и ей принесли бокал с чем‑то явно дорогим, что на вид было как жидкое золото.

– Три игры. Если ты победишь в двух из них, я отдам тебе и фрагмент таблицы, и сандалию. Бесплатно.

– А если проиграю?

Кассандра встала и медленно обошла стол. Её бедро коснулось моего плеча. Она наклонилась, её лицо оказалось в сантиметрах от моей маски. Я чувствовал запах её духов: что‑то цветочное с нотами ванили и опасности.

Её палец скользнул по линии моего подбородка. Прикосновение было горячим, почти обжигающим.

Её глаза сияли безумным азартом, тем огнём, который я видел у игроков, поставивших всё на последнюю карту. Она дышала этим. Жила этим.

– Тогда ты станешь моим, – прошептала она. – Покажешь, кто под этой маской. И останешься рядом, пока мне не надоест.

Её губы изогнулись в хищной улыбке.

– Что скажешь?

Я посмотрел ей в глаза. Алые омуты, полные безумия и жажды риска. Женщина, которая никогда не проигрывала. Талант, искажающий саму реальность. Я рассмеялся.

– Сыграть с тем, кто никогда не проигрывает? Где шансы на победу нулевые? – Я поднялся, встав с ней лицом к лицу. – Конечно же я согласен.

Кассандра отступила на шаг. В её глазах плясало восхищение.

– Ты либо безумец, либо знаешь что‑то, чего не знаю я.

– Возможно, и то и другое.

– Ты же даже не послушал правила, наши игры будут особенными!

– На меньшее я и не рассчитывал от хозяйки лучшего казино в Вегасе, – пожал я плечами.

– С каждым твоим словом я хочу тебя себе все больше и больше. М‑м‑м, тогда начнем прямо сейчас!

Три игры против Госпожи Фортуны. Против таланта, который делал её непобедимой в любой ситуации с элементом случайности.

Большинство назвали бы это самоубийством.

Голографическая карта мира медленно вращалась над столом, красные точки отмечали местоположение агентов организации. Одна из точек мигала в районе Лас‑Вегаса.

Антон Поешин сидел за ноутбуком, его пальцы бегали по клавиатуре со скоростью, недоступной обычному человеку. На экране мелькали базы данных, перехваченные сообщения, записи с камер наблюдения. Его талант пульсировал в висках, просчитывая вероятности каждого бита информации.

– Нашёл, – произнёс он гнусавым голосом.

Тарас, здоровый мужик в тактической футболке, оторвался от чистки ножа. Его бицепсы под тканью были размером с дыню. Лицо грубое, словно вырубленное из камня, с шрамом через левую бровь.

– Что там?

– Чёрная Маска. Он в Вегасе.

Поешин вывел на голографический экран изображение: человек в чёрной маске с золотыми узорами, выходящий из самолёта в международном аэропорту Лас‑Вегаса. Рядом с ним – мужчина в деловом костюме с очками на носу.

– Прилетел день назад. Вместе с Михаилом Серебряковым, главой «НейроТеха». Остановились в отеле «Обсидиан». Судя по перехваченным данным, приехали на аукцион «Чёрного Солнца».

Тарас хмыкнул.

– Вегас – нейтральная территория. Кассандра Уайлд не любит, когда в её городе проливают кровь.

– Знаю. Поэтому нужно действовать аккуратно.

Дверь конференц‑зала открылась.

В проёме возникла фигура. Высокая, широкоплечая. Но лицо оставалось в тени. Так было всегда.

Лидер «Магистрали» шагнул в комнату, но свет по‑прежнему не касался его лица. Словно тени следовали за ним, скрывая черты.

– Докладывайте.

Поешин повернулся к нему.

– Чёрная Маска обнаружен в Лас‑Вегасе. Он там вместе с Серебряковым.

– Серебряков, – Лидер произнёс имя медленно, словно пробуя на вкус. – «НейроТех». Сканеры Искажений. Не думал что они работают вместе.