— Если это медведь, то пройдет, — возразил Игнат, утирая со лба пот.

— Если это медведь, то нас уже ничто не спасет, — невесело усмехнулся Дед. — Без ружья в смысле. Есть у кого ружье?

— У Пяточка, — хихикнул Сема.

Юмора никто не оценил.

— А ты хоть заметил, куда мы вломились? — ответил я Деду вопросом на вопрос.

— Не до того, было, — отмахнулся старик, внимательно оглядывая помещение. — Магазин какой-то.

— «Охота и рыболовство», — опередив меня, сказала Саша. — Папа меня часто сюда водил.

— А твой папа охотник или рыболов? — уточнил я на всякий случай.

— Охотник, — улыбнулась девушка. — Он тут себе и ружье покупал, и патроны, и снаряжение.

— Ружье — это хорошо, — оживился Дед. — Ружье бы нам сейчас не помешало! Не знаешь, где они тут оружие держат?

— Оружие должно храниться в стальном шкафу, под замком, — пожала плечами Саша.

Она внимательно осмотрела помещение, освещая фонариком, стоящие у стен шкафы. На одном из них луч света замер, и Саша неуверенно произнесла:

— Скорее всего, тут.

Мы приблизились к шкафу и стали внимательно его осматривать. Щирокий, массивный, его стены были выполнены из толстых листов металла, грубо сваренных между собой. Закрывался шкаф на добротный висячий замок, который не оставлял нам ни малейшей надежды.

Примерно на уровне глаз в дверцах шкафа находилось несколько щелей, видимо для вентиляции. Посветив туда фонариком, я увидел черные стволы ружей.

— Солидно, — протянул Дед, трогая замок. — Нам такое не сломать!

— Может у них на витрине чего есть? — предположил Игнат.

— Ружья на витрине не держат, — покачала головой Саша. — Их только под заказ привозят, а чтобы заказать, надо еще специальное разрешение получить. Тут либо ранее заказанное держат, либо то, что на ремонт отдавали.

— А где могут быть ключи? — спросил Дед.

— У менеджера, — уверенно ответила девушка.

— Как думаешь, он их с собой домой забирает? — спросил я без особой надежды.

— Конечно, иначе грош цена безопасности.

Да, не повезло. Мне пришло в голову выражение про грушу, которая хоть и висит под самым носом, но скушать никак нельзя.

— Ну-ка, дайте я попробую! — громко сказал Игнат, демонстрируя нам топор.

Топор в его руках — это сила! Но даже этой силы не хватило, чтобы сбить толстый металлический замок. Десяток могучих ударов оставили на его металлической поверхности лишь несколько царапин. Шума при этом было столько, что все обитатели джунглей уже, должно быть, отлично знали о месте нашего ночлега.

— Не выйдет! — сказал я, кладя руку на разгоряченное плечо Игната. — Только шумим понапрасну.

Тяжело отдуваясь, Игнат со злостью бросил топор на пол и отошел в сторону. Там, где не работает грубая сила, мудрый человек применит рычаг! Я занял место Игната, просунул в замок лом и налег на него всем своим весом. Спустя минуту я отступил, замок никак не желал ломаться.

После небольшого перерыва, мы взялись за лом уже вчетвером. Просунув его до середины, мы с Семеном взялись за один конец и стали тянуть его вверх, в то время как Дед с Игнатом давили на другой конец сверху.

В какой-то момент, когда мне казалось, что голова вот-вот лопнет от напряжения, замок обнадеживающе хрустнул, но к нашему великому разочарованию не сломался.

— Бесполезно, — сказал я, отходя в сторону и разминая раскрасневшиеся пальцы.

— Да уж, — вздохнул Дед. — Тут автоген нужен или циркулярная пила.

— Еще взорвать можно, — вставил Игнат. — Только у нас динамита нет.

А ведь точно, взорвать! Игнат, сам того не понимая, дал по-настоящему ценный совет. Порывшись в кармане, я достал оттуда патрон к ТТ и поднял его вверх, показывая всем.

— Вот вам взрывчатка.

— Такой замок отстрелить не выйдет, — покачал головой Дед.

Я молча присел на колени, поднял брошенный Игнатом топор и с его помощью кое-как отделил пулю от гильзы. Затем, под пытливым взглядом Деда, осторожно пересыпал порох из патрона в замочную скважину. Вытащил следующий патрон и проделал с ним ту же операцию.

— Ах ты, хитрец! — воскликнул Дед, восторженно потирая руки. — Ну, сейчас мы его бабахнем!

Однако сейчас мы бабахать не стали. Узнав о нашей затее, Саша и Вера с возмущением стали требовать тишины. В качестве аргумента они показывали на мирно почивающего Доктора и клевавшего носом Семена.

— А если какая-нибудь тварь ночью полезет? — привел довод Дед. — Чем тогда отбиваться будем?

— Вот тогда и будем об этом думать, — решительно заявила Саша. — А от вашего взрыва к нам сюда половина леса прибежит!

Дед подошел к ней вплотную.

— Там снаружи бродят монстры! Если они полезут к нам посреди ночи, то будет уже поздно! Заранее надо готовиться.

Однако девушки уперли руки в боки, явно собираясь отстаивать свою позицию до самого конца.

— Они правы, — встал я на сторону подруг.

— Это почему? — повернулся ко мне Дед.

— Потому, что мы не знаем наверняка, сломается ли замок от взрыва или нет. А вот внимание к себе мы привлечем однозначно.

— И то верно, — почесав затылок, согласился старик и, тяжело вздохнув, резюмировал: — Тогда завтра подорвем!

Ждать до завтра ему явно не хотелось, азарт прихватил. Меня, впрочем, тоже, но усталость и здравый смысл взяли верх. Пожелав всем спокойно ночи, я улегся прямо там, где стоял и моментально заснул.

Наутро я проснулся первым, мои товарищи тихо спали рядом. Даже не знаю, как я понял, что наступило утро, ведь окон в помещении не было. Однако внутренний голос настойчиво твердил свое, мотивируя это тем, что надо срочно выйти наружу и облегчить мочевой пузырь.

Сел и с удивлением обнаружил рядом с собой как-то тюк, на удивление теплый и мягкий. Выудив из кармана фонарик, я включил его, предварительно прикрыв ладонью. Свет получился тусклый, однако его оказалось достаточно, чтобы осмотреться вокруг. Тюк оказался Сашей, которая лежала ко мне почти вплотную.

Вот те на! Спать ложился один, а проснулся с девушкой. И ладно бы после пьянки, это еще понятно, но трезвым? Первый раз со мной такое!

Впрочем, жаловаться тут было не на что. Наоборот, радоваться пора, в кои то веки девки сами ко мне в постель прыгают! Конечно, грязный пол на складе магазина постелью назвать сложно, но все-же…

Я мог бы еще долго рассуждать на эту тему, но мочевой пузырь настаивал на немедленном опустошении, грозясь в противном случае совершить суицид. Проще говоря, лопнуть.

Мне не хотелось никого будить, но справлять нужду рядом со спящими товарищами не позволяла этика, а самостоятельно сдвинуть шкаф — физическая форма. Ну не родился я Шварценеггером, что ж тут поделать!

Ничего не оставалось, кроме как тихо обойти спящих друзей и по очереди их разбудить. Поднял я лишь тех, без кого никак не смог обойтись: Деда, Игната и Сему.

Сложнее всего пришлось именно с Семой. Если во время пробуждения Дед с Игнатом ограничились ворчанием, то Семен просто-напросто отказывался просыпаться! Он отталкивал меня, бормотал какие-то угрозы и поглубже натягивал на голову куртку. Вконец отчаявшись, я просто вылил ему за шиворот кружку воды. Расточительно, конечно, но зато какой эффект!

Шкаф мы отодвинули не до конца, а ровно настолько, чтобы в образовавшуюся щель мог протиснуться один человек. Сломанная дверь была распахнута наружу, но возле нее нас никто не поджидал.

Я осторожно высунул голову, готовый в любой момент отпрянуть назад и посмотрел сначала направо, а затем налево. Магазин заливал неяркий солнечный свет, льющийся из стеклянной витрины.

— Чисто, — сказал я, протискиваясь наружу.

— Не спеши, — посоветовал Дед. — Осмотрись хорошенько.

— Тут никого нет, — заверил я его, еще раз осмотрев помещение.

— За прилавком глянь!

Я вытащил пистолет и медленно подошел к прилавку. Заглянул за него и ничего не обнаружил.

— Выходите уже, трусы! — громко сказал я, торчащим из проема головам. — Говорю вам, что никого тут нет!