— Чем вы тут занимаетесь? — продолжил допрос Дед.

— Технику вывозим.

— Мародерите значит?

— Как раз, таки нет, — криво усмехнулся Василий. — Это Кондрата склад, так что, по сути, он просто свою собственность забирает.

— Что за Кондрат?

— Высокий, худой парень, — объяснил Василий. — У него еще пистолет был.

— Раз не мародеры, почему не отозвались, когда мы вас звали? — спросил я.

— О чем это вы? — удивился Василий, по очереди глядя то на меня, то на Деда.

— Вы что, крик не слышали?

— Только как крикун выл! — покачал головой Василий. — Но они часто воют, мы уже внимание не обращаем.

— Крикун, в смысле мартышка? — уточнил Дед.

— Ну да, похожи малость, — кивнул Василий.

Мы с Дедом переглянулись. Я едва удержал в себе смех, губы старика тоже дрогнули. Ух, жаль Игнат этого не слышит! Посмотрел бы я на его лицо…

— Гм, понятно! — пряча смешок в покашливании сказал Дед и тут же вернул допрос в прежнее русло: — А стрелок тогда кто?

— Брюс, — сказал водитель и, заметив наше недоверие, продолжил: — Правда, Брюс! Американец, компаньон Кондрата. Приехал посмотреть, как бизнес идет. По-нашему ни бум-бум.

— Брюс, так Брюс, — пожал я плечами, — не Уиллис хоть?

— Нет, — улыбнулся Василий, — Стивенсон, кажется или Стивсон. Как-то так.

Ну что ж, американец и в Африке американец! Мало мы их видели, что ли? Точно такие же люди, как и мы, разве что понтов побольше.

— Что за техника? — спросил Дед, возвращая разговор в прежнее русло.

— Компьютерная. Запчасти разные, провода. Еще ноутбуки, мониторы, мышки, клавиатуры и так далее.

— И зачем вам все это?

— На будущее, — пожал плечами Василий. — Кто знает, что потом может пригодиться? Вот мы и свозим все поближе к себе.

— Разумно, — согласился Дед, — остальные магазины тоже вы обчистили?

— И да, и нет, — уклончиво ответил он.

— Это как понять?

— Частично мы, частично «Варановские». Может еще кто-нибудь, я не знаю.

— Что еще за «Варановские» такие? — озадаченно спросил я.

— Люди Варанова, — пояснил Василий таким тоном, словно это должно было что-то для нас означать.

— Слушай, не тяни резину, — устало помассировал виски Дед. — Объясни уже толком, что у вас тут творится.

И он принялся объяснять.

Рассказывал он долго, но мы слушали его не перебивая. Как оказалось, живут они в том самом девятиэтажном доме, ставшим нашим ориентиром. Вернее, поначалу их группа располагалась в обоих домах, правда, тогда они еще не были группой. Часть людей составляли жильцы обеих домов, часть стянулась с округи, как он с сыновьями, а часть пришла позже.

В основном это были такие же бродяги, как мы. Люди с островков, которых катастрофа застигла вдали от дома. Те, кто оказался ближе, добрались, остальные либо погибли, либо остались сидеть по домам в ожидания спасателей.

Наутро первого дня катастрофы еще никто ничего не понимал. Люди проснулись в своих квартирах без воды, света и связи. Соседи жаловались друг другу на произвол коммунальных служб, сетовали об испорченных выходных. Бабульки на лавочках обсуждали, как в понедельник понесут коллективную жалобу в администрацию района.

Многие жители верхних этажей заметили резкое изменения ландшафта за окном, пытались обратить на это внимание соседей, но те просто поднимали их на смех. Одни считали это попыткой розыгрыша, другие просто не хотели смотреть фактам в лицо, предпочитая закрыться в своем маленьком мирке, где все хорошо.

Все изменилось ближе к обеду, когда стали появляться первые переселенцы. Уставшие, напуганные люди принесли с собой тревожные вести об исчезновении большей части города, о невесть откуда взявшихся лесах и хищных тварях их населявших.

Компании молодых людей, со смехом уезжавшие посмотреть на диковинный лес, возвращались уже без улыбок, а некоторые не вернулись вовсе. Тогда люди поняли, что все серьезно. Некоторые приняли к себе беженцев, другие просто заперлись дома в надежде пересидеть странную проблему или хотя-бы дождаться сообщения от властей.

Дождались.

Через день после катастрофы, во двор въехала целая колонна в сопровождении двух полицейских «УАЗов». Из машин повыпрыгивали вооруженные люди в черном, а также несколько полицейских в форме «ППС».

Люди стали выходить во двор, чтобы послушать новости. После того, как собралась достаточно внушительная толпа, к ним вышел Варанов собственной персоной, оказавшийся какой-то уважаемым бизнесменом аж из столицы.

Он сходу стал вести себя по-хозяйски. Объявил себя новым мэром и прочел долгую красивую речь о сложных временах, врагах из-за океана из-за которых все мы оказались в столь ужасной ситуации. Будучи прожженным дельцом, он говорил людям именно то, что они хотели слышать. В частности, он обещал наладить жизнь, обеспечить охрану и поставки продовольствия.

И напуганный люд ему поверил.

Сладкая речь Варанова завершилась под бурные аплодисменты, однако за ней последовала суровая реальность. Обрадованным жителям новостройки было велено в кратчайший срок освободить дом, и перебраться из родных уютных квартир в свободные квартиры соседнего дома.

Им обещали, что это временное решение, вызванное вопросом безопасности. Люди поверили, ведь логично же, что один дом охранять проще, чем два!

Соглашались далеко не все. Некоторых уговаривали, других запугивали, а самых упертых и вовсе просто выкидывали на улицу, даже не дав им возможности собрать вещи.

Именно тогда и зародилось первое семя сомнений.

В освободившемся доме Варанов организовал штаб, расселил приближенных с их семьями и свою личную охрану — тех самых странных людей, одетых во все черное. При этом самоназначенный мэр занял для себя целый этаж. Какие-то квартиры пустили под склады, оставшиеся просто пустовали.

После обустройства, люди в черном вместе с полицией взялись реквизировать у жильцов продукты и оружие. По большей части люди сдавали имущество охотно. Они были уверены, что еда вернется к ним в виде пайков, а оружие будет использовано для их же защиты. Однако на следующий день кормить их никто не стал, а набор в дружину не проводился.

На третий день, голодный и злой народ пришел требовать свое имущество обратно. Стоя на крыше подъезда, будто на трибуне, Варанов вновь разразился жаркой речью, в заключение которой обещал, что к полудню выйдет к людям сам и раздаст еду и оружие. В назначенное время во дворе собралась почти все местные жители, однако спустился к ним вовсе не Варанов.

Вместо него во двор вышел отряд выпущенных из местного «СИЗО» уголовников и набранных в подворотнях отбросов общества. Всех, кто за бутылку был готов поднять оружие на мирных людей. Вооружены они были реквизированным охотничьим оружием, некоторые пистолетами, но по большей части ножами и самодельными дубинами.

Напали без предупреждения. Просто подошли вплотную и открыли ураганный огонь по толпе. Около двадцати человек погибли на месте, примерно столько же остались лежать на земле, будучи не в состоянии передвигаться без посторонней помощи. Те, кому удалось скрыться, весь день сидели, забившись в свои квартиры, и с ужасом наблюдали из окон, как добивают раненных и глумятся над телами убитых.

Однако это их не спасло.

Закончив расправу над ранеными, ослепленные вседозволенностью и жаждой крови бандиты стали врываться в квартиры, убивать, насиловать и грабить. Они выплескивали злобу, что накопилась в них за годы лишений и унижений. Выплескивали ее на тех, кто оказывался рядом, будь-то женщина, ребенок или старик.

Не щадили никого.

К ночи, уставшая от насилия банда встала лагерем прямо во дворе, пообещав продолжить веселье утром. После этого в спешке было проведено собрание жильцов, на котором приняли решение организовать совместную оборону.

Всю ночь люди не спали, готовясь к утренней встрече. Пройдя по всему дому, удалось собрать несколько припрятанных охотничьих ружей, ножи, газовые и травматические пистолеты. Брали вообще все, чем можно было убить или хотя бы ранить.