Я последовал за ним, прикидывая, сколько такая куча может весить. Выходило, килограммов под тридцать. Однако жадность явно придавала ему сил, потому что перед самым выходом он схватил какую-то невзрачную винтовку и каким-то чудом ухитрился закинуть ее на плечо.

— Е, мое… — только и сумел вымолвить прапорщик, завидев нас. Он уже явно жалел, что разрешил нам брать все что пожелаем.

— А за пулеметами мы еще вернемся! — пообещал Дед, чем окончательно его добил.

Остатки дня и весь вечер мы провели с пользой: чистили оружие, подгоняли под себя снаряжение. Затем Дед загнал нас на стрельбище и долго учил стрелять и метать гранаты.

Ночевали прямо в казарме, вместе с солдатами. С ними же ели и травили байки за едой. К вечеру мы уже были своими в доску, а Дед так и вовсе стал местным авторитетом, затмив даже Андрея, который, кстати, вызвался ехать с нами. И как ни запрещал ему прапорщик, но сержант стоял на своем.

— Поеду и точка! — отрезал он и пригрозил. — Будете запрещать, сниму с себя полномочия! Сами тогда технику чините!

Прапорщик сдался, махнул рукой и ушел. Я попытался вразумить сержанта.

— Зачем тебе это? Мы-то за плату едем, за оружие и технику, а ты?

— А мне должок отдать надо, — угрюмо ответил Андрей. — Помнишь, прапор рассказывал, что на дракона группа ходила, и только один человек вернулся?

— Помню.

— Ну, так вот, это я тогда вернулся! Идти на дракона, была моя идея. Я всех поднял и повел. Они были моими друзьями, понимаешь? Отличными парнями! Я тогда глупый был, самоуверенный, а они мне верили, поэтому и пошли. И не вернулись…

Я понимающе кивнул, а он стал приводить доводы.

— Кроме того, людей у вас мало, да и не вояки вы. Любители! Кто бардака поведет? Кто из «КПВТ» стрелять умеет?

Никто не умел, даже Дед, и времени учиться, не было. Так Андрей присоединился к нашей команде.

Выехали на рассвете. Впереди рычал бульдозер Василия, за ним катил «БРДМ» с Андреем, Дедом и Игнатом, а замыкал колонну «УАЗ», в котором разместились мы с Семой. Можно было, конечно и с остальными в броневике ехать, места хватало, но Дед посчитал, что три машины лучше, чем две.

Как ни жаль, но Брюсу пришлось остаться. Уже перед самым выездом, когда мы стали грузиться по машинам, прапорщик заявил, что один из нас должен остаться на базе. Пояснять свое требование он не стал, но тут и без слов все было понятно, Брюс стал гарантом нашего возвращения — заложником.

Кого именно оставить мы решили сразу. Брюс хороший стрелок, да и мужик смелый, рискованный, но языковой барьер делал его бесполезным в бою, где очень важна слаженная командная работа.

Продвигались мы достаточно быстро. Ночью прошел дождь, не ураган, но довольно сильный ливень. После него почва была размыта и деревья выходили из нее легко.

Я переключил передачу и поддал газу, догоняя удаляющийся бардак. Машина постоянно буксовала в грязи, отчего создавалось впечатление, что мы не едем, а плывем.

— Долго еще? — заныл Сема, почесывая бок. — Кушать охота!

Кушать и мне было охота. Позавтракать мы, как всегда, не успели. Но сейчас поесть не получиться. Еда лежит в багажнике, и чтобы до нее добраться, нужно вначале выйти наружу. А наружу мне не хотелось гораздо больше, чем хотелось кушать, так что я терпел.

— Андрей говорил, там всего пара километров, так что через пару часов приедем.

— Ууу… — протянул Семен и вновь почесал бок.

Автомат он зажал между колен, у правого бедра болтался «Стриж», а на разгрузке висели запасные магазины и гранаты.

Моя разгрузка вместе с автоматом сейчас покоились на заднем сидении. Неудобно в ней рулить, да и жарко очень. Я утер пот со лба и остановил машину. Двигатель мерно урчал.

— Разгрузку перетяни, — посоветовал я, глядя на то, как Сема скребет себе бок, — она тебе натирает небось.

Он послушал моего совета, ослабил крепления, и принялся перетягивать их заново. Я лениво наблюдал за его действиями, когда что-то с силой грохнулось о капот. Черная тень промелькнула за лобовым стеклом и исчезла в зарослях. Машину ощутимо качнуло.

— Что это было? — спросил Сема, хватаясь за автомат.

— Не знаю, — ответил я, всматриваясь туда, где секунду назад исчез силуэт. Рука непроизвольно потянулась к пистолету.

В этот момент еще одна тень перемахнула через капот. На сей раз, я успел разглядеть мускулистые лапы, массивные челюсти и горящие глаза.

— Волк! — крикнул я, и схватил рацию.

Я не успел вызвать Василия, даже кнопку нажать не успел. Слева, из джунглей выскочил очередной волк, и вместо того, чтобы перемахнуть через нас, кинулся в атаку.

Брызнуло стекло, со скрипом прогнулся металл. Клыкастая пасть бешено открывалась и закрывалась в каких-то сантиметрах от моего лица, пытаясь прокусить стальную решетку. Микрофон выпал у меня из рук и теперь валялся где-то под ногами.

Сема отчаянно заскулил, пытаясь взять автомат наизготовку, но места в кабине было слишком мало и у него это никак не получалось. И слава богу, а то ненароком еще пальнул бы мне в голову, паникер хренов!

Сразу два волка выскочили из леса. Первый врезался в заднюю часть автомобиля с такой силой, что он поднялась на два колеса. Второй доделал работу, боднув машину под днище. Джип с грохотом перевернулась на бок.

Я упал на что-то мягкое и дико визжащее. Сема. Он тут же попытался меня спихнуть, но сил ему не хватило.

Волк запрыгнул сверху, вцепился зубами в решетку и принялся яростно ее отдирать. Мало-помалу наспех приваренный металл стал поддаваться бешеному напору твари.

— Я не хочу умирать! — истерично кричал Сема. — Я ведь еще даже не поел!

Его автомат зацепился за рычаг переключения передач и болтался у меня перед носом.

— Да заткнись ты! — прокричал я, хватая оружие. Щелкнул предохранитель, клацнул затвор.

Волк, наконец, одолел решетку, и та полетела куда-то в сторону. Тут же на машину запрыгнул еще один зверь, и легким движением могучей лапы сшиб своего сородича на землю.

«Альфа, — догадался я. — Вожак стаи!».

Волк попытался протиснуться в форточку, но его туловище оказалось слишком массивным, так что пролезла только голова. Разочарованно зарычав, зверь вцепился зубами в дверь и оторвал от нее кусок с такой легкостью, словно она была сделана из картона.

Расширив, таким образом, проход, тварь вновь попыталась протиснуться внутрь и ей это почти удалось.

Я прижал приклад к плечу, прицелился в оскаленную пасть и вдавил курок. От грохота заложило уши. Салон моментально заволокло пороховым дымом, а от его концентрации начали слезиться глаза. Тем не менее, я продолжал стрелять до тех пор, пока рожок не опустел.

Сквозь дым мне было хорошо видно, как волк отпрянул назад и замотал головой. Тридцать патронов калибра «7.62», выпущенные в упор, не убили его.

— Магазин дай! — крикнул я Семе, и не услышал собственного голоса. Разумеется, он тоже меня не услышал.

Немного сместившись, я просунул левую руку под мышкой и стал ощупывать грудь Семена. Под руку попалось что-то округлое и металлическое. Граната для подствольного гранатомета «ВОГ-25». Появилось желание засобачить им в беснующую наверху тварь, но я сдержался. На таком расстоянии осколки не только волка, но и нас двоих в капусту посекут.

А может, только нас. Волк-то живучий, сволочь!

Сместив руку ниже, я нащупал-таки магазин. Рывком выдернул его из разгрузки и быстро перезарядил оружие.

Волк уже очухался, но лезть внутрь не спешил. Выстрелы не сильно ему повредили, но и по вкусу явно не пришлись. Он уперся лапами в остатки двери и принялся окончательно ее ломать. Хитрый. Вместо того чтобы потихоньку протискиваться, он собрался расширить проход настолько и добраться до нас одним рывком.

Я вновь прицелился ему в голову, намереваясь выпустить туда второй магазин, но в последний момент, движимый каким-то чувством сместил прицел ниже и дал короткую очередь в лапу.