— А машины?

— И машины тоже.

Нельзя сказать, что это меня огорошило, примерно этого я и ожидал, но все равно неприятно. А самое главное, я был абсолютно уверен, что Деду такой расклад точно не понравится!

— Э как завернули! — возмущенно присвистнул Дед. — Мы с таким трудом добро добывали, на своем горбу сюда перли с риском для жизни, а теперь отдавай в общину! Не согласен!

— А вы что думали? — развел руками Батя. — Без коммунизма нам не выжить! Хана всем придет!

— Это не повод все у нас отбирать!

— Никто у вас ничего не отбирает. Коли решите остаться, то сами придете и сдадите, а нет — ваше право, но тогда вам придется уйти! — твердо сказал Батя, а потом чуть мягче добавил: — Александр, ну вы сами подумайте, где мы окажемся, если каждый будет на своем добре сидеть, как тот дракон на злате? А так у нас все при деле, оружие у охраны, еда на кухне, лекарства в лазарете. Вместе мы сила, а поодиночке — добыча!

Признаюсь честно, в этот момент я был абсолютно согласен с Батей. Только сообща у нас есть хоть какие-то шансы выжить. И это не просто слова. Даже в нашей маленькой группе не раз бывали ситуации, когда приходилось объединять усилия, делиться едой, прикрывать друг другу спины. Разве прошли бы мы сквозь джунгли поодиночке? А встреча с медведем? Если бы Саша нас не прикрыла, сейчас мы с Дедом лежали бы где-то в лесу в виде пары кучек дерьма.

С другой стороны, как сказал Василий, у нас все люди при деле. Все крепкие и умелые, за себя постоять сумеют, слабых в обиду не дадут. А еще у нас есть оружие, еда, машины. Есть врач, да не простой, а хирург с огромным опытом, что еще больше увеличивает наши шансы на выживание.

Получается, что путь у нас свой собственный, живем для себя, защищаем себя, а вот слейся мы с этим обществом, и придется выполнять чужие указы, кормить неизвестно чьи рты, и защищать незнакомых людей. Может и есть те, кто готов ради общества жизнью рисковать, но лично я к ним не отношусь.

— Ну а если мы все же решим отказаться? — уточнил я.

— Как я уже сказал, тогда вам придется уйти.

— Это понятно, а с трофеями как?

Батя почесал затылок и глянул на Василия.

— Ну, Василий, ты там был, тебе и слово. На какую долю претендуем?

Я был уверен, что он потребует половину и уже приготовился отстаивать машины и автоматы, но Василий удивил меня, заявив:

— Какая тут доля, дед Иван? Они нам жизнь спасли! Без них «Варановские» сегодня победу бы праздновали. И Юрку они отбивали, когда волки напали, так что нечего нам делить, пусть все у них остается!

— Вот такие дела! — подвел итоги Батя. — Но поспешных решений все же не принимайте, погостите денек-другой. Обещаете?

Мы пообещали и поднялись, собираясь уходить. Василий вызвался показать наше новое жилище и получил от Бати брелок с ключами.

Охранники не обманули, и вернули нам все оружие в целости и сохранности. Уже в дверях, к нам подошел дед Иван и стал прощаться.

— Завтра с утра опять собрание пройдет, — сказал он, по очереди пожимая нам руки, — а после него вы ко мне приходите, часов эдак, в двенадцать. Чаю попьем, о жизни погутарим.

Квартира, которую нам временно выделил совет, оказалась большой и очень уютной. Пол был устлан паркетом, на стенах висели картины и фотографии. На одном из снимков было запечатлено счастливое семейство. Высокий мужчина с усами и щегольской бородкой, красивая, молодая женщина и двое ребятишек погодок. Мальчик и девочка.

Справа от входа располагалась небольшая уютная кухня. Дальше по коридору следовали зал, кладовка с навесным замком и две детские комнаты, одна справа, другая слева.

В левой преобладал преимущественно розовый цвет. На полу валялись куклы, альбом для рисования, фломастеры, а кровать была завалена всевозможным плюшевым зверьем. Обычный детский бардак.

Во второй напротив, царил идеальный порядок. Все игрушки аккуратно собраны в большой коробке у изголовья кровати. На полках шкафа стояли книги, фантастика и учебники, над кроватью висела гитара, а в углу лежал потертый скейтборд. Догадаться, кому какая спальня принадлежала, труда не составило.

Хозяева, как сообщил нам Василий, накануне катастрофы уехали отдыхать, взяв с собой детей, мальчика двенадцати лет и девочку десяти. Запасные ключи они на всякий случай оставили деду Ивану, которому, похоже, весь дом доверял.

— А ничего так, — одобрительно хмыкнул Дед, после того, как мы закончили осмотр, — похуже моего дома но получше, чем подсобка в метро!

Передав Деду ключи, и пообещав заскочить с утра, Василий убежал в лазарет, проверить Юру и заодно сообщить Доктору с девочками, где нас искать. Когда он ушел, мы с Дедом еще раз внимательно осмотрели комнаты, не забыв заглянуть во все шкафы и только потом спустились вниз за Игнатом и Семой.

Оба наших приятеля так и сидели каждый в своей машине. Удивительно даже, как Сема умудряется выдерживать этот отвратительный запах! По его беспечному виду можно подумать, что он его вообще не беспокоит. Хотя кто знает, может так оно и есть.

— Ну что? — выглянул из салона Игнат. Семен тоже выглянул, облокотился обеими руками о дверцу и стал слушать.

— Нам выдали номер люкс на одну ночь, — объявил я им, — так что переносим все вещи туда.

— Какой еще люк? — возмутился Сема. — Я не буду в люке спать как бомж! Пусть хибару дают!

Мы с Игнатом заржали в голос, на что наш бандит обиделся. Он сплюнул на землю и больше ничего не говорил.

— Какой подъезд? — смахнув слезу, спросил Игнат.

— Следующий.

— Так я подгоню машины поближе, чтобы лишний раз горб не надрывать.

— Подгоняй.

Двигатель весело заурчал, словно радуясь, что опять может послужить людям. Сема запрыгнул обратно за руль, и они с Игнатом прокатили еще двадцать метров до следующего подъезда. Прижав машины к обочине, недалеко от костра, Игнат заглушил двигатель и выбрался наружу.

— Вот теперь давайте носить!

Унесли мы все за две ходки. Как-никак, а четыре мужика старались. Машины решили оставить прямо там, заперев и попросив двух уже знакомых нам охранников за ними присмотреть.

Вещи мы свалили в кучу, прямо у двери, а оружие, по требованию Деда, заперли в кладовке. Черт с ним, завтра разберемся, а сейчас уже и спать пора. Я и понятия не имел насколько устал, пока не улегся в кровать. Лег с твердым намерением дождаться Саши. Только чуть-чуть полежать, подумать, прийти в себя, всего лишь на минутку…

А дальше мой мозг додумывать не стал, нагло и бесстыдно отрубившись.

Ночь, прохладный ветерок. Двор. Где я? Ах да, во дворе перед домом своей девушки. Точнее девушки, которую я хочу называть своей. Или хотел? Кажется, я пригласил ее на свидание, и вот жду уже больше часа. Жду, но, похоже, не дождусь.

На мне легкая черная ветровка, совершенно не спасающая от ночной прохлады. Я сжимаю и разжимаю пальцы, разгоняя по венам кровь. Это немного согревает. На языке какой-то странный привкус. Поднимаю руку и привычным движением вынимаю изо рта сигарету. И ведь совсем про нее забыл! Сигарета догорела практически до фильтра, поэтому я щелчком отправляю ее в полет, наблюдая за траекторией полета красного огонька.

Сзади раздаются гулкие шаги. Я медленно оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с ухмыляющейся рожей. Их четверо. Все здоровые, намного выше и крупнее меня. Одеты в джинсы и черные кожаные куртки.

Шпана во всей свое красе!

От них словно веет бедой, вокруг нас будто температура упала еще на пару градусов. Я чувствую, как в глубине души зарождается липкий страх.

— Братан, закурить не найдется? — спрашивает рожа, все так же мерзко ухмыляясь.

Руки сами достают из кармана красную пачку «Мальборо» и протягивают ее парню в куртке. Тот медленно, словно издеваясь, достает одну сигарету, закидывает ее в рот и продолжает вертеть пачку в руках, будто раздумывая возвращать ее мне или нет.

— Прикурить бы еще, ковбой.